Современная проза

В том же 1927 году состоялась премьера пьесы Э. Велька «Снятие с креста», состоящей из двух частей: «Толстой» и «Ленин». Действие этой пьесы, свидетельствующей о большом интересе Велька к России и к русской революции, строится вокруг Льва Толстого в последние дни его жизни; по авторскому замыслу пьеса…

С сыновьями проблем не было никогда: они с раннего детства пытались помогать родителям по хозяйству, оба были послушными, умными и воспитанными. Карима – родная дочь супругов – тоже не могла назваться проблемным ребёнком. Она была самой младшей, а значит, претендующей на избалованность: братья, родственники…

Наследие Лаури сравнительно невелико. Не считая журнальных публикаций, при жизни им были изданы три романа: два упомянутых и «С балластом в Белое море» (1936). Посмертно вышли: сборник очерков, повестей и рассказов «Услышь нас, боже…», «Избранные стихотворения» (1962), незавершенный роман во фрагментах…

Я так соскучилась. Мне снилось мое отражение в зеркале — в совершенно другой цветовой гамме — примитивный мажор цветного телевизора. Бледно-синее лицо и — на виске — две ярко-фиолетовые жилки. И я понимаю во сне, что долго не протяну. Я чувствую степень своей разрушенности, и ужасно хочется жить. …

Название программы: «Стихи безо всего». Прекрасное название. Вот и буду выступать с нею. А зачем ты ее пошел искать? Не надо было бы. Два раза встретились случайно – и ладно. Зашел у нас на даче разговор о женитьбе. Кто-то спросил: - Так что же получается – жена - якорь?! - Нет! Надежная…

И Сквознячок вылетел через форточку на улицу и полетел над спящим городом. Но вдруг его слух поразил совсем не детский плач. Горестный, в котором слышались и скрип, и скрежет. Сквознячок полетел туда, откуда доносилось среди ночной тишины загадочное рыдание. Он прилетел на городскую площадь, и то,…

Мой брат не претендовал на такие подношения, поскольку за несколько лет до этого в нашем доме произошел Филателистский Раскол. Джонатан решил специализироваться на Британской Империи. Я же, дабы подчеркнуть свое отличие, объявил, что буду коллекционировать категорию, которую я назвал, как мне тогда казалось,…

Раньше Лида на такие слова сразу начинала плакать, а теперь — ничего, привыкла. Теперь она просто молчит, положив голову ему на грудь, и слушает, как ровно бьется его сердце. Как он может так не ценить себя? Он! Такой умный, тонкий, такой талантливый. Его статьи по психиатрии ведь московские журналы…

Мне кажется, что господин Крид обожает Тимбу так же, как она обожает его, только он не выражает это так, как моя сестра. Вот была бы умора, если бы он бросился ей на шею! – Про ферму, дедушка, – попросила Тимба, садясь в кресло. Кресла у старика такие глубокие, что в них можно утонуть. Когда в них…

Пока Мздыря с него падал, всё было хорошо. А как падать перестал, всё стало плохо. Потому что Мздыря сразу вылетел с детской площадки и врезался в бабушку с помидорами. Велосипед с перепугу поскользнулся на томатном соке, и его со страшной силой понесло на улицу. На улице Мздыря сразу врезался…

– Родители уже нашли тебе крестьянина? – осторожно интересуется Хуго. – Еще нет. Крестьянин, который обещал прийти и забрать меня, так и не пришел. – И мой не пришел. – Наверное, нас отправят вместе со взрослыми. – Не имеет значения, – говорит Хуго и качает головой, как взрослый. Каждый вечер…

— Мальчики еще не приехали, — извиняется она. Потом добавляет, что они уже в пути; оба будут здесь минут через десять. И предлагает мне чаю. — Спасибо, — говорю я. Хочешь не хочешь, а отказываться нельзя. Предоставленный самому себе, отец не находит ничего лучшего, кроме как задать мне демонстративно…

Франц-Иосиф правил уже пятьдесят три года. В Средней Европе длительное время царил мир. Буржуазия, бурно встретившая год, которым началось новое столетие, до сих пор сладко щурящаяся, как в похмелье, была убеждена, что ее положение на земле непоколебимо. Но сэру Уинстону Леонарду Спенсеру Черчиллю…

Сияние звёздных огней... Мелькание лиц... Сидящий за столом ждал чуда. Ждал огня, который... нет, не вспыхнет ярче всех - здесь много ярких, очень ярких звёзд. Но лишь одна из них, ну, может быть, две - притянут его взгляд сильнее других. Этого он и ждал. Удерживать видение становилось всё труднее.…

Вона не стала чекати відповіді, а почала збирати уламки розбитої вази й витирати підлогу й водночас бурчала, не приховуючи свого невдоволення, Ти й сам міг би це зробити, а не дрімати тут, ніби ти нічого й не накоїв. Він не озивався, ховаючи очі за опущеними повіками, його раптом схвилювала несподівана…

– Шурік, – сказала вона за сніданком, – ти довіряєш своєму астрологові? – А що? – злякався Сан Санич, який дуже любив свою дружину. – Ти козерог, – сказала вона. – Чого це? – образився Сан Санич. – Не в тому сенсі, – пояснила дружина, – за гороскопом. – Ну і?.. – не врубався шефуля. – Ти…

Але… Люся ненароком у танці штовхнула найкрутішу тьолку не лише «Терміналу», а й усього міста – Сашку Б'eвзу. – Вибач! Тебе звати Саша? Вибач, Сашо, я ненароком, – не від страху, а з ввічливості виправдовувалася Люся. – Це будеш лікарям казати, – грубо кинула нарвана дівка та, жуючи баблгам, [1]…

— Можеш записати: ти поки що поза грою, і хоч лусни, а вище свого столу біля вікна не стрибнеш. Поки що, — багатозначно повторив він. — На роль у твоєму театрі я ніколи не претендуватиму, будь певен! — А я якраз і не певен. — Ну, себе я трохи знаю! — Трохи… —…

Мав він рацію чи ні? Питання лишилося відкритим. Певним є одне: пара «тяжкість-легкість» є найтаємничіша й найзначиміша з усіх протилежностей. 3 Я згадую Томаша вже багато років, та лише тепер мовби побачив його краще. Побачив, як він стоїть біля вікна своєї квартири, дивиться на стіну протилежного…

*** — Ты ведь это видел? — звонок Рика, хорошо изучившего его повадки за те пять лет, что они были знакомы, ничуть его не отвлёк: Доминик как раз собирался выпить чашку чая. — Что именно? — спросил он, оставляя кисть и спускаясь на кухню, чтобы поставить чайник. — О, ну что ты за человек! — судя…