Звезда гигантов
Шрифт:
Дальнейшие проверки показали, что большая часть акций «Вайсманд Индастриз» принадлежит канадскому страховому консорциуму, имеющему тесные связи с тем же самым братством британских банкиров, которое вкупе с коллегами из Франции и Швейцарии и запустило головокружительную карьеру Сверенссена после того, как он появился будто бы из ниоткуда. Возможно, Сверенссен просто отвечал услугой на услугу, или же были и другие причины, заставившие его обратиться для строительства дома к компании, с которой он имел довольно тесную и, предположительно, конфиденциальную связь?
Лин снова задалась тем же вопросом, лежа в бикини на шезлонге у бассейна и изучая особняк сквозь мешавшие взгляду клумбы и кусты. Сверенссен, в солнечных очках и алых плавках, сидел в паре метров от нее за накрытым зонтиком столом, попивая лимонад и беседуя с человеком, которого
Разглядывая дом, она решила, что его единственной необычной деталью было офисное крыло. Показывая ей особняк, Сверенссен специально подчеркнул, что посетителям туда вход закрыт. Правило казалось вполне разумным, но Лин заметила, что в этой части здания было нечто особенное. Она не следовало тому же воздушному и открытому дизайну, что и остальной дом с многометровыми окнами из листового стекла и раздвижными дверями, ведущими во внутренние комнаты. Офисное крыло отличалось более основательной конструкцией и небольшими окнами, расположенными высоко над землей. Они выглядели довольно толстыми и больше годились для того, чтобы не пускать внутрь солнечный свет – а вместе с ним и весь внешний мир. Приглядевшись повнимательнее, Лин уже не сомневалась, что декоративные панели на окнах в действительности представляли собой тщательно замаскированные балки, которые полностью исключали возможность проникновения и могли с равным успехом остановить хоть грабителя, хоть танк. Дверей, ведущих наружу, не было вовсе; доступ к этой части дома можно было получить только изнутри. Если бы Лин намеренно не обратила на это внимания, то, скорее всего, даже не заметила бы, что за фасадом мозаичного дизайна и краски, маскировавших офисное крыло под остальной особняк, скрывается самая настоящая крепость.
Шум со стороны бассейна перерос в крещендо, завершившееся визгливым вскриком: в этот момент из неразберихи воды и тел показался Энрико, который победоносно размахивал над головой нижней половиной купальника Сэнди.
– Одна готова, одна осталась, – крикнул он.
– Нечестно! – завизжала Сэнди. – Я тонула. У него было незаслуженное преимущество.
– Теперь очередь Кэрол, – крикнул Энрико.
– Черта с два, – рассмеялась Кэрол. – Это неравноправие. Сэнди, помоги-ка мне – проучим этого козла.
Суматоха возобновилась с новой силой.
– Похоже, им бы не помешала помощь, – заметил Сверенссен, повернув голову к Лин. – Составь им компанию. Ты же знаешь, здесь можно развлекаться как пожелаешь, никаких ограничений.
Лин опустила голову на приподнятую часть шезлонга и натянуто улыбнулась.
– О, порой наблюдать – удовольствие не меньше. И вообще, они, похоже, прекрасно справляются без меня. Я буду в резерве.
– Она поступает с умом и бережет силы, – вставил Ларри, обращаясь к Сверенссену и размашисто подмигивая Лин. Та весьма убедительно сделала вид, что не заметила его жеста.
– Весьма благоразумно, – сказал в ответ Сверенссен.
– Настоящее веселье начнется позже, – широко улыбаясь, объяснил Ларри. Лин выдавила из себя подобие улыбки, внутренне недоумевая, как именно справится с предстоящим действом. – Мы найдем для тебя уйму новых друзей. Это люди высшего сорта.
– Жду не дождусь, – сухо отозвалась Лин.
– Ну разве она не очаровательна, – вставил Сверенссен и, смерив Ларри мимолетным взглядом, одобрительно посмотрел на Лин. – Я, между прочим, встретился с ней в Вашингтоне – невероятное везение. В Нью-Йорк она приехала, чтобы навестить родных.
Лин почувствовала себя товаром на продажу, что, пожалуй, довольно точно описывало ее положение. Ее это почти не удивило; не будь она готова подыграть, то и вовсе не стала бы ввязываться в это дело.
– Я часто бываю в Вашингтоне, – сказал Ларри. – Ты там работаешь или как?
Лин покачала головой:
– Не-а. Я работаю в Космических силах, в
Хьюстоне, – компьютеры, лазеры и люди, которые днями напролет болтают о цифрах, но это как-никак заработок.– О, но мы это изменим, верно, Лин? – заметил Сверенссен. Он перевел взгляд на Ларри. – Я, кстати говоря, подумывал об одном местечке в Вашингтоне – работа куда интереснее, и ей бы подошла идеально, я уверен. Помнишь Фила Грейзенби? Недавно я обедал с ним в Вашингтоне, и он сказал, что хотел бы подыскать кого-нибудь умного и симпатичного на роль управляющего в своем новом агентстве. Деньги там весьма достойные.
– Если все срастется, надо обязательно там встретиться, – добавил Ларри. Он состроил гримасу. – Но это все разговоры о работе, а до того момента еще далеко. Зачем ждать поездки в Вашингтон? Мы можем познакомиться прямо здесь. Ты сегодня одна?
– Да, она свободна, – пробормотал Сверенссен.
– Отлично! – воскликнул Ларри. – Я тоже, и никто лучше меня не представит новых людей друг другу. Поверь, дорогая, ты сделала правильный выбор. Похоже, у тебя хороший вкус. Вот что я тебе скажу: можешь составить мне компанию в одной из следующих игр. Так что, договорились?
– Я живу настоящим, – ответила Лин. – Так что о следующей игре поговорим, когда дойдет дело, о’кей? – Она потянулась, сощуренно посмотрела на солнце, а затем перевела взгляд на Сверенссена. – А прямо сейчас мне лучше одеться, иначе единственное, на что я сгожусь, так это стать очередным примером лучевой болезни. Я пойду внутрь, где есть тень, и что-нибудь надену, пока не спадет жара. Увидимся позже?
– Непременно, дорогуша, – ответил Сверенссен. – Последнее, что нам нужно, – это чтобы ты оказалась в списке жертв. – Лин встала с шезлонга и направилась к дому. – Что ж, можешь еще поразыгрывать из себя недотрогу, пока… – услышала она бормотание Сверенссена. Остальные слова потонули в новом взрыве криков со стороны бассейна.
Шерил подняла голову и проследила за тем, как Лин скрылась между кустов.
– Тебе нечего предложить, Ларри, – сказала она. – А вот я могла бы показать ей, что значит оттянуться по-настоящему.
– Да что с нами обоими не так? – удивился Ларри.
Комната Лин с двумя большими кроватями была обставлена и отделана с не меньшей роскошью, что и весь дом. Предполагалось, что ее соседкой будет некто по имени Донна, но та еще не приехала. Зайдя внутрь, Лин сняла бикини и надела футболку и шорты. Затем она встала у окна, чтобы немного поразмыслить. В комнате имелся компьютерный терминал, но звонить через него Лин не хотелось, ведь в устройстве, скорее всего, установлена прослушка. К тому же, реши она покинуть дом, в этом все равно не было особой нужды, поскольку сотрудники Бенсона уже предусмотрели подобный вариант. Внутри ее сумочки в шкафу находился микроэлектронный передатчик, который внешне выглядел как обычная пудреница, но, чтобы послать сигнал, Лин достаточно открыть защелку и нажать замаскированную кнопку. При однократном нажатии в особняк должен позвонить один из агентов ЦРУ и, представившись ее братом, сообщить, что в семье случилось несчастье и прямо сейчас за Лин уже едет такси. При троекратном – меньше чем через полминуты здесь уже будут стоять двое агентов, которые сейчас находятся в авиамобиле, припаркованном в полутора километрах от ворот дома, но этим вариантом следовало воспользоваться лишь в случае серьезных неприятностей. Лин, впрочем, не хотелось уезжать прямо сейчас. На выходных здесь будет куда больше шума и людей. Другого шанса осмотреть дом без особых помех им, скорее всего, уже не представится. «И я, черт возьми, не сбегу после пары часов, когда мне даже не о чем доложить», – сказала она самой себе.
Лин глубоко вздохнула, нервно прикусила губу, затем подошла к двери, чуть приоткрыла ее и прислушалась. Казалось, что в доме тихо и спокойно. Когда она осмелилась выйти в коридор, из-за противоположной двери донеслось сдавленное хихиканье.
На секунду Лин замерла; других звуков не последовало, и тогда она тихонько направилась в центральную часть особняка.
Коридор шел через небольшую комнату и заканчивался открытым центральным залом, который поднимался на всю высоту здания. Одна из стен располагалась под углом и целиком состояла из стеклянных панелей, обращенных к задней части дома. Зал в форме буквы L был щедро выстлан коврами, а от утопленной части пола перед большим кирпичным камином расходились приподнятые дорожки, которые вели к лестницам и проемам, открывавшим путь в другие части дома.