Современная проза

– «Шесть утра. Будильник, как всегда, срабатывает без опозданий. Надежная вещь, постоянная, если не была прекращена подача электричества. Назойливый, монотонный, периодический, громкий писк, заставляющий проснуться, кого угодно, заполняет всю комнату. В такие моменты начинаешь задумываться о смерти раньше…

Началось. Барабан пришел в движение. Встряска. Нас осталось пять. Первый покинул нас. Нет слов, чтобы описать значимость этой утраты. Каким бы долгим или коротким ни было наше пребывание на этом свете, мы относимся одинаково к каждому. Никому не известно, когда придет и его черед, но рано или поздно…

В кабинете нашлось огромное количество интересных книг, которые Сайман когда-то хотел прочитать. Теперь подобные желания в прошлом, как и прежняя жизнь. На столе валялись ручки, карандаши, какие-то бумаги, бланки и папки с документами. На полу мужчина обнаружил разбитую рамку с фотографией бывших обитателей…

В начале 60-х годов начали строить Новый город, в котором выросли два поселка – нефтяников и энергетиков. С годами все дальше в степь уходили жилые дома Нового города, подрастало новое поколение Ширванцев. Многих уже нет в городе, одни переехали в Россию, Украину, другие – в более далекие страны и на…

Высокие окна, угольно-чёрные стены, огромные двери, тяжеловесная лепнина – всё это делало «Империю Гутенберга» самым значительным и знаменитым зданием в городе, можно сказать, его визитной карточкой. Его изображение с удовольствием печатали на кружках, майках, магнитах, тетрадях, пакетах, которые потом…

Бесследно пали многие ограничения и убеждения, удерживавшие очертания, казалось бы, незыблемых ранее моральных ценностей и правил. В эти годы социологи отметили, как достоинство, честность и порядочность начали оседать на нижние этажи шкалы нравственных устоев, а их места стала занимать материальная…

Голубь Однажды прекрасным тихим летним вечером я умиротворенно дожидался, когда же настанет аппетитный ужин, который готовила жена. Вдруг мое внимание привлек прилетевший голубь, он уселся на откос окна с внешней стороны и как-то очень странно стал себя вести. Почти прижался головой к стеклу и пристально…

В полутрансовом состоянии Платон смотрел на её вещи, пахнущие ею, своей хозяйкой, радуясь мимолётной возможности прикоснуться к её жизни, к ней самой, пусть даже таким несколько возмутительным способом, на который, как ему казалось, он имеет право. Он увидел сокровенный краешек её жизни и совсем растерялся.…

По счастью деду дали землянку при конюшне, крыша над головой у нас была. Мама жалко оправдывалась: «Здесь легче прокормиться. В Москве бы мы пропали…» Действительно, они с дедом по ночам выкапывали неубранную картошку на колхозном поле. Потом ее на что-то меняли. А мама стала еще и донором – в этом же…

Август 2019 года

* * * Его Матушка – со всей Её экзальтированной ярковыраженностью и раздражительной интеллигентской брезгливостью – всегда сразу переключала канал, как только на экране начинала свой лирический запев розоватая, как ранняя зорька, журавлино-фламинговая мелодия, трубившая о начале «Мира животных» и потому…

Посовещавшись, решили отвезти их на рынок и отдать какой-нибудь бабушке, которая там уже сидит и котят продаёт. Глядишь, купит кто-то, и они дом обретут. В девяностые много таких бабушек было. Самое смешное, что бабулька, взяв котят, ещё и некоторую сумму денег потребовала. – За что? – поразился муж…

Дима. Я… никогда… не буду вас… любить. Саша. Тогда сдохнешь! И запомни, нас любить надо искренне! Сережа. Нам подлизы не нужны, к нам со всей душой надо… Дима. Кому надо? Саша. Тем, кто сам хочет бить, а не быть битым! Бьет Диму. Дима плюет Саше в лицо. Саша. Какой глупый мальчик.…

От коровьего сарая к дому тянулся заборчик, калитка которого была завалена снегом. За этим заборчиком открывался вид на небольшой огород, огороженный от улицы редким штакетником. Урожаем овощей гордиться Вера не могла, зато георгины у нее вырастали на славу всей деревни. Если в гараже обычно сушились…

– Да, здесь очень мило, – согласилась она. – Я, знаете, тоже ничего особенного не думаю. Не знаю, зачем спросил. Извините. – О, нет-нет, я ценю ваш интерес, – казалось, она заговорила с облегчением. Они простились, и Андрей отправился на своё рабочее место. Редакции газеты был отдан целый этаж.…

Имелась ещё одна странная категория студентов, в нашем институте крайне малочисленная, оттого и заслуживающая отдельного упоминания. Так называемые переведённые студенты… Замысловатыми комбинациями эти индивидуумы всеми фибрами своей таинственной и мятущейся души стремились к получению формального высшего…

– А вам-то как? – удивился Гаевский. – А так, товарищ полковник, что ты мой подчиненный. И раз катишь бочку на самого… То никто не помешает ему подумать, что и я заодно с тобой. Нет-нет, товарищ полковник, так карьеру не делают. Не де-ла-ют! Все. Ты свободен! * * * О многом передумал Гаевский после…