Проза

Сергей Тютюнник Книга Капитан Шуваев украл книгу. Не мог не украсть. К Вите Шуваеву я приехал в качестве корреспондента дивизионной газеты, чтобы написать, как сначала душманы, а затем и наши артиллеристы сожгли кишлак Яхчаль. В помятом саквояже я возил книгу. Книга была библиотечная, серая, полурассыпавшаяся –…

Он начал гнить в заболоченных окопах под Львовом и, закончив войну в Польше, приехал домой инвалидом, привезя осколок в ноге и простуженную, заболоченную кровь в жилах. В холодный длинный дождь он весь покрывался чирьями и лежал на узкой железной кровати возле печки тихо, не ворочаясь на постели и прирастая…

Сергей Тютюнник В кино Каппелевцы перестали идти красиво и рассыпались в цепь. Анка застрочила из пулемета (в роли Анки – актриса Вера Мясникова). Пулемет грохотал, каппелевцы залегли. Сидор Артемьевич Ковпак со своими партизанами (в роли Ковпака – актер Константин Степанков) смотрел фильм про то,…

Сергей Тютюнник Измена – Я теперь не верю ни одному ихнему слову, – сказал прапорщик Титенко, мотнув кудрявой черной головой, и стиснул кулак так, что заскрипели короткие пальцы, похожие на латунные гильзы пулеметных патронов. Этими латунными пальцами прапорщик Титенко неделю назад держал разорванный…

Сергей Тютюнник История, которой не могло быть Один лейтенант, свесив ноги в люк, сидел на броне бэтээра. Бэтээр ехал по пыльной дороге и наехал на мину. Мина оторвала от бэтээра колесо «с мясом», подкинула высоко в лысое небо лейтенанта и там, в лысом и горячем небе, достала его небольшим пластмассовым…

– Какой козел такие «кондеры» выпускает?.. Еще знак качества стоит… – бухтел Витька. Марат не выдержал: – Слушай, ты, козел, чеши отсюда. Титька-жених!.. У Витьки было такое чувство, будто его двинули по морде здоровенной боксерской перчаткой. Вся голова воспламенилась. Он взлетел с кровати и растерянно…

Аллопатия же вся прошла мимо, не возбудив нисколько, не приведя в восторг. Просто — не послушались, и совершенно спокойно. Кто же усиливается и «упояется» быть «миротворцем», «чистым сердцем», «быть изгнанным правды ради»? или боится разбогатеть, помня прямо грозные слова о судьбе богатого юноши? Кто…

Это был счастливый город. Город, который жил в полном неведении. Где-то на земле были другие города, но о них знали приблизительно. Где-то в городах жили другие люди, но их никогда не видели. Где-то у людей была другая жизнь, но об этом никто не догадывался. Город жил сам по себе, и не с чем было…

Но она молчала. Постепенно нарастая, все выше поднималась в ней волна ненависти. Вот он сидит, инженер Карвовский, пьет чай, говорит круглыми фразами, вежливо, любезно улыбается. Доносчик. Сидит в темном пиджаке, вылощенный, гладко причесанный. Доносчик. Захочет — пойдет на озеро, к реке, захочет — может…

«ЧУБАРИКИ, ЧУБЧИКИ, ЧУБЧИКИ…» Мы встретились с ним еще в ранней юности в Джанкое — маленьком степном городке на севере Крыма. Как-то в воскресенье я зашел в парикмахерскую Ветросова. В кресле уже сидел какой-то усатый дядька, один из тех степных богатеев, которые после хорошей сделки на воскресном…

Новый взрыв хохота, даже Дремин не утерпел, засмеялся, обвел взглядом казаков. — Ушаков Егор. — Я! — Голубоглазый, с русым кучерявым чубом Егор подошел ближе. — Ты кто? — Забайкальский конный казак, — кинув руку к папахе, четко ответил Егор, — третьего военного отдела, Заозерской станицы, поселка…

Это была всего лишь маленькая деревяшка, уходившая в землю на несколько сантиметров. И хотя цепь была толстая и прочная, мне казалось очевидным, что такое сильное животное, способное вырвать с корнем дерево, могло бы легко выдернуть колышек и убежать. Это до сих пор остается для меня загадкой. Что…

Старуха в стоптанных мужских башмаках обогнала их перед самым памятником. На древнем лице ее вспыхнул красный отблеск промчавшейся «Скорой помощи». «А дальше? Что было дальше?» – «Дальше? Помню, как я страшно тосковал по ней, сидя тогда на дереве. Может быть, первый раз за эти месяцы я тосковал и думал…

Должно быть, ты легла. В Нью-Йорке на три часа больше. Значит, если здесь девять, там – двенадцать. Вернулся в гостиницу. Человек с лицом козы медленно шел навстречу. Глаза его были полны густой крови. На телефоне мигал красный огонек. Он опустился на кровать, прижал к лицу уже высохшее полотенце.…

Для «иного» единственная возможность поразить профессионала – прикинуться местным. Это мне нефиг прятаться, это я на них охочусь. Для них главное – приблизиться на дистанцию прямого выстрела, чтобы, значит, палить не целясь. Особенно желательно зайти за спину и снести тебе башку. Единственная беда у…

Марина Дробкова Вкус гамбургских вафель Я сижу на удобном мягком стуле, обхватив руками огромный живот. Мир съежился до размеров одного тела – моего. Это странно, но я начинаю привыкать. Наверное, любая мать поняла бы меня – то, что я собираюсь сделать. Сгорбленный очкастый куратор напротив испуганно…

Валерий Окулов Десять книг одного века (Воспоминания как размышления) «Habent ua fata libelli Книги имеют свою судьбу» – полстроки из стихотворного трактата римского грамматика Теренциана Мавра давно стали «крылатым» и часто употребляемым выражением. А вот полностью строку знают меньше – «оценка…

Трясущейся рукой Виталий набрал номер, зажав микрофон в кулаке. После нескольких телефонных гудков из трубки раздалось: – Лобачев слушает. – Владимир Иванович, – оператор мысленно представил себе грозного руководителя ЦУПа и сглотнул. – Владимир Иванович, тут такое дело… Он рассказывал, сбивчиво и…

– Значит, так, герр вервольф, – заявила она уже без всякого намека на прежний дурашливый тон. Сейчас голос ее звучал по-деловому сухо и, вкупе с веснушчатой детской мордашкой, даже жутковато. – В нескольких шагах от меня, по левую руку, – прекрасный осиновый пень. Сейчас я воткну в него вот эту штуку…

Хирургический риск при операциях на позвоночнике крайне высок, а операции очень часто осуществляются не по жизненным показаниям. Теперь о моих пациентах. Хотя вертебрология и новый раздел медицинской науки, это вовсе не значит, что болезни позвоночника появились недавно. Они существуют столько, сколько…