Проза прочее

Упавший на песчаный лик пустынь, Сверкнув на миг, уносятся навек. [fit-0017] В сей караван-сарай, где на часах Чреда ночей и дней стоит в вратах, На краткий срок, отмеченный судьбой, Свой пышный въезд свершал за шахом шах. [fit-0018] И льву и ящерице вход открыт В тот зал, где…

Ник показал ему свою тессеру; удостоверение было с фотографией и печатью Третьей армии. Лейтенант взял ее. - Это останется у меня. - Ну, нет, - сказал Ник. - Отдайте пропуск и уберите вашу пушку. Туда. В кобуру. - Но чем вы мне докажете, кто вы такой? - Мало вам тессеры? - А вдруг она…

- Я позвоню вам,- сказал я. Этот немец был очень странный немец, и никто из хороших немцев не любил его. Он внушил себе, что умеет играть на рояле, но если не подпускать его к роялю, был ничего себе немец, если только не пьянствовал и не сплетничал, а никто не мог отучить его ни от того, ни от другого.…

Рекламы эти Энрике знал наизусть. За пятнадцать месяцев, что провел на войне, они ни капельки не изменились: должно быть, все те же пластинки запускают,- и все-таки звук сирены каждый раз вызывал у него эту дрожь, такую же привычную реакцию на опасность, как стойка охотничьей собаки, почуявшей перепела.…

- Это ты застрелил, Джим? - спросила Лиз. - Я. А верно, красавец? - Джим взвалил его на спину и понес в коптильню. В тот вечер Чарли Уаймен остался у Смитов ужинать. Возвращаться в Шарльвуа было поздно. Мужчины умылись и собрались в гостиной в ожидании ужина. - Не осталось ли там чего в кувшине,…

Все было понятно в кафе "Кова", где было тепло и нарядно и не слишком светло, где по вечерам было шумно и накурено, и всегда были девушки за столиками, и иллюстрированные журналы, висевшие по стенам на крючках. Посетительницы кафе "Кова" были большие патриотки. По-моему, в то время самыми большими патриотками…

- Он идет за нами? - спросил я. - Да. Мы вошли в подъезд и стали подниматься по лестнице, а он шел за нами, на каждом шагу хватаясь за перила, и я слышал его тяжелое дыхание, а девушка рядом со мной взбежала по ступенькам как кошка, тихо и легко, и я не видел пота ни на ее лице, ни на платье, а…

Разве не в Ираке возродился миссионерский дух народа, пропитанный ароматом пророчеств и божественной благодати? Иначе что связывало бы ныне живущих с теми, кто ушел в вечность, в канун и в разгар главного сражения за то, чтобы знамя арабской нации вновь вознеслось после того, как оно было замарано ставленниками…

Тут хораша, засень. Як можна жыць у гэтым салявым горадзе, на дне гэтай лагчыны, поўнай белага сквару? На ўсiх яго роўных сценах, груба высечаных i абчасаных вострым кайлом, кожная выбоiнка, пакiнутая ўдарамi кiркi, тапырыцца сляпучай луской, густы бялявы пясок забiваецца ў iх бляклаю жоўтаю фарбай,…

Собственно, к несчастной старухе и претензий быть не могло. Она выросла в ту суровую, грубую эпоху, когда о психологии и не слыхивали, когда нравственные критерии буквально отбрасывали, как мякину, когда людей делили только на хороших и плохих и знали один-единственный вид брака без всяких осложнений,…

Когда босой, со шкурой антилопы и посохом с медным набалдашником под мышкой и чашей для подаяния из отполированной коричневой скорлупы кокосового ореха в руке, он выходил, опустив глаза долу, из городских ворот, за его спиной с бастионов стреляли пушки, салютуя его преемнику. Пуран Дас кивнул головой.…

Причин тому было достаточно: и трудности послевоенных межгосударственных отношений СССР и Югославии, и бескомпромиссная позиция самого писателя. Верный традициям профессиональной журналистики, он упрямо отстаивал свое право задавать неудобные вопросы и высказывать мнения о людях, общественных процессах…

Ты узнаешь! И пусть будет знаком мой экстаз, сознание протяженности существования и все присутствие моего тела. 27. Тогда ответствовал жрец и сказал Царице Пространства: О Нуит, непрерывное существо небес, пусть люди называют тебя не Единой, но Никакой; и пусть не говорят о тебе вовсе, так как ты…

Старый дядюшка и новообретенная тетушка оказали мне радушный прием. Но стоило войти Кейт Торнбери, и я лишился сердца - и до сего дня так не обрел его снова. Однако я прекрасно обхожусь и без него, ибо получил в залог сердце куда более ценное - до тех пор, пока не отыщу своего, чего, от души надеюсь,…

В "Центурии: ста крошечных романах" (1979, премия Виареджо) Манганелли проделывает операцию, обратную осуществленной в "параллельной книге", втиснув в томик сто "романов" всех возможных типов (детективный, фантастический, психологический, любовный, исторический, структуралистский, католический и др.),…

Остров Энтранс молчал. Ведь остров без жителей - это остров без голоса. Сто лет назад, когда здесь жил Борото, Энтранс мог говорить устами его племени. Словно погруженный в тяжелое раздумье, остров не видел нашего катера, уверенно рассекавшего волны. Но вот Энтранс остался позади. Встречая открытое…

У Питера была белая лошадка, способная мчаться быстрее ветра. А красотой она напоминала птицу, и казалось даже, что в полете на ногах у нее вырастают крылья. Когда бури и грозы ломились через заросли буша, а летящие облака с грохотом скрещивали мечи молний, озаряя небосвод, Питер несся сквозь непогоду,…

Второй акт Комната в замке. Агловаль и Игрен. Входит Белланжер. Белланжер. Где Тентажиль? Игрен. Здесь. Говори потише, он спит в соседней комнате. Он был так бледен, измучен. Долгое путешествие лишило его сил, и воздух замка уже проник в маленькую душу. Он плакал без причин. Я взяла его на руки…

Хикару:   А моя жена, она разве не относится к "абсолютно спокойным"? Медсестра:   Ваша жена во сне машет руками, стонет, ворочается с боку на бок. Простите, конечно, но уж кем-кем, а спокойной ее никак не назовешь. Хикару   (с возмущением) :   Знаете что, в вашей больнице...…

Сегодня Ясуэ отправилась на пляж в зеленом купальнике, самом что ни на есть наимоднейшем. Правда, он был не собственного ее производства, а куплен в универмаге. Ясуэ очень гордилась своей белоснежной кожей и не признавала загара, поэтому, едва выйдя из воды, спешила спрятаться под зонт. Детишки строили…