Детские приключения

В зеркале отражается противоположная стена. На ней висит большая карта двух полушарий. Где-то там, в Атлантическом океане, ведет ее отец свой корабль к чужим, далеким берегам. Аня подходит к карте. Где он сейчас? Мелькают названия: «Фуншал, Касабланка, Канарские острова». А может быть, он уже идет…

А ручей все ласкал Мишке ногу, звал: «Бежим!» Пастушок тяжело вздохнул: кто же коров будет пасти? Кто их будет стеречь? Нет, ручеек! Беги-ка ты лучше один к Латорице. Счастливо тебе! Гром погромыхивал уже где-то за соседней горой. Здесь, на поляне, опять светило солнце. А вон и радуга уже развесила…

– Похоже, у неё что-то с рассудком случилось, – ответил Скала. Они не хотели признаться себе в том, что Чистая Вода сказала правду, и попытались обвинить её во лжи. И с тех пор среди их народа поселилась неискренность. Люди всё чаще и чаще стали кривить душой, утаивать свои настоящие мысли. Но…

В ворохе сбитой листвы Эрик рухнул вниз. Голеностоп внезапно пронзила боль — такая острая, что потемнело в глазах. Дыхание перехватило, и только поэтому он не заорал во всю глотку: из горла вырывался лишь сиплый писк. — Эй! Эрик, ты чего? Ноге больно? — Кайса испуганно заглядывала ему в глаза.…

«Владимир — стольный град, самый укрепленный город Руси. Теперь негде укрыться, никто не придет на помощь — не захочет связываться с врагом, способным сокрушить такую мощь». — А моя семья? — он впился взглядом в гонца. — Не ведаю, княже, может, Бог сохранил, — неуверенно сказал гонец, уставившись…

— Ничего, пап, поживу пока у Вайолет… Но отец, обычно такой весёлый и приветливый, нахмурился и озабоченно посмотрел на дочь: — Пойми, мы просто не можем взять тебя с собой в Брайтон к тёте Генриетте. Это было бы просто безрассудством! Даже самые лучшие врачи не знают, что с ней такое.…

Перепрыгнув через невысокое ограждение прибрежной дороги, он помчался по холодному песку, обогнул валявшиеся там кресло и скамейку и с разбегу бросился в воду. Другой мальчик двигался не спеша: он снял помятый шлем, взъерошил рыжие, мокрые от пота волосы и не торопясь ступил в воду. – Ну как,…

Да, расслабляться ещё рано. Игра не окончена. Вьен лжёт мне. И мой Мар это тоже чувствует. Он всегда рядом и понимает меня, как никто другой. Единственное существо, перед которым не нужно врать и лукавить, но от этого не легче. Я ощущаю прикосновение к моей щеке мягкой пушистой шкурки и с горечью думаю,…

Потом мама зажгла свет. – Да, – сказала она, – это волшебство! Но все-таки как ты решился отдать такую ценную вещь, как самосвал, за этого червячка? – Я так долго ждал тебя, – сказал я, – и мне было так скучно, а этот светлячок, он оказался лучше любого самосвала на свете. Мама пристально посмотрела…

— Ох, опять, как всегда. Никакого покоя! — вздыхала Даб-Даб. — Галдят с утра до ночи. Как будто у Доктора, кроме их болезней, и забот никаких нет. Джип оказался прав: с наступлением темноты сильно похолодало. Друзья разыскали в погребе немного дров, и вскоре в большом и уютном камине заплясал веселый…

— Да, да, — подхватила толстенькая Устенька Прохорова, — скакать на диком Карабахе, как простые казаки, как Надя, мы тоже не можем. Мы барышни и должны помнить это… И, жеманно поджимая губки, она повернула спину опешившему мальчугану. Впрочем, замешательство Васи длилось недолго. Мальчик в одно мгновение…

Во дворе говорили, что один мальчик однажды нашел рядом с гаражами настоящее кольцо с огромным красным камнем. Разумеется, он не показал его взрослым, но через два дня кольцо пропало. Сам мальчик не знал, куда оно делось. Он все время держал его в застегнутом кармане своей курточки, поэтому потерять…

— За бабку Марину взялся теперь. Она старая и ничего не понимает, — отмахнулась мама, вздохнула и снова положила голову на подушку. Заметно было, что ее беспокоят совсем другие мысли, она плохо слушала, о чем говорит Лешка. — Но ты-то понимаешь? — горячо спросил он. Стук в окно…

Каким же сейчас далеким кажется время его детства! Мальчику припомнилось, на какие нужно было пускаться хитрости, чтобы незаметно от мамы вылить молоко в жестяную миску своему другу Ветрогону. Ветрогон, сын овчарки Пальмы, жил в конуре около козьего хлева. Но Ветрогон — это теперь вчерашний день. «Выезд…

Высокая старуха в старомодном зеленом платье, бормоча и сокрушенно мотая головой, тут же принесла все перечисленное. Старик ухватил меня под мышки, усадил в высокое кресло. — Покажи руки, ноги и уши. Не бойся, щипать не будет, это тебе я говорю, Матвей Борисович Гольдштейн, а люди знают, что мастер…

Но сразу же нашлась возможность поправить нанесенный урон. – Почистим ботинки, сэр? – закричал чистильщик, который сидел со своими многочисленными щетками на другой стороне улицы. Фредерик Пэлхэм посмотрел на свои туфли. Весь их шик пропал: они были безнадежно испачканы. Тратить деньги на чистку…

– Филипп, просыпайся скорей! Папа уезжает. – Хм, – хмыкнул Филипп, не открывая глаз. – Филипп, вставай! Помаши папе в окно! Он уезжает. – У-у, – сказал Филипп. Он вылез из кровати и, полусонный, побрёл к окну. – Стой у окна и маши! – крикнул Малыш, выбегая из комнаты. Папа уже садился в машину.…

Хозяйка помидоров резко нагнулась, потом снова выпрямилась и вскинула подбородок. Теперь она стояла к Ване боком. Поза у женщины была надменная, и все же Ваня сразу увидел, что никакая она не «особа», а растерявшаяся интеллигентная бабушка. – Хулиганы, – сказала бабушка, но не со злостью, а как-то…

Как всем известно, законным мужем Екатерины (вначале великой княгини, а затем всероссийской императрицы) был внук Петра I великий князь Петр Федорович (впоследствии русский император Петр III). Известно и то, что их супружеская жизнь не заладилась с самого начала и что в этом виноваты оба супруга. И…

Горящая ветка треснула, отломилась и упала в каскаде искр. Фред отпрыгнул в сторону, попятился во тьму и ударился о что-то твердое. Ветка упала ровно на то место, где он стоял секунду назад. Сглотнув подступившую к горлу желчь, он побежал быстрее. Что-то коснулось его подбородка. Он пригнулся и схватился…