Триллеры

Слэг ухмыльнулся. – Конечно, ладно, – кивнул он. – Шевелитесь, Ножницы, и не возвращайтесь, пока я не уйду. Браунриг ушел из салона достаточно покорно, но оставил дверь чуть-чуть приоткрытой. Ему не понравилось выражение битого-перебитого лица Слэга. Из-за занавески появилась Роза Хэнсон, катя…

Она возразила: – Теперь все более реально и более основательно. Мираж волшебной страны отлетел. – Почему вы так говорите? – спросил он, повернув голову, чтобы лучше ее видеть. – Мираж волшебной страны отлетел. Это звучит так печально и окончательно. Она не смотрела на него. – Вы помните светлячков…

Я отвернулся от него, оборвав фразу, и вновь отошел к окну. Злясь на себя. Ситуация не требовала от меня таких слов. Я позволил себе разозлиться. Иной раз стоит разрядиться, дав волю эмоциям, но в данном случае никакого смысла в этом не было. Я смотрел на Вашингтон, пока пульс не пришел в норму. Потом…

В отличие от многих других капитанов и моряков, которые плавают на «ведрах» — кораблях, перевозящих живой груз, которые в лучшем случае не обращают внимания на своих пассажиров, а то и бьют и насилуют их, Сен обращался с теми, кого перевозил, хорошо. Он считал, что делает доброе дело: переправляет этих…

Я поманил Анджело к штурвалу: – Ну-ка подержи. – Гарри, если эта тварь сожрет мой улов, плакала твоя тысяча, – пообещал, сидя в кресле, взмокший от пота Чак. Я нырнул в кают-компанию, сдвинул в сторону крышку люка машинного отделения, лег на живот и снял со специальных креплений…

— Какие там наставления! — говорит. — Смотри в оба, постарайся, чтобы хоть среди бела дня не бедокурили, и с жизнью своей поосторожней. За несколько месяцев сколотим коллектив, тогда и полегче будет. Сидят у нас там несколько сексотов, получишь их данные, тоже будет помощь. Посматривай, чтобы не слишком…

— Нам надо осмотреться, док. — Это единственное оправдание Марино. Усаживается в изножье моей кровати, и это тоже неправильно. Так и хочется рявкнуть на него, чтобы немедленно встал с постели и вообще выметался из комнаты. С трудом удается не вышвырнуть его из дома и заодно из своей жизни.…

Хмыкнул. Покровительственно похлопал честного труженика по плечу. Он был младше меня на два года. — Молодец, Вадик. Дерзай. Папхен почитает — ему понравится, сто пудов. Семья, бля… — он хмыкнул повторно, уже в другой, не для прессы, тональности. Для Очкастого это действительно была семья. Развернулся,…

— Вы верите в свою способность излечить его от полового бессилия? — Это не вопрос веры, товарищ. Тут дело во влиянии. Мое тело помогает сохранить это влияние. Если бы в этом мне больше помог пистолет, я бы воспользовалась пистолетом. Наджир одобрительно кивнул. Он знал, что она говорит правду. Далиа…

Ломан тоже собрался было сесть, но остановился, заметив, что я не сдвинулся с места. — Мы должны принести тебе свои извинения, Квиллер. Мы… э-э-э… глубоко сожалеем об обстоятельствах, которые вынудили тебя подать заявление об отставке, и выражаем глубокую надежду, что ты изменишь свое намерение. За…

Ни к чему. Он рассматривал Террела и его шлюшку – явно несовершеннолетнюю. Этот месяц Террел не вылезал из болтавшихся на нем безвкусной расцветки шерстяных рубашек, из-под которых виднелась одна и та же черная майка. В прошлом месяце он казался вросшим в кожаный пиджак, а до этого походил на сына…

— Я ненавижу ваши чертовы телевизоры. — Но это же прекрасное средство терапии, Ник. — К черту терапию. Мне нужна пара башмаков, чтобы учиться ходить. — Ты уверен, что тебе не нужен телевизор? — недоверчиво спросил Мейтленд. — Абсолютно уверен. А днем они прислали нового психиатра. — Привет, г-н…

Доктор подозвал сестру. — Во всяком случае, одна таблетка вам не повредит, — сказал он, выписывая назначение. — Чтобы немного отоспаться. — Я смогу завтра начать работать? — спросила она. — Я бы рекомендовал подождать несколько дней, — ответил он. — Вам не повредит, если вы отдохнете подольше. Кроме…

Лейси ворвалась в комнату. Дурное предчувствие оправдалось: Изабель лежат на кровати вся в крови. Рукой она упорно пытаюсь вытащить из-под подушки пачку бумаг. Через окно ворвался ветерок и подхватил один лист, закружил его по комнате. Лейси опустилась на колени. —  Изабель, —  позвала она. Так…

Но таков уж был Дин, и тут ничего не попишешь: или ты вообще ничего не получаешь, или же получаешь намного больше того, на что сама рассчитывала. Нет уж, чем так, лучше вообще ничего не надо. А в общем-то все это было довольно унизительно. И довольно типично. Вне зависимости оттого, живешь ты с ним…

Жар и дым в мгновение ока заполнили салон машины. Его руки были примотаны к рулю узкой лентой белого скотча; таким же скотчем, стягивавшим кожу на щеках, был залеплен его рот. Края скотча были острыми и уже успели натереть ему запястья. Свободными оставались лишь ноги, и он мог брыкаться ими и колотить…

Перед глазами мелькнули белокурые волосы Черил, разметавшиеся по его животу в момент страсти. Черил… Волна ярости поднялась из нутра, и он заглушил ее, как и песню, покорно уплывшую обратно в эфир. Он на миг оторвал взгляд от дороги и пустыря, обнесенного колючей проволокой. Рядом с ним на сиденье…

Здание, перед которым стоял «линкольн», вероятно, было чем-то вроде общежития. Над массивной деревянной дверью надпись по-гречески. Дверь распахнулась, и появился очень худой парень. Судя по всему, студент. У него были длинные спутанные волосы, одет он был как бездомный бродяга, но в руке держал портфель…

Звонок Гарри разбудил Ферраса, но тот сразу же включился и с готовностью согласился приехать, что Босху пришлось по душе. Единственное неудобство – напарник живет где-то в Дайамонд-Бар и к месту преступления доберется не ранее чем через час. Босх поднял этот вопрос в первый же день, когда к нему прикрепили…

– Но вы именно так и сделали, – буркнул он. Проигнорировав упрек, гостья продолжала говорить. Казалось, все ее действия и слова были заранее отрепетированы. – Мне нужно поговорить с вами, – пояснила она. – Ну, в данный момент я вообще-то занят. Он показал на открытый люк на палубе катера, куда ей…