Мистика

Беседовавшие у ворот старики,лишь завидя на заднем сиденье парня, сразу разбежались, словно увидели в машине чёрта. Тяжело встав со скамейки, тучная пожилая женщина покачала вслед автомобиля головой и сжав пухлые кулачки, засеменила к соседнему дому. Сумасшествие напоминала и ещё одна картина. Проезжая…

– Да я, кажется, прослушал, и теперь не знаю, в какой мне корпус. – Дима смущённо улыбнулся. – Молодец! – Вожатая выплюнула жвачку на ладонь и приклеила на край планшета, который держала в руках. – Зовут тебя как? – Дима Совин. Девушка-одуванчик пробежала глазами по списку: – У-у-у… Да ты в моём…

– Илья, – Андрей прервал его раздумья, наклоняясь вперёд, – мне нужна твоя помощь. Никто другой не знает модули лучше, чем ты. Если это продолжится, последствия могут быть катастрофическими. Илья хотел отказаться, напомнить о своём решении навсегда оставить прошлое позади, но чувство ответственности…

Александру смышленый мальчуган нравится все больше, специально обращается к мальчику «Вы», так обязательно ответит. – Смотрите! Значит, так. Поезд остановился в туннеле, как раз напротив в стене было небольшое окошко. В нем я и увидел красные глаза. Сначала их было два, потом исчезли, потом вновь появились,…

Гаишник с неуверенностью взял те деньги, которые были по сто евро каждая. – Я свободен? – строил Тейлор ему глазки. – Ладно. – Трищенко вздохнул. – Хорошего вам путя! – Благодарю! – Де Вилле отправил ему воздушный поцелуй и обратно сел в машину. Рядовой был просто в шоке и замер на месте, провожая…

– Логично, – он кивнул, поставил на столик две узкие жестяные ёмкости, одну из которых немедленно открыл и сделал пару глотков шипучего напитка. – Будем знакомы! – Будем, – я решила радоваться жизни по мере сил. – Отдыхать летишь? – чуть помолчав, просил Саня. – Да, – после небольшого усилия…

– Пока нет, но чем дальше я копаю, тем больше мне кажется, что я что-то упускаю. Завтра я встречаюсь с этим экспертом. Возможно, он прольёт свет на то, что происходит. Алексей с сомнением покачал головой, но ничего не сказал. Он знал, что если Марк что-то решил, переубедить его было невозможно. Ночь…

К слову, у нас была вполне нормальная семья: ругались мы очень редко, оба работали, выпивали с друзьями по выходным, ездили на природу – всё как у всех, ничего криминального. Наверное, оттого ещё больше непонимания и осуждения свалилось на мои плечи от родных, друзей и знакомых за принятое решение. Хотя…

Была уже середина ночи. Её соседки по барной стойке периодически сменялись, уходя с удачливыми кавалерами. Но она всё продолжала танцевать, самозабвенно двигаясь с музыкой, плыла за мелодией, изредка раздражённо отбрыкиваясь ногами от тех, кто пытался с ней познакомиться. Я чуть было нервно не рассмеялся.…

Они долго мерились мрачными взглядами, потом одновременно отвели глаза. – Я звонил своему начальству, просил вмешаться, – неохотно заговорил Шериф. – Они говорят, что все уже согласовано. Пришлют нам усиление. Но, по опыту… усиление это гулькина какашка. – И я звонил, звонил. И в администрацию…

– Ты и рассказывай тогда, - усмехнулся Яр. – Ничего такого не знаю, - расстроено ответил парень. - Помню только как бабушка мне что–то про лешего рассказывала в детстве. – Лешего? - уточнила Адель. – Да, я часто проводил у нее лето, когда был маленьким, там в деревне постоянно рассказывали какие–то…

И вот мы оказались у ведущего вниз люка. Печати, которые окружали крышку со всех сторон были сорваны. Впрочем, все прекрасно знали, что тело великого князя давно уже было перенесено в тайный склеп под крепостью – слишком уж много вандалов пытались забраться внутрь и повстречаться лично с его иссохшими…

– Нет-нет-нет. Вы меня неправильно поняли во время созвона. Я просто пришла к вам за лекарством. Хочу, чтобы вы выписали мне какое-нибудь сильнодействующее снотворное или вроде того. Психотерапевт посмотрел на Кристину с задумчивой улыбкой. В этот кабинет не первый раз пришли «просто за таблетками».…

Однажды вечером, когда мы сидели за ужином, я заметила, что Виктор не поднимал глаз с тарелки. Обычно он рассказывал о своём дне, делился мыслями и шутил, но сегодня его молчание было пугающим. Свет от лампы отбрасывал длинные тени на его лицо, делая его выражение ещё более безжизненным. – Папа, ты…

Но всё же будучи безгранично любящим своих родителей, всегда благодарным и признательным им сыном, я, несмотря на наши всевозможные недомолвки и препирательства, покорно подчинился их воле и в 1914 году уехал в Нью-Йорк, где был принят в Колумбийский университет на должность младшего научного сотрудника…

– Заработать хочешь? – спросил Егор. – Да, – ответил Витька. – А что делать нужно? – Нужно отвезти сумку в соседнее село, – объяснил Егор – Плачу сто баксов. – А че сам не везёшь? – спросил Витька, с недоверием глядя на Егора. – Да долгая история, нельзя мне там показываться, так что едешь? плачу…

Тут либо пан, либо пропал. Егерь и кондотьер поравнялись. И в момент, когда встали буквально плечом к плечу, первый подытожил: – За работу. Обратной дороги уже не было. Этим вечером напарники возьмут своё. Амбал высвободил из ножен цвайхандер и бросился в сторону главного входа в донжон. Зашлёпал…

Но история на этом, конечно, не закончилась. Прошло какое-то время, и шок от зверского убийства притупился. Однако многие заметили: атмосфера в подъезде изменилась. Я и сам это почувствовал. Если до сих пор у меня не возникало никаких чувств при посещении дома, то теперь, заходя внутрь, я нередко ежился,…

Наутро мир был неузнаваемо пустым. Там, где ещё вчера гремели города, кипели мегаполисы, тысячи людей спешили по улицам, сегодня были лишь равнины, безжизненные и незнакомые. Никто из выживших, пробудившихся на окраинах, не мог поверить своим глазам. Города, в которых проходила их жизнь, исчезли, как…

Река, на берегу которой скрывалось в густом лесу святилище, словно дорога духов была — сонная и призрачная, с медленно текущей, словно бы тягучей водой, почти скрывавшейся под слоем опавших листьев. Казалось, река та и есть граница, которая отделяет мир людей от мира иного, области странных существ.…