Проза

– Лично – нет, – ответил незнакомый господин, – хотя однажды, кажется, я его видел… Симпатичный был человек, правда? – Симпатичный? Не то слово. Очаровательный cau eur [2] , один из самых тонких и остроумных собеседников, каких я знал… Его язвительные шутки, его парадоксы… Никогда мне не забыть вечеров,…

Тут за плотной стеной взволнованных людей я разглядел своего друга доктора Сандро Луччифреди, комиссара полиции и начальника оперативного отдела, а рядом с ним – доктора Уширо, начальника отдела по расследованию убийств. Заметив меня, Луччифреди помахал рукой над головами и крикнул:

Мимо них проезжали на велосипедах рассыльные с шаткими грудами пакетов, кто-то что-то грузил в фургончики и выгружал из них, под натиском нетерпеливой публики таяли гигантские пирамиды сладостей и груды цветов, везде загорались и гасли лампочки, всюду гремели похожие на ор песни. Вол, воспользовавшись…

Алексей Зайцев Болото Третий день подряд тебе снится болото. Ты подходишь к самому краешку спасительного берега и падаешь вниз. Медленно соскальзываешь в трясину и чувствуешь, как она тебя пожирает. Чувствуешь, как со всех сторон на маленьких бледных ножках сбегаются противные поганки и начинают…

Женщины в детстве. Не женщины в своем детстве, не девочки. Женщины в нашем детстве. У Пастернака есть стихотворение с таким названием. И присутствие женской стихии Облекало загадкой уклад. Это очень точно, именно загадкой. Мы жили на даче. Сын хозяев, Митя, учился играть на гитаре. Он перебирал…

ДУРОЧКА Дьяконов сын, семинарист, приехавший в село к родителям на каникулы, проснулся однажды в темную жаркую ночь от жестокого телесного возбуждения и, полежав, распалил себя еще больше воображением: днем, перед обедом, подсматривал из прибрежного лозняка над заводью речки, как приходили туда с работы…

Первым делом Ярослав разогнал всю новгородскую власть, терпеливо и осмотрительно подобранную ещё впавшим в опалу Константином. Сослав в Тверь нескольких людей именитых в цепях и позоре, отдал по навету двор вовремя сбежавшего дружка Константинова на поток и разграбление и взял под стражу его жену и сына.…

– Урод, ты меня достал за эту неделю! – завопила блондинка. – Фекла, ты только не бросай меня! – взмолился Игорь. – Я Диана, идиот! – Да? – поскреб затылок Игорь. – А выглядишь, как Фекла… Блондинка с чувством залила всю квартиру Старцева потоками трехэтажного мата, моментально оделась, разбила…

– Здравствуй, – не сразу сказал он. – Мы не виделись тысячу лет, – она улыбнулась. – Здравствуй. – Как дела? – Ничего. А ты? – Нормально. Да… Люди проходили по длинному коридору, смотрели. – Ты торопишься? Она взглянула на его часы: – У тебя есть сигареты? – А тебе можно? Махнула…

– И выбрали для этого самое неподходящее время. Я очень занят. Лавдэй, вы перепечатали мое письмо к пане Римскому? – Нет еще, милорд. Если помните, вы просили меня сперва подобрать данные о рыбных промыслах Ньюфаундленда. – Совершенно верно. Что ж, тем лучше. Письмо, очевидно, придется писать заново…

Это снимок Земли Бетованной и знаменитого Галлелейского моря. Здесь все оч. восточное с верблюдами. Про маскарад скоро напишу это целая история насмотрелась же я. Папа уезжал на весь день с леди М. потом сказал что она очаровательная женщина знает жизнь. Пароход «Слава Эллады» Дорогая моя! Ну…

2 – Давай, вали дальше! – потребовали сверху. – Дальше-то? – Чонкин задумался. Вся камера № 1 возбужденно ждала продолжения. Время было – после отбоя. Чонкин лежал на средних нарах между блатным пареньком Васей Штыкиным по прозвищу Штык и паном Калюжным, пожилым дядькой с вислыми усами. Чонкин…

Мы, Юсуф Хериби, божьей милостью муфтий священной Оттоманской империи, свет от света, избранный из избранных – всем правоверным, читающим эти строки, шлем глупость и благословение. Так совершилось, что Саид-Эфенди [1] , бывший посланник Великой Порты [2] в маленьком государстве, называемом Франк-Римом…

Нам, быть может, заметят, что мой счет неверен и что я нарушаю тройное правило арифметики. И вот почему: если, скажут наши оппоненты, за 1400 лет из-за теологических дилемм и антидилемм погибло всего 50 миллионов человек, то это составляет в год 35 тысяч 714 с лишним человек и что я, таким образом, в…

В первые годы царствования великого императора Канси некий кантонский мандарин услышал сильный шум в соседнем доме: он осведомился, не убивают ли там кого-нибудь; ему сказали, что это спорят датский священник, капеллан из Батавии и иезуит. Мандарин приказал привести их к себе, угостил чаем с вареньем…

Фанатизм для суеверия – то, что исступление для лихорадки, что бешенство для злобы. Тот, у кого бывают экстазы, видения, кто сны принимает за действительность и фантазии за предсказания – энтузиаст; тот, кто убийствами поддерживает свое безумие – фанатик. Жан Диас, удалившийся в Нюрнберг, был совершенно…

Однажды великий философ Цитофил сказал отчаявшейся женщине, у которой были все основания отчаиваться: – Сударыня, королева Англии [1] , дочь великого Генриха IV, была столь же несчастлива, как и вы: ее изгнали из ее владений, она едва не погибла в океане во время бури, она стала свидетельницей смерти…

Все согласились со мною, и тем не менее никто не хотел быть дураком, чтобы быть счастливым. Отсюда я заключил, что если мы дорожим счастьем, то еще больше дорожим разумом. Но, если пораздумать, окажется, что предпочитать разум счастью значит быть безрассудным. Как же объяснить это противоречие? Так…

В начале, когда был только основан Приют Трехсот [1] , все его обитатели, как известно, были равны между собою и свои маленькие дела решали большинством голосов. Они на ощупь легко отличали медную монету от серебряной, никто из них никогда не спутал бургундского с вином из Бри [2] . Обоняние у…

– На тридцать пятое, – сказал Бабабек. – Я нахожу забавным, что вы надеетесь попасть выше, чем я, – возразил Омри. – Это, разумеется, следствие чрезмерного честолюбия. Вы осуждаете тех, кто ищет почестей в земной жизни, почему же вы желаете для себя столь высоких почестей в жизни иной? И на каком основании…