Чтение онлайн

– Для тебя у меня есть все что угодно.

Эдмир достал с верхней полки шкафа футляр и расстелил карту на столе, прижав углы серебряными китонскими пресс-папье в виде птиц. Хантре несколько секунд смотрел на нее – сердце билось неровно, удары отдавались в висках, а в голове как будто бушевала снежная буря – потом ткнул пальцем:

– Здесь. Искать надо отсюда.

Треуголье было из тех районов, где народец из заброшенных строений особо не гоняли. Рейды проводились регулярно, но скорее для острастки, чтобы гнупи и прочие соседи не досаждали местным жителям. Если их отсюда вышвырнуть, они объявятся где-нибудь еще –

С одной стороны Треуголье ограничивал канал Встреч, с другой – ограда разорившейся мармеладной мануфактуры, с третьей – парк Ночных Мостиков. Раньше на озаренной разноцветными фонарями площадке играл по вечерам оркестр, который нанимали вскладчину владельцы здешних чайных, но во время смуты в парк нагрянул Шаклемонг с толпой своих активистов, и сейчас Ночные Мостики представляли собой унылое зрелище. Угрюмые арестанты из числа вчерашних погромщиков под присмотром солдат отмывали загаженные чайные, собирали по кустам битое стекло и прочий мусор, вылавливали из прудов обломки стульев, издохших рыбок («королевские» амулетчики соревновались, чей удар смертоносней), прогулочные лодки с пробитыми днищами, помятые фонари и куски перил. Достали утопленников – двух мужчин и трех женщин, все они числились среди пропавших без вести.

Само Треуголье выглядело местом тихим и запущенным. Старые дома пестрели обережными узорами, на гнутых балясинах железных балкончиков висели заклятые куклы, отгоняющие нечисть, и полоскались освященные ленты из храма Кадаха-Радетеля. Тут всегда можно задешево снять меблированные комнаты или дом, в том числе сдавалось несколько обветшалых особняков в приличном состоянии. Впрочем, теперь особняков поубавилось – два из них разрушил Дирвен: один потому, что он принадлежал достопочтенному Гривьямонгу, а второй потому, что стоял рядом.

Сюда-то и привели Орвехта поиски. Еле обозначенные зацепки – то ли есть, то ли нет. Показания горожан, которых будил по ночам шум повозок. «Память вещей», свидетельствующая о том, что в глухие предутренние часы по улицам Треуголья проезжал закрытый фургон, запряженный ломовой лошадкой – и обратно возвращался порожняком.

Рано обрадовался: заклинания для обнаружения золота, серебра и драгоценных камней положительного результата не дали.

Воспользоваться магической кладовкой Чавдо не мог, так что все украденное должно было остаться в Аленде. Маскирующие артефакты, эффективные даже против поисковой ворожбы высокого уровня? Теоретически это возможно, однако разве рискнул бы «управляющий Королевским банком» положиться на амулеты, если ему надо было одурачить в первую очередь Дирвена, обладающего абсолютной властью над амулетами?

Есть и третий вариант – схрон находится где-то в изнаночных полостях здешних домов. Мулмонг мог это провернуть, если ему помогал кто-то из народца. Каким образом ушлая легенда воровского мира этого добилась? Представителей волшебного народца, как и людей, можно шантажировать. Допустим, у Чавдо был союзник, и вряд ли этот союзник до сих пор жив…

Изловив гнупи, Суно заключил с ним сделку: черноголовый пленник получит свободу и две новых курточки в придачу – одну из зеленого сукна, другую из красного бархата – если послужит ему проводником по изнанке Треуголья.

Прогулка вышла познавательная, но толку не было, а напоследок разжившийся обновками гнупи выкрикнул ему в спину: «Маг загребущие руки съел колбасы две штуки, день и ночь те колбасы он ел, и живот у него заболел, бедный маг загребущие руки!» Кто другой после такого стишка, брошенного вдогонку, промаялся

«Залезть в чужую душу» – идиома, но кое-кто может сделать это в буквальном смысле. Он мог. Другое дело, что считал этот прием грязным и очень не любил его использовать. Только в исключительных случаях. Как будто раньше – до Сонхи – он несколько раз получал таким способом информацию, которая позволяла предотвратить теракты, но никому не объяснял, что делает, ссылался на интуицию.

Он и сейчас не пошел бы на это без крайней необходимости. Надо выяснить, чего ждать от Тейзурга, если тот получит Сираф – это ведь не только «залоговая недвижимость», а еще и люди. Не придется ли пожалеть о том, что помог ему в этой авантюре? В Ляране как будто все в порядке, но Лярана – небольшой город в процессе становления, а Сираф – целая страна. Половину ее территории занимают плантации с такими условиями труда, что при одном воспоминании об «экскурсии» Хантре испытывал желание или кого-нибудь убить (надсмотрщика, управляющего, мага Ложи – там все друг друга стоят), или сбежать на край света, хотя бы к Дохрау на северный полюс, или…

Положить этому конец – правильное решение, только сначала надо убедиться, что под властью Тейзурга в Сирафе не станет хуже.

Они сидели в комнате с алыми диванчиками и ветвящимися по темно-красным стенам черными стеллажами, напоминавшими ползучие растения, которые лишь притворяются мебелью. Эдмар открыл бутылку флабрийского и, похоже, преследовал цель его напоить. Как будто не знает, что при смене облика маг-перевертыш избавляется от воздействия алкоголя: всего-то и нужно перекинуться туда и обратно. Или только туда, обратно можно и потом.

Увидев в кресле напротив вместо собутыльника крупного рыжевато-серого кота с кисточками на ушах и темной полосой вдоль хребта, Тейзург расстроено произнес:

– Стоило ли переводить на тебя драгоценный напиток… Хватило бы и блюдечка с молоком. Твое здоровье, котик! Иди сюда…

Особой надежды в его голосе не было, но кот перепрыгнул к нему на колени, повозился, устраиваясь, свернулся в клубок и замурлыкал.

Как бы оно ни выглядело со стороны, это простой и легкий способвойти в резонанс. Хотя в прошлые разы он вроде бы не пользовался этим способом, он тогда еще не умел произвольно менять облик.

…Тонешь в чужой сущности, словно в зыбучке, главное – не пытаться выплыть, вообще забудь о том, что умеешь плавать, потому что со второй попытки может и не получиться. Камнем на дно, а потом медленный подъем обратно, заодно не будет путаницы с хронологией. Главное, не спятить по дороге: резонанс опасен тем, что в процессе можно потерять свои личные границы. И не поддаваться угрызениям, пока не вынырнешь. Он ни на секунду не забывал о том, что это неправильный, запретный прием.

Дна не было. Вовремя вспомнил: Эдмар искупался в Лилейном омуте – так что погружаться можно до бесконечности, сквозь темные воды тысячелетий. Впрочем, он не успел провалиться так далеко. И, похоже, остановился как раз на том уровне, где есть нужная информация: заводы и сельскохозяйственные предприятия в собственности, и в довесок – руководство криминальной организацией. Похоже, это была предыдущая жизнь Тейзурга.

Сияние драгоценных камней – на солнце, в сумерках, при искусственном освещении…