Классическая проза

Сабина так сильно прижимала к груди руки, словно хотела вдавить себя в стену, слиться с ней. Почему она так волнуется? Хотя драка произошла из-за нее, она ни в чем не виновата. Ее могут продержать несколько дней под арестом, но судить не будут. Несколько дней в полицейской тюрьме… да сколько раз она…

— Ему давно уж пора вернуться. Учитель взял Брауна за рукав. — Да, это все-таки странно… Но тут же спохватился: пожалуй, с сыном лесника не стоит рассуждать о таких вещах. И он в третий раз принялся додумывать одну и ту же мысль. Как в этот вечер все они угадывают, кто что думает и чувствует… Потому…

Пастор Краузе огляделся вокруг. На стене висело совсем крохотное зеркальце, а он привык облачаться в пасторское одеяние перед трюмо. — Не следует чрезмерно привязываться к земному. Мы должны быть ко всему готовы, ибо не знаем, в какую минуту он призовет к себе нас или наших близких. — Поговорите…

На краю стола лежал конверт с печатью коменданта тюрьмы. Священник и обратил на него свой взор. Обычная повестка. Он знал, что в ней сказано, и не счел нужным перечитывать второй раз. Вынул из кармана большие старомодные серебряные часы, подаренные отцом, и, не открывая крышки, взвесил их на ладони.…

Вилнит не отвечал. «Нашла о чем спрашивать! Неужели сама не знает?» Бабушка достала из корзинки бутылку с тепловатой водой и стала протискиваться навстречу счастливцам, возвращавшимся в вагон с бутылками молока в руках. Одной особенно повезло: она несла полную двухлитровую стеклянную банку и еще издали…

Сам я, очутившись в воде, поплыл куда глаза глядят, подгоняемый ветром и течением. Несколько раз я пытался нащупать дно. Наконец, когда я уже почти совсем выбился из сил и не мог больше бороться с волнами, я почувствовал под собою землю. К этому времени и буря стала заметно стихать. Дно оказалось настолько…

Потом мы молча преодолевали короткую дорогу к Рутовому скиту. Когда в библиотеке зажигался свет, мы глядели друг на друга, и я замечал в лице брата Ото возвышенное, лучащееся сияние. По этому зеркалу я понимал, что случившаяся встреча не была обманом. Не проронив ни слова, мы обменивались рукопожатием,…

И вот в комнате, служившей ему библиотекой, мы, согласно им самим составленному описанию, могли бы полюбоваться хрупкой греческой глиняной вазой с изумительно изящными рисунками фигур по бокам и едва заметной надписью KALOE [1] , а рядом с нею обнаружили бы гравюру, на которой репродуцирована «Дельфийская…

восклицает Имоджена, шутя над утратой браслета, который уже отправился в Рим, чтобы лишить веры ее мужа; малютка Принц по дороге в Тауэр играет кинжалом на поясе у дяди; Дункан посылает кольцо леди Макбет в ночь собственного убийства, а кольцо Порции обращает трагедию купца в комедию жены. Могучий бунтовщик…

Бедняга! Он надел парадный воскресный костюм в честь этого последнего урока. Понял я также, зачем пришли и уселись на задних скамьях наши деревенские старики. Этим они как бы выражали сожаление, что не часто ходили в школу. Этим они на свой лад благодарили учителя за сорокалетнюю верную службу и отдавали…

Обычно человек не так уж внимателен; пока это не затрагивает его собственных интересов, он смотрит на все рассеянно, не вникая в суть. Только когда, скажем, каменщик возводит твою собственную стену, ты начинаешь присматриваться, как он растирает раствор, как кладет кирпич, раза три постучав по нему мастерком,…

Простите, если я останавливаюсь на этих ребяческих чувствах, но в них я нахожу первое выражение той страстной потребности в самоотречении и преданности, которая была одним из основных двигателей моей натуры, хотя и проявлялась впоследствии в самых разнообразных областях. Уже тогда я узнал, поскольку…

— Сколько ему? Хозяин смерил Пашку слезящимся глазом с ног до головы и опять с головы до ног — покупатель или так, оболтус? — и неуверенно цикнул: — Пять. — Чего пять? лет? — Месяцев, болван. Пять месяцев. Вырастет — во! — теленок! Нет, мысленно поправил его Пашка, не меньше года. Только что…

Художником я так и не стал. Даже никогда не хотел стать им: о том, что есть такая профессия я узнал только тогда, когда учиться этому было уже поздно. Но художество всегда жило во мне, как живет в человеке песня, живет и ждет своего часа, но бывает, что так и не дождется. Я рисовал много и, как казалось…

— А Григорий, говорят, каждый вечер из садика выглядывает, когда она мимо с работы идет. А потом сидит цельную ночь, курит, — Ну и пусть курит, дурак. — Отчего же дурак? Дите-то, поди, его. — А Надежда плачет, сказывают. Ревнует, видно. — К жене-то законной ревнует? — А чо, возьмет да и уйдет.…

II Он вошел во двор. Там было так грязно, что у него стало тяжело на душе. К тому же ему были противны собственные ноги — замерзшие, онемевшие, тяжелые. Незанавешенное окошко светилось, как желтая луна, из-под нескольких больших листьев плюща и ветки жимолости. Казалось, что внутри, возле печки,…

Впервые воткнув в землю росток, человек ходит на него смотреть по три раза в день: ну как, подрос уже или нет? Затаив дыхание, он склоняется над ним, приминает землю у его корешков, расправляет листочки и вообще всячески мешает ему расти, считая это полезной заботой. А когда растеньице, несмотря на все,…

Они сошли с тропинки в высокую траву. И в самом деле! Австралийское дерево — душистая маслина с восковыми цветами, напоминающими тюльпаны, — влекло своим соблазнительным ароматом. И Ондржей с Кето обнялись под этим деревом и поцеловались — они любили друг друга, а волшебный сад, в котором как будто была…

— Нет, — возразил Эббитс серьезно, как бы желая восстановить справедливость. — Верно, что нас обидели; но белый человек не хотел нам зла. — Где Моклан? — спросила она. — Где твой сильный сын Моклан и рыба, которую он постоянно тебе приносил? Старик покачал головой. — И где Бидаршик, твой крепкий…

Тогда в газетах было только две новости. Менее важная — это проходивший возле Филадельфии большой бой между чемпионом США по боксу и претендентом на титул. Вторая — убийство Бёрбанка, о котором писали все газеты в мире, от Нью-Йорка до Бомбея. Ричард Ф. Бёрбанк был одним из самых видных железнодорожных…