Детские приключения

– Ну поют же некоторые, – ехидно заметил Матроскин. – Матроскин, не ворчи, – миролюбиво сказал Дядя Фёдор. – Достань лучше варенье. Матроскин недовольно фыркнул и пошёл за вареньем – из дома теперь не выпустят. – А зачем вы печку топите? – спросил Дядя Фёдор через несколько минут у Маргариты Егоровны,…

Глава 3. Важная новость В один из вечеров родители девочки вернулись с работы с широкими улыбками на лицах и с коробкой в руках. – «Привет, Гретта, мы принесли тебе сюрприз!» – радостно воскликнула мама, ставя коробку на стол. – «Твой любимый торт!» – добавил папа, подмигнув. Гретта посмотрела…

Только сейчас наш герой смог разглядеть незваного гостя. Он был маленького роста, такого же, как и сам Герка (не больше метра). Одет в чёрный сюртук с полами до колен, из-под него аккуратно выглядывал белый воротник, а на голове красовалась широкополая шляпа. Она была такой большой и смешной, что мальчик…

– Ясно! – кивнул ДимДимыч и крепко взялся за нитку. Симка спустилась в раковине к отверстию слива. Она махнула рукой мальчикам и – ух! – нырнула в дырку. В трубе было темно. Только в высоте светилось круглое отверстие слива. Симка плыла под водой и всматривалась. Где же кольцо? Неужели оно проскочило…

– Снежок, – Генка поглядел на лежавшего возле печки пса, – твой хозяин непроходимый… Снежок жалобно тявкнул. – Вот именно, – обрадовался Генка. Витька достал из рюкзака оладью и кинул собаке. Снежок проглотил угощение и облизнулся. – Предатель, – сказал Жмуркин с укоризной, – Снежок, ты настоящий…

И так они говорили долго, размахивали руками, притопывали, подпрыгивали, а мать сидела молча, все их слушала, слушала. Наконец рассмеялась, схватила обоих на руки, завертела и свалила на диван. Знайте, она давно уже ждала такого письма, и это она только нарочно поддразнивала Чука и Гека, потому что…

«Даёшь!», как известно, качался с Солнышкиным и Перчиковым у берегов Антарктиды, а Плавали-Знаем, подсчитывая выговоры, прогуливался по набережным Океанска. Правда, на какое-то время он забыл свою поговорку и даже согласился с тем, что кое-куда он не плавал, а кое-чего не знал, и купил себе стопку учебников……

1. Самое начало. – Огоньки в окнах. – У холодного камина. История эта берет начало в портовом городе, который жители привыкли называть не иначе как "наш старый добрый Гульстаун". Ранним зимним вечером, накануне праздника Рождества, город и в самом деле выглядел добрым и уютным. Снег мягко падал…

– Придется мне у них спросить, как называется их страна. «Простите, сударыня, где я? В Австралии или в Новой Зеландии?» И она попробовала сделать реверанс. Можешь себе представить реверанс в воздухе во время падения? Как, по-твоему, тебе бы удалось его сделать? – А она, конечно, подумает, что я страшная…

Люди у нас в городе, надо сказать, были все добрые, милые, простодушные, каждый знаком друг с другом чуть ли не с пеленок. Любопытство никем не осуждалось. И впрямь, как осуждать любопытство, если человек хочет все знать, все видеть и обо всем иметь свое собственное мнение? Итак, дядя Ваня и Арбузик…

– Хорошо, Нучи, я займусь тиграми. Нанаец подмигнул опечаленному юноше, забросил ружье за спину и быстро исчез в лесной чаще. С нескрываемой завистью Томек смотрел ему вслед, хотя в глубине души признавал правоту местного охотника. Здесь, в Приамурской тайге, ловля живых тигров осуществлялась по старому…

Варя засмеялась: – Как греческая богиня Афродита! Вышел из пены морской, как Афродита. – Ну, хватит, – сказал Веня. – Пятачок то морская свинка, то греческая богиня! А нам делом пора заниматься. – Вечно ты, Вень, дело найдешь, – вздохнула Варя. – Даже на отдыхе. Я даже окунуться не успела. –…

— Ну и собаки же эти публиканы! Последнюю шкуру с бедняка дерут! Сорок процентов годовых!.. Это уж не десятиной пахнет! Вместо того чтобы выплатить Республике десятую часть урожая, вы должны отдать этому волку почти половину того, что принесла ваша земля за год. Только за проценты половину! А еще ведь…

Считал, что учиться дальше ему незачем! Вот только перейдет в седьмой, потом как-нибудь восьмой одолеет, и — конец. Брат ведь тоже после восьмилетки на завод пошел, а получает почти две сотни: не хуже инженера. Правда, брат потом в вечерней школе доучивался, аттестат зрелости имеет, ну а Мишке аттестат…

  Иохим купил и трубку, и монокль. Но заставить круглое стёклышко сидеть в глазнице бы то не так-то просто. Как ни грустно, пришлось заменить его очками; они крепко сидели у Иохима на длинном лисьем носу.   Никогда прежде он не пробовал курить. После первой затяжки он закашлялся и ощутил во рту прескверный…

— Эх! — вздохнул Бориска. — Надо же было мне заболеть! Теперь я не увижу Бука, Машеньку и Сороку до следующего лета. Мама, — спросил он, — а когда я поправлюсь, мы вернемся на дачу? До школы еще больше чем полмесяца… — Даже не думай, — сказала мама. — Мы и оглянуться не успеем, как наступит…

Разумеется, в то жаркое лето случались и интересные вещи. К примеру, во вторник, когда в машине, которая собирает мусор, что-то заело, и механизм… ну тот, что со свистом подымает бак с мусором вверх, отказал. Мусорщики и шофер целый день проторчали возле машины. Они развинчивали и завинчивали всякие…

— Ну что ж, Дамиан-Велосипед, — сказала наконец «фея», поднимаясь с колен и отряхивая платье, — еще раз спасибо. Мне пора... А имя у тебя великолепное... Незабываемое! (Читатель, видимо, уже пожимает плечами. Что это за имя — Велосипед? Может, прозвище?.. Нет-нет. Пожалуйста, немного терпения! Автор…

Потом оказалось, что перемена затронула не только Корнелию. Девочки перестали ладить между собой, как прежде. Мелкие стычки перерастали в крупные ссоры; напряжение постоянно росло. И это было не всё. Сразу после отдаления Корнелии и ухудшения отношений подруги обнаружили, что их сила стала уменьшаться.…

— Что ж, — грустно сказала девочка, — на вкус и цвет товарищей нет. А как на счет пижамы с утятами? — Сара достала синий костюмчик с желтыми утками в розовых бантиках. — М — и — и — и-и-и-и — а — а — а — а-а-а-а-а-а — а — а — у — у-у-у — у — у-у-у! — таков был ответ ошарашенной кошки. Фифи, сломя голову,…