Книги из серии "Магия на троих"

— Почему ты выбрал именно это время? — произнес Александр. — Когда у меня единственное развлечение в этой комнате. Ты жестокий. — Здравствуй, сын. Как ты себя чувствуешь? — Отлично, как и всегда, — Есенин-младший открыл глаза и посмотрел прямо на отца. — Ты изменился. Что случилось за время, пока…

— Здравствуйте, Александр Петрович, — сказал важный господин с сохранившейся осанкой и вполне неплохой физической формой несмотря на возраст под шестьдесят и высокую должность. Ну настоящий полковник, который личным примером поднимет бойцов в штыковую атаку. Коротко стриженный седой ёжик, серо-стального…

Пока между нами оставалось приличное расстояние, я петлял, уходил зигзагами, чтобы сбить прицел. Время от времени сухо трещали автоматные очереди — коротко, злым щелчком, и пули впивались в тонкие стволы молодых деревьев где-то сбоку или за спиной. Я успевал прикрываться то кустом, то деревцем, держась…

— Опасс… сно, — недовольно протянула Лихо. — Кто мне каждый день твердит, что хочет есть? Вот тебе вариант, чтобы подкрепиться. Да и мне это тоже нужно. — Я не уверена, что сс… смогу остановиться. Для голодного не может быть хуже, чем оторваться от надкушенного куска. — А я вот уверен, что ты справишься.…

Полковник громко кашлянул, прочистив горло, и открыл первую страницу моего дела: — Значит, так. Имя и фамилия - Джек Смит. Хех… Оригинально. Возраст — тридцать два года. Сирота. Любопытно, что из этого правда? Я молчал. Под намордником не было видно моей хищной улыбки. Давай, урод. Удовлетвори свое…

Адамберг сидел за столом, склонившись над раскрытой газетой, и когда вошел его заместитель, даже не поднял головы: он сосредоточенно протирал руки, от пальцев до локтей, какой-то резко пахнущей жидкостью. – Новый одеколон? – спросил майор. – Нет, препарат для профилактики чесотки и лишая. Они наверняка…

— Да, было дело… — Ладно, перефразирую. Мы тебя хоть раз обижали или серьёзно тебя с ребятами подставляли? — Нет. — Не переставая с подозрением смотреть на помощника графа, Толя поскрёб пальцами заросший щетиной подбородок. — Ну, вот и в этот раз не подставим. — В руке Свята появились две малых…

— Стежок к стежку, как у элитной вышивальщицы! — с неподдельным восхищением прокомментировал Фырк у меня в голове. — Да после твоей работы ему можно будет на конкурсе бикини выступать! Никто и шрама не заметит! — Повязка! — скомандовал я, игнорируя его неуместный юмор. Операция была завершена. …

Я мысленно поставил себя на место друга. Ну, тут должен согласиться. Определенное зерно истины в его словах было. В последнее время, если в жизни Костяна происходило что-то экстраординарное, то виной тому оказывался я. — Короче, светофоры не работают, — продолжил он. — Ничего себе, прям все? В жизни…

* * * Ездить в центр Москвы Таня не любила — слишком сильно он за последние годы изменился. Когда-то подкатывала к родимому вузу на «Жигулях-копейке», бросала машину — абсолютно бесплатно — практически возле Кремля. А теперь все другое — иномарки за многие миллионы, парковка дороже, чем в Европе, вместо…

— Что значит «неопознанные»? — удивился Капитан. Слышать подобное от слуг Системы было, как минимум, странно. — Таких модификаций нет ни в одной из наших Баз. Невозможно определить ни тип, ни принадлежность кораблей. Данные корабли не используются ни одной из известных нам рас. Самый крупный неопознанный…

— Завязывай, — махнул я рукой, застёгивая пуговицы на пиджаке. — Говорить — пока не твоё. «Я почувствовала давление. Сильное, — зазвучало у меня в голове. Её мысленный голос был встревоженным, с нотками паники. — Никогда раньше такого не испытывала». «Привыкай, лапочка, — хмыкнул, рассматривая себя…

Я позволяю себе еще мгновение погрустить, прежде чем покину кабинку, ополосну лицо водой из-под крана и выйду из женского туалета. Но как только я открываю дверь, снаружи раздаются голоса. Эта часть клуба обычно пустует, поэтому я останавливаюсь, узнав голос доктора Фредрика. Я прячусь – не хочу, чтобы…

Безмолвные воины без каких-либо эмоций повиновались и вместе с военным советником покинули подземное святилище. Сам же Старейшина стоял мрачнее тучи и теперь смотрел на Нобу, на котором не было лица. Самурай старался скрыть свой страх и ужас, но у него это получалось плохо. Особенно на фоне выходящей…