Прочее

— Да, я знаю. Я вас хорошо помню. — Помните? – спросил Харви с надеждой. Луб совсем разозлился. — Да, богатенький Буратино, — обратился он к Харви. – Ты как-то дал мне на чай 25 центов. Я – Луб, владелец этого кабака. И однажды ты сунул мне большую, жирную монету. Приятель, я никогда тебя за это…

На праздновании восьмидесятилетия Курта бывший редактор журнала «Нью-Йорк-таймс бук ревю» Джон Леонард размышлял об опыте общения с Куртом и чтения его книг. «Воннегут, подобно Эйбу Линкольну и Марку Твену, большой весельчак, когда не хандрит, — заметил Леонард. — Он словно проводит какой-то невероятный…

И мы были нарасхват. Поскольку в армию я записался и стал лейтенантом за два года до вступления Соединенных Штатов в войну, то к концу ее должен бы бы получить звание подполковника, не меньше. Но, дослужившись до капитана, я сам отказался от повышений — не хотел расставаться со своей славной семьей…

Я посмотрел на свои руки. Они были покрыты этой розовой слизью. И я застыл. Это были не мои руки. Слишком большие. Слишком бледные. Мышцы предплечий бугрились под кожей, словно стальные канаты. Идеальные пропорции, длинные пальцы, широкие запястья. Это были руки убийцы или пианиста, но точно не…

И, кстати, где его палочка?! — Чего, кровососушка ты наш, Бог-то тебя наказал? — раздался рядом злорадный старушечий голос. — А ведь и правда, неладно с ним… я думала, брешет Михалыч. Пойду уж, позвоню… Малфой буквально подпрыгнул и, обернувшись, увидел омерзительного вида старуху — вылитую ведьму…

Я увидел лицо водителя фуры. Белое, испуганное, с открытым ртом. Он что-то кричал, но я не чего слышал — только грохот собственного сердца. Увидел снежинки, застывшие в свете фар, — миллионы белых точек, каждая уникальная, и все они сейчас станут свидетелями моей смерти. Заметил своё отражение в лобовом…

А полагалась мне за такие дела хорошая порка. Отсчитав шлепков сколько следует, отец сказал: — Теперь слушай внимательно. И он рассказал мне историю Маленького Мука. Отец Мука (на самом деле его звали не Мук, а Мукра) жил в Никее и был человек почтенный, но небогатый. Так же как Мук, он всегда…

Памятник Вильгельму Гауфу Раннее детство Вильгельм провел в компании троих братьев и сестер, а также кузины по имени Луиза. Когда мальчику исполнилось 7 лет, Август Фридрих неожиданно ушел из жизни, и Ядвига перевезла детей в имение собственного отца, находившееся в Тюбингене и…

Мощь этих рек обеспечивала богатство и власть городов, стоящих по ним. Ларса, Урук, Вавилон, Ларак, Акшак, Шадиппум, Рапикум… Но Гуаба — случай особый. Если бы не Вавилон, она вполне могла бы стать столицей Шумера. Гуаба не просто стояла на Тигре, как Вавилон стоит на Евфрате. О нет. Гуаба стояла в устье…

Человек, сидевший в нем, оказался маленьким, сморщенным, старым карликом, одетым в желтое льняное платье, в красный торчащий кверху ночной колпак, с закрытыми глазами и неподвижный, как высохший труп. Напрасно окликнув и толкнув его, Вильгельм уже хотел прикрепить к лодке веревку и отвести ее, как человек…

- Я бы на твоем месте пошел на восток, - ответил ему, тем не менее, санитар. – Куда-нибудь на южный урал. Сейчас апрель. Здесь еще прохладно, а там уже, считай лето. - Карту бы посмотреть… - тяжело вздохнул Эрвин. — Это можно, - неожиданно кивнул Акинфий. – Подожди, паря. Сейчас схожу в книжную…

А полагалась мне за такие дела хорошая порка. Отсчитав шлепков сколько следует, отец сказал: — Теперь слушай внимательно. И он рассказал мне историю Маленького Мука. Отец Мука (на самом деле его звали не Мук, а Мукра) жил в Никее и был человек почтенный, но небогатый. Так же как…

- Снова ты? Если ты здесь работаешь, я сразу же заберу свои документы, - помедлила и насмешливо улыбнулась, - хотя подожди. Если ты, как и я, лишь подал заявление, я лучше поищу способ избавиться от тебя. Эрнест поднял одну бровь и желчно усмехнулся. В его глазах полыхнул недобрый огонек. Мне жутко…

Когда зазвучал барабан и флейта, он сначала с очень сердитым видом показался за темными, тусклыми от старости окнами. Но скоро он сделался ласковее, выглянул ко всеобщему удивлению в окно и искренне смеялся штукам орангутанга. Мало того, за эту забаву он дал такую крупную, серебряную монету, что об этом…

– Только не раскачивай так гадко головой! – испуганно воскликнул малютка. – Ведь твоя шея тонка, как кочерыжка, она легко может переломиться, и твоя голова упадёт в корзину. Кто ж тогда захочет купить? – Тебе не нравятся тонкие шеи, – со смехом пробормотала старуха. – У тебя совсем не будет шеи! Голова…

В Элладе используют немного другой подход, считая, что нейтральных существ по природе быть вообще не может. Каждый так или иначе, но склоняется хоть на самую чуточку больше к Тьме или Свету. Но при этом, правда, термин “серый” существует вообще для всех категорий, даже для богов. В том смысле, что серыми…

Она нагнулась и стала шарить своими длинными коричневыми пальцами в корзине с пучками зелени, которые Ханна разложила так красиво и аккуратно. Возьмет пучок, поднесет к носу и обнюхивает со всех сторон, а за ним — другой, третий. У Ханны прямо сердце разрывалось — до того тяжело ей было смотреть, как…

- Да не качай ты так безобразно головой! - воскликнул боязливо мальчик. - Шея у тебя тонкая, словно кочерыжка, - она может переломишься, и тогда голова твоя упадет в корзину. А уж ее-то никто покупать не станет! - Так тебе не нравится моя тонкая шея? - со смехом пробормотала старуха. - Ну что ж, у…

– Так отведите же меня к купцам, – потребовал незнакомец. – Этого теперь нельзя, – отвечал предводитель, – потому что мы должны без остановки ехать дальше, а купцы находятся по крайней мере на четверть часа позади; но если вы поедете со мной дальше, пока мы не сделаем привал для отдыха в полдень, то…

102 103 104 105 106 Вильгельм Гауф Сказки, рассказанные на ночь АЛЬМАНАХ СКАЗОК НА 1826 ГОД ДЛЯ СЫНОВЕЙ И ДОЧЕРЕЙ ОБРАЗОВАННЫХ СОСЛОВИЙ Перевод М. Кореневой Как сказка сделалась альманахом В одной далекой прекрасной стране, где, по…