Рассказ

Ольге для этого случая досталось выпускное платье сестры, четыре года томившееся в комоде, слежавшееся, пожелтевшее, переставшее ощущаться свежим. За эти четыре года жизнь изрядно наладилась, даже человек полетел в космос, разделив историю страны на «до» и «после», как в свое время рождение Христа провело…

Боль и жалость к себе не давали покоя. Презрение к безвольному, не способному на поступок мужу временами перерастало в ненависть. А вокруг было столько мужчин! Со временем у Кати появилась устойчивая симпатия к молодому фельдшеру из соседнего отделения. Едва заметные ухаживания, конфетно-букетный период,…

- Саша, не суетись! – смеялась мама, - Никуда твоя подружка не денется! Тоже, наверно, все глаза проглядела! - Мама, ну как ты не понимаешь?! - Понимаю я тебя прекрасно. Лучше, чем ты думаешь. Будет тебе от неё за бегство… - Не я же виноват, мама! - Записку хоть бы написал, передал с кем, а то…

– Как ты можешь так свободно держаться с профессором? – спросил Борисов, у которого был теперь довольный и спокойный вид, так как он получил четвёрку. – Да почему же, мой друг? Ведь профессор – человек, и я тоже человек. – Но ты совсем не знаешь предмета. Ты не знаком с лекциями. – Но, голубчик…

— Да, товарищ капитан. У них действовала инерция мышления. Они приучили себя к идее позиционной войны… Они пошли дальше по аллее, но теперь обменивались уже только замечаниями о погоде, об интересной планировке парка, об архитектуре старинной усадьбы и прочих незначительных вещах. Через пару дней,…

Конечно, это неполная правда. В моих книгах много секса, и все они разные, а чтобы стать брендом, писать надо одно и тоже. Сергей говорил, что люди хотят знать, что в консервах привычные котлеты с привычным содержанием хлеба, а не фарш Достоевского с его же опилками (кстати, любимым выражением Сергея…

- Да, Коля? - тихо спросила она. - Лейла, ты это..., - он то бледнел, то краснел и заметно заикался, чего за ним обычно не водилось. - Ты не могла бы меня подтянуть по литературе? Понимаешь, ну не могу я осилить эту 'Войну и мир', а ты, наверняка, уже прочла. Ну, в общем, вот, - на одном дыхании выпалил…

Необходимо было быстро возвращаться. Последующие дни он не находил себе места. Каждый вечер Апалос звонил своему другу Володе и просил раздобыть форму НКВД. Что ты затеваешь--никак недоумевал тот. Апалос отшучивался, что хочет раыграть девушку, но даже слышать это было очень глупо.Наконец…

– Ну, "-мо"! – психовал Санька. – Да где же я эти три дня был-то?! Где?! – Может, в вытрезвителе. – Да как я в вытрезвитель-то попаду?! Как? У меня лишнего рубля не было! – Ну, это… Свинья грязи найдет. – Иди найди! Иди хоть пятак найди за так-то. На что же бы я жил-то три дня? Этого не могли…

Харгрейв показал нам орнамент на одном из подножий — жезл, перевитый двадцатью четырьмя узлами, с которого слева и справа свисали шнуры с расходящимися концами, и объяснил, что это изображение символизирует спинной мозг человека, а рядом были помещены изображения, иллюстрирующие экстазы и сверхчувственные…

За Минском уже, на шибко разбитой станции, стояли долго и не ведали, когда двинутся дальше. Станция забита эшелонами и тучей народа. На кое-как прибранном перроне, издолбленном взрывами, вечером затеялись танцы под аккордеон, любовь недолговечная закрутилась, мимолетные страсти вспыхнули. Данила на танцы…

Он мечтал о подвигах, а жизнь его проходила однообразно и буднично. Каждое утро он нехотя свешивал ноги с постели и, подгоняемый маминым окриком: "Поторапливайся, а то опоздаешь!" - натягивал на себя штаны и рубаху. Потом он плелся к умывальнику, мочил нос - "И это называется вымылся?!" - и нехотя садился…

Но город проголосовал против него — несмотря на все его потуги. Накануне выборов всех журналистов, даже из многотиражек, вызывали в большое здание с российским и нашим республиканским флагом, и там уже правительственная дама, стриженая почти под нуль, рубила воздух перед нашими носами — все мы должны…

– Извините, – говорит президент. – Но ведь здесь рай? Разве не за бесплатно мы тут кормиться должны? – Рай, – отвечает служка, и лицо его приобретает не сулящее ничего доброго выражение. Я бы даже сказал: «сделал морду кирпичом, что твой гаишник», но президенту это всё равно ни о чём не говорит. –…

Жилой модуль оказался загерметизированным, и Свипперу не составило труда пристыковать его к своей станции. Получилось, правда, не очень: цветная заплата на фоне грязно-рыжей громады, но его это мало беспокоило. С детским любопытством вошел он в свое новое жилище, оглядел заваленный мусором пол, размалеванные,…

— Захватываем их, Аурл, скорее! — Томт горел азартом, как допотопный охотник за дичью. — Нельзя. К ним движется другое существо, не кентавр, настроено явно враждебно. При захвате оно может попасть в садок вместе с кентаврами, а это дополнительный фактор угнетения психики. — Томт нетерпеливо вздохнул.…

Неприятности по службе завоевали какое-то право гражданства на угловую комнату: не проходило дня, чтобы начальство кого-нибудь не распекало. Неудовольствие начальства зарождалось обыкновенно в комнате его превосходительства и, переходя от высшего начальства к низшему, достигало до угловой комнаты в устрашающей…

И вот, бывало, когда у отца по ночам игра, мы соберемся тихонько у двери и смотрим в щелку: какое лицо у папеньки? Скоро мы привыкли понимать каждое его движение; у него незаметная улыбка, и у нас дух занимается; у него руки трясутся, и мы дрожим всем телом, жмемся друг к другу, шепчем, задыхаясь: «Ах!…

   А потом - плавным неторопливым жестом ее рука взмывает вверх. И тонкие изящные пальцы - вперед-назад, в томном приглашении. Что, это мне? Она зовет меня? Качаю головой - нет, не отказываюсь. В изумлении и попытке проснуться. Втуне.    А вот блондин неожиданно громко щелкает пальцами,…

Но Влад хотел. Безумно хотел. Поначалу мы ссылались на нерегулярную близость, гормональные перестройки, молодость моего организма, стрессы и так далее, и тому подобное. А потом обратились в больницу, и вот тогда все и началось. Начался ад. Мой личный ад. Я бегала по кабинетам, врачам, сдавала анализы,…