Сказки

И все потому, что родители его — поспешим, кстати, сказать об этом были необыкновенно хороши собой, и Тисту, глядя на них, привык думать, что не такая уж сложная штука — быть красивым. Если же он на тыкался на какое-нибудь уродство, то оно казалось ему исключением или же несправедливостью. У его отца…

— Этого света пока хватит. А завтра я куплю новую лампочку. И он начал читать газету. А котёнок лег на пол и принялся ловить свой хвост. А мимо дома, мимо сада, мимо мельницы, мимо скошенного поля тянулась узенькая тропинка из лунного света. Потому что с котёнка всю дорогу осыпался лунный свет.…

А парс спустился с пальмы, нахлобучил шапку, блестевшую на солнце, как солнце, и ушёл с того места прочь по направлению к Оротаво, Амигдале, Верхним Долинам Анантариво и Болотам Сонапута.

Поэтому он улыбнулся ещё любезнее. — Так вот, — сказала Таффи. — Я хочу, чтобы ты пошёл к моей маме (потому что у тебя ноги длиннее моих и ты не свалишься в Бобровое болото) и попросил бы, чтобы тебе дали другое копьё. Чёрное. Оно висит у нас над очагом. Незнакомец (а он был теварец) подумал: «Это…

— Здорово, с туеском золотым пояском, что брал? — Бруснику. — Меня, старика, угости-ка. Запустил медведь лапу в туесок, угостился. Лапу облизал и у самой тропы спать завалился. Пашутке обидно: брал бруснику, брал, а медведь всю отобрал. Поднялся опять Пашутка к брусничнику, не стал смотреть на поясок…

Чуть он сказал: «Фич!» — изо рта у него выпрыгнул Моряк. Этот Моряк и вправду был очень умный и храбрый. Сидя в животе у Кита, он не терял времени даром: ножиком расколол свой плот на тонкие лучинки, сложил их крест-накрест и крепко связал подтяжками (теперь ты понимаешь, почему тебе не следовало забывать…

Смотрит на них девочка и думает: кто же они такие? На охотников будто не похожи, на дровосеков еще того меньше: вон они какие нарядные — кто в серебре, кто в золоте, кто в зелёном бархате. Стала она считать, насчитала двенадцать: трое старых, трое пожилых, трое молодых, а последние трое — совсем ещё…

Ну, понимаете, конечно, что одну сосиску нельзя съесть два раза, а если она уже съедена, так лучше и не думать о сосисках. Я вздохнул только и принялся глодать кость. Вдруг на кухне стали кричать. Я услышал голос Лены. Она звала меня громко: «Тилли, Тилли!» Я подумал, что меня зовут, чтобы дать такую…

— Ой, теперь он и тебя сосчитал! — заскулил Теленок. — Ах он негодник! Ну, погоди же! — заржал Конь и поскакал еще быстрее вслед за Козленком. А у самой дороги, в загоне, спала большая, жирная Свинья. Топот копыт разбудил ее. — Хрю-хрю-хрю! Куда это вы все? — спросила любопытная…

Древнюю основу сюжета можно восстановить, если сопоставить разные его версии. Наиболее архаичный вариант записан у монголов. В монгольской сказке кот и пес похищают сокровище у самого владыки подземного царства, куда добираются через море. В древние времена считалось, что подземное царство отделено от…

— Том, я жду тебя к ужину на Бейкер-стрит! — крикнул он мне напоследок. Я как-то машинально подобрал кожуру от банана, который жевал Крокодил, и выбежал из замка. В дальнем конце улицы я увидел всех троих: Бига, Крокодила и Холмса, который их преследовал. Подбежав к Темзе, бандиты прыгнули в реку вместе…

А между тем этот Большой Мир был совсем рядом. Неподалеку от деревни начинался лес, а к северу и западу от него тянулись Дикие Холмы, где было немало весьма сомнительных болот. Среди прочей нечисти в горах водились великаны, народ грубый и неотесанный, подчас чинивший всяческие безобразия. Один из этих…

А песня лилась и качалась, и предзакатное солнце наполняло пространство каким-то особым золотистым светом. Маленькая Обезьянка сидела завороженная, не шевелясь и чуть дыша... А Океан всё пел... Вставали невиданные картины, рождённые его песней, какие-то неизвестные образы кружились в золотом воздухе…

В этот момент Ата заметила разрыв в цепи муравьев. — Ах, цепь! Цепь разорвана! Что нам делать? Она подбежала к низенькому муравью-эксперту, который что-то считал на счетах, сделанных из стебельков травинок. — Ваше высочество, — сдержанно отвечал тот, — это всего пара дюймов.…

Телега снова ехала по дну бездны, ей все еще правил тот же самый старик. Он увидел тело старушки, с раскинутыми руками, и грустно помотал головой. Он — хранитель Бездны, хранитель мертвого божества, никогда не одобрял этого ритуального самоубийства. Но так надо было Хозяйке. И он знал, что буду еще жертвы,…

Но радость его увяла быстро, как цветок зимой. В тот же вечер в тронный зал ворвался гонец. — О мандарин! Чума, лавины, саранча, глад и отравленные колодцы! Задрожал мандарин. — Горожане Квон-Си, чьи стены построены в форме свиньи, которую прогнали мы, изменив наши стены в подобие дубинки, превратили…

Свою землячку Полину Андрейка очень даже хорошо знал: тетка молодая, здоровенная, как богатырь, и самая шумливая во всем Шапкине! Раньше она работала санитаркой в больнице, а потом уволилась за то, что любила всем врачам указывать и распоряжаться, а они ее не слушались… Теперь поступила сюда, и по всему…

Уже почти полстраницы исписало, вдруг посередине страницы — бац! — противная жирная, чёрная клякса! Вот беда! Прилетела на помощь розовая промокашка: чернила пила, пила, сама вся почернела, а ничем не помогла. Прискакала на помощь резинка-мышка: тёрла, тёрла, свой хвостик стёрла, а ничем не помогла.…

Тут Алиса почувствовала, что глаза у нее слипаются. Она сонно бормотала: — Едят ли кошки мошек? Едят ли кошки мошек? Иногда у нее получалось: — Едят ли мошки кошек? Алиса не знала ответа ни на первый, ни на второй вопрос, и потому ей было все равно, как сказать. Она чувствовала, что засыпает;…