Проза

На этот раз на стук в дверь раздалось фамильярное «Заходи». Степан вошел и, опять обойдя весь стол, остановился перед Пал Палычем. Тот, не поднимая глаз от кучи бумаг и папок на столе, махнул рукой: садись, мол. – Пропуск получил? – Так точно! – Мы не в армии. Заканчивай со своими «так точно». Быстренько…

Он молчал, смотрел на меня, и его золотистое сияние меркло в тусклом белом свете пыльной лампы. Я посмотрела ему в глаза – там, на разбитом стекле, растекалась кровь. Я почувствовала его несказанные слова: «Я пришел к тебе. Я люблю тебя». Слова растворились в сигаретном дыме. Я их не услышала. Он молчал…

— Любишь бабушку? Малыш приник к женщине. — Да. — И я люблю моего Алешку, — сказала старушка. — У меня тоже никого нет, кроме него. Вырастила сыночка одного — в сорок втором в Крыму погиб. Малыш вскинул синие глаза: — Бабушка, ты про папу говоришь? Старуха вздрогнула и не сразу нашлась: — Да, детка,…

Опасаясь, как бы сестры не нашли письмо, Фариз сжег его, а медаль спрятал. Абиш-баба умер весной сорок седьмого, унес их тайну в могилу. А Лейла-хала все еще глядела на дорогу, ждала сына. Она сказала, что не надо разыскивать. Не просила пенсии. Разыскивать и просить — значит смириться с мыслью, что…

Мне надоело слушать разговорчивую Тобу, да и времени уже не было сидеть тут. Я поднялась и сказала: — Вы извините, но мне надо… — Нет, вы послушайте, чем это кончилось, — заявила она тоном, не допускающим возражений, и я подумала, что ладно уж, дослушаю до конца, а не то, чего доброго, эта Тоба выпишет…

Создавать в малой укромности милого дома. За дверью: захолустье, накрытое явью, как западней, и ничего не поделаешь — срединный мир переполнен тихим безличьем до набрякшего спазма и полуденной саркомы. Тесный рубеж, топографический рубец, лелеющий громоздкую ширь или жестко упакованный urbi . Повторяется…

Пес или, может, его тень, пропал. Наверное, убежал гонять косуль. Или услыхал издали, как его кличут. Кличут собачьим именем. Меня зовут Синтия. Почему я притворяюсь, будто не слышу, что меня зовут? Уже который год. Который год. По колена в листьях она брела к баронской могиле напротив оврага. Стволы…

Он говорил об Орфее, проповедовавшем зверям. ― Зазвенела дикая арфа, услышал я его голос, и королевской поступью подошел лось, великолепный под кроной своих рогов, и в глазах его ― взгляд друида. Он описывал Орфея верхом на красной корове Ашанти, а Эвридика под ним, под землей пробирается…

Когда на болит голова (а это бывает все реже), можно на делить мир на две половины: когда, дескать, голова болит и когда — нет. Когда не болит голоаа — мир разноцветен, ярок, как в детстве. Душа переполняется восторгом. Ты источаешь аромат обаяния. Вокруг тебя все становится добрей и чище. Жизнь огромна,…

Ты летаешь, а под тобой, на земле, любимые существа. Ходят, разговаривают, пьют, спят, испражняются, пишут письма, читают, смотрят телевизор. Они ругаются, мирятся, поют, звонят друг другу по телефону, говорят ласковые слова, в ярости бьют посуду. Они делают все, что положено делать людям. Только не…

* * * Куда уходят сны? Продолжают ли они существовать, когда мы просыпаемся? * * * Жизнь — зто цепь символов-зпизодов. Человек — это покой. * * * Слово — всего лишь промокашка мысли. * * * Рааделились ядра. А клетка осталась одна. Скажите, как жить содружно двум бедным ядрам? Скажите, что делать…

— Вот ты где. — улыбнулась она. Они смотрели друг на друга и почему-то его испугала её добрая улыбка. Она прикоснулась к его рукам неуверенно и как-то по-детски и сказала: — У тебя холодные руки. Странно — подумал он, потому что не чувствовал холодно также как и не ощущал ни боли, ни страха, ни обиды…

Когда-то очень давно, так давно, что даже небо не помнит этого времени, в доме на берегу моря жила девушка. Она была очень красива и умна. Все вокруг были влюблены в неё, но она как будто не замечала этого. Она мило улыбалась всем, беседовала обо всем, но никого не подпускала близко. Девушка жила одна,…

Вы когда-нибудь пытались смотреть на чужую жизнь своими глазами? Когда проходишь по улице и смотреть на людей, строя догадки об их жизни — улыбка, взгляд, еле заметная складка на лбу, следы высохших слез — все это говорит, все это живое, у всех своя история. Глаза могут рассказать столько всего! Вглядываясь…

Хотя Пушкин сам меньше всего представлял себя «детским писателем», как теперь принято выражаться (когда Пушкина попросили написать что-нибудь для детей, он пришел в ярость…); хотя его сказки вовсе не созданы для детей, и знаменитое вступление к «Руслану» тоже не обращено к детскому воображению, этим…

Его меланхолия была тайно связана с календарём — табличкой, похожей на клетку, в которой сидело время и тоже терпело… Лишь иногда жизнь открывалась ему яркими впечатлениями, и он помнил все их наперечёт, соизмеряя с ними свои убеждения и тайные желания. Его мир имел два светила: одно суетливо бежало…

- Алименты станешь платить? - Не знаю. Касум снял шапку, с чувством поскреб макушку, долго смотрел на Кадыровы туфли, окинул взглядом отглаженные брюки, белую сорочку, галстук, взглянул в лицо, это уже под конец - в лицо. Взглянул и сказал: - Ты вот что, Кадыр. Ты не думай, что я без понятия.…

— Дядя Петя! Вы чего тут делаете? — удивился мальчик. И я узнал его: Серёжа Покатов, сын одного из наших рабочих-железнодорожников. Я часто бывал у Сережиного отца: он тоже состоял в большевистском комитете. Я быстро, в двух словах, объяснил Серёже, в чём дело. — Идёмте к нам в класс, — зашептал…

...Моя книжка ни больше ни меньше как простые записки страстного охотника... 1847 год РАССКАЗЫ И ВОСПОМИНАНИЯ ОХОТНИКА О РАЗНЫХ ОХОТАХ Охота, охотник!.. Что такое слышно в звуках этих слов? Что таится обаятельного в их смысле, принятом, уважаемом в целом народе, в целом мире, даже не охотниками?..…

Тридцать ансамблей с тридцатью лакированными бегемотами. Больше никакими цифрами я не располагаю. Знаю только, что съехалось множество фотографов, корреспондентов, наших и иностранных, радио, кино, телевидение, и великое множество любителей и знатоков джаза, среди которых был даже известный комментатор…