Детские приключения

Шаринец прошел, усмехаясь, как человек на рынке слишком значительный, чтобы связываться с такой мелкотой. Но мелкота знала, что Шаринец боится Витьку, и это усиливало в них сознание своего могущества. 2 На своем дворе они тоже были хозяева. Старшие ребята их не трогали, боясь Витьку, сверстники…

Пришел доктор. В стойло быстро накидали побольше соломы, а гамак медленно опустили пониже. –  Calma! Calma! Спокойно! Спокойно! – бормотал кузнец, и кобыла недоумевала: он ее успокаивает или океан? Рожать и на твердой земле не так-то просто, а уж в открытом море – тем более. Но она вполне может сама…

Можно привести и другие примеры из повести, которые раскрывают перед читателем безрадостную картину жизни простых людей Франции и обличают нравы буржуазного общества, где судьбы людей определяют деньги и знатность, а не подлинные человеческие достоинства. Г. Мало несомненно был внимательным наблюдателем…

— Таня с Петей полечатся еще, а за вами, богатыри, завтра приедут родственники. Тимка рывком сел на кровати: — Таню с Петькой выпишите сейчас, чтоб мы вместе уехали. Моя мама просит в письме привезти их на Байкал. Шурка выскочил из-под одеяла, подтянул полосатые штаны: — Я им рыбу каждый день буду…

Голод и ненависть к Юденичу были постоянными. И когда Глебка увидел на эстраде живого толстопузого «Юденича» в генеральском мундире с позолоченными шнурами на груди, у него зачесались руки. «Генерал» в паре с высоким актером во фраке с белой манишкой, на которой виднелась надпись «Антанта», исполнял…

Валентин Катаев рос и мужал как человек, гражданин и писатель в бурную историческую эпоху. Революция 1905 года, начало и крах Первой мировой войны, Великая Октябрьская революция, годы социалистического строительства и первых пятилеток – вот события, свидетелем или участником которых он был и которые…

– Пенрод, милый, – настаивала тем временем мать. – Прошу тебя, съешь хоть что-нибудь. Стремясь соблюсти приличия, Пенрод сделал над собой геройское усилие и кое-что съел. Когда его уложили в постель, он, собрав последние силы, сказал, что во всех его страданиях виновата мать. Да она и не отрицала…

В самом опасном месте склона, там, где тропинка делает внезапный и совершенно ненужный поворот вправо, пересекая нависающий выступ. Пилот на секунду остановился, а потом, уже совсем не спеша, словно с наслаждением, стал втягиваться под выступ. Это был первый рейс Пилота на Париж-Сто, но почему-то он…

Но вдруг после полудня, невесть откуда появившийся свежий морской бриз нагоняет с моря тёмную грозовую тучу. Она стремительно накрывает город, и вот уже гремит неистовый раскатистый гром, блещут ветвистые, как рога матёрого изюбра, молнии, и через мгновение на изнемогающую от знойного марева Находку…

— Это разве звонок? Комариный писк. Знал бы, приволок с границы списанную сирену. Аккуратно положив фуражку на верхнюю полочку вешалки, Вундергай присел на мягкий стульчик возле телефонного столика и принялся стягивать сапоги. — А я, между прочим, прихватил для тебя полдюжины целебных закарпатских…

Вернувшись в свою комнату, мисс Полли взяла в руки письмо, которое и внесло неожиданную сумятицу в ее жизнь. Оно пришло из маленького городка на Дальнем Западе. Мисс Полли снова внимательно взглянула на конверт, словно еще надеялась, что письмо адресовано не ей. Но на конверте значилось: «Мисс Полли…

– Какая разница, заметил ты или нет? Я тебя коснулся, значит ты попал в плен. Пусть Сэм Уильямс решит, кто из нас прав. – Ну, конечно, он скажет, что ты. Он же на вашей стороне! Пусть Герман решает! – Нет, не пусть! Если ты споришь, давай повторим еще раз. Тогда посмотрим, почувствуешь…

За сорняками виднелась кирпичная кладка. Она выступала из глинистой толщи откоса. Это была невысокая стенка из большущих старинных кирпичей. Я пробрался туда, где стенка отслаивалась от глины. За мертвой чащей прошлогоднего репейника пряталась расщелина. Только-только чтобы протиснуться такому пацану,…

Двое разводили костёр, ещё двое – судя по их речам, оба меряне – уже перевернули медведя и сноровисто сдирали с него шкуру. Чьи-то руки подняли молодого охотника, перенесли в сторонку, бережно уложили. Возникло бородатое мужское лицо. – Жив, малый? На шее воина блестела дорогая золоченая гривна.…

Золотая Щетина — троллий кабан со скверным характером. Кошки Фрейи — девять гигантских тролльих кошек с роскошной рыже-золотой шерстью. Медб — ирландский волкодав. Облачногривый — конь, предки которого родом из страны альвов. Отважное Сердце — благородный ворон. Рататоск — белка-сплетница,…

Ни Лейтон, ни я сроду не бывали в «Синей луне», однако домыслы о том, как там внутри и кто туда ходит, легли в основу множества фантазий, которым мы предавались, лежа в лодке на спине. Вскоре после смерти Лейтона «Синяя луна» сгорела – но к тому времени салун, даже охваченный пламенем, был уже не источником…

Третья странность — решетки на окнах. По сути, окон-то и не было, были только картинки, изображающие их. Но даже эти картинки были мрачными. И, казалось, нужны эти нарисованные окна только ради решеток — ржавых, страшных, толстенных. Все свои открытия Веня совершал стремительно, по одному в минуту.…

Он вынул трубку и кисет для табака. И тут вспомнил, чего ему не хватает, — кисет был пуст. Он вернулся к себе в вигвам, снял с полки семь шкурок мускусных крыс и одну шкурку выдры и направился по тропинке к обширной открытой равнине, известной под названием Стрикленд-Плена. Пройдя Стрикленд-Плен,…

Итак, где-то там, в мигающей темноте был выход на улицу. Дверь, лестница, эскалатор, далеко от нас, у противоположной стены. Но как добраться до них? — Прочь с дороги, черт возьми! — решив сделать еще одну попытку, заорал я на пуст'oту. Естественно, английский. Пуст'oта коротко фыркнула как корова,…

Было жарко и тихо (только ведра погромыхивали). Пахло смолой и гудроном от разогретых шпал. Из-за бугра пришёл серый клочкастый пес. Ростом с козу. У него были полустоячие уши, толстые лапы и озабоченная морда. Он сунулся было в дверь, но увидел уборщицу и попятился, поджав похожий на веер хвост. Улизнув…