Военная проза

4-я армия во взаимодействии с танковой группой Гёпнера прорвала оборонительную позицию противника (прикрывающую Москву) на участке от Оки (в районе Калуги) до Можайска» [1] . * * * Я возвращался в дивизию, обуреваемый и чувством радости: «Москва наша… И останется нашей», – и в то же время беспокойством:…

Этот сборник стихов и комментариев к ним – тоже дань и тому героическому времени, перед коим мы преклоняем головы, и свидетельство надёжной эстафеты памяти о нём, и утверждение того, что не угасла вера потомков наших ни в наше прошлое, ни в будущее нашей страны. Анатолия Владимировича Молчанова, пережившего…

В немецких подразделениях в Нормандии к августу 1944 года ситуация обстояла еще хуже. Только дивизии второго и третьего эшелонов еще сохраняли подобие штатной структуры. В частях, сражавшихся с первых дней вторжения союзников, потери и невозможность полноценно восполнить убыль личного состава и техники…

Со средней балки торчит пачечка бумаг. Он видел ее и раньше, но сейчас не вытерпел, встал. Разноцветные листки бумаги зашелестели под пальцами, словно сухие листья кукурузного початка. — Налоговые квитанции, — покачал он головой. — Это Петкан их туда засунул, разве можно так… — Караколювец подошел…

Сколько трогательных встреч, сколько воспоминаний! Мы находим памятные места, вспоминаем погибших боевых товарищей и не раз смахиваем с глаз слёзы. Такие чувства испытывает каждый фронтовик, приехавший на места боёв. Слышатся негромкие голоса: - Здесь был штаб нашего отряда. - Вон там был ранен…

К нам изредка приходит мамин брат, дядя Макс. Мои старики его страшно уважают. Дядя Макс – секретарь больничной кассы, социал-демократ. Я с ним всегда ссорюсь. Раз я его спросил: кому нужны эспедэ [3] , если они ничего не могут поделать с безработицей? Он начал молоть мне всякую чепуху, говорил о социальном…

— С пешего гривенник, с подводы полтина… Куда претесь, дьяволы? Все влезете, времени хватит. Полчаса, а то и час. — Это почему? — колко спросил вихрастый. — А потому! — паромщик строго подтянулся, мотнул головой на взгорье. — Господин волостной старшина должон быть вскорости. Уразумел? — Хоть сам…

Не успел я подготовить нового раненого, как раздалась оглушительная команда: «Воздух!» — и следом за ней пронзительный, сверлящий свист. Поспешно накинул на грудь оперируемого марлевые салфетки и замер у операционного стола. Сестра с протянутым скальпелем в руке вся вдруг сжалась, как будто ей стало…

–  В чём у вас тут дело, ребята? – раздался знакомый голос с едва различимым мягким акцентом, и я немедленно почувствовал определённое облегчение. Это Туан, мой сосед по комнате, заметил моё затянувшееся отсутствие, и вышел искать меня во двор, позвав на подмогу моего земляка Ерлана и Гришу, самбиста…

Мы приблизились к дому впритык, у входа лежало пять трупов: женщина, мужчина, две девушки и мальчик. Они были накрыты флагом, красным флагом S-стов из-под которого символично вытекали лужи запёкшейся светлой крови, сливавшаяся с цветом флага. По центру здания, со стороны дороги, виднелась большая, двойная,…

Из числа претендентов, обслуживавших срочное сообщение Нью- Й орк-Гавана, были выбраны два парохода. Один, «Колумбус», выстроенный у Крампа в 1873 г. и с 1874 г. перевозивший сахар, кофе и т.д., был куплен у торгового дома «В.П.Клайд и К°» в Филадельфии за 275 тыс. долларов; другой, «Саратога», - у торгового…

Сталина, понятно, не любил. Но и тираном лютым не считал. «Где страдают – там каются, а где треп с набитым брюхом – там за грош удавят ради брюха». Всё происходящее в стране воспринимал как вразумление. Как наказание за теплохладность народа, безверье и спесь «элиты». За многие грехи прежней России,…

Но, я-то знал, какой жизнерадостный был в быту Андрей Павлович. Заядлый курильщик и балагур был интересным собеседником и заразительно, громко хохотал на всю округу. Когда у папы заболел зуб, он смеялся над ним и говорил, что в Малой Пурге ещё те врачи-живодёры практикуют. То ли дело у них на фронте.…

Но о конкуренте непотопляемого Жукова в другой раз. Это совершенно иная история… А в то время немцы аккуратно переправили 260 своих повреждённых танков в ремонт (!) и двинули, не задерживаясь дальше, на восток. На момент этой обструкции и всемирного позорища генерал армии Жуков занимал должность…

В мыслях уже называл ее своей женой и подумывал о том, что надо хлопотать о квартире. Когда командир ушел, Новосельцев написал записку и поручил уволенному на берег матросу передать Тане. «Завтра пойду к ней. Завтра, пожалуй, даже лучше», — успокаивал себя Новосельцев, шагая по палубе маленького корабля.…

– Я тебе дам – гранатой! – нахмурил брови Фильченко. – Сам знаешь – совсем мало их осталось, только для танков. Надо беречь! В общем, давай рой глубже. Как крот! – Могилы себе копаем, – зло заметил красноармеец Айдер Мустафаев, работавший слева. – Тут нас и похоронят… Старшина Фильченко услышал его…

— Не нужно его ругать, тетушка Синай, — сказал Юсэк, нетерпеливо поглядывая на кастрюли. — Он и без того наказан. Синай устало опустилась на циновку: — Это я не его — себя кляну. Не уберегла глупого мальчика от беды. Заговорить сейчас о еде было неприлично, поэтому Юсэк подумал, как лучше убраться…