Чтение онлайн

В воздухе витал запах свежевыпеченного хлеба, парного молока и жареных оладий. Кларисса Морфин накрывала на стол. Ей помогла София Топесс – полноватая девушка с озорными завитками каштановых волос, обрамляющих круглое милое личико. Она была невысока ростом и очень обаятельна. Улыбчива и великодушна. Она весело помахала нам рукой, подзывая к столу.

Я отыскала глазами Ричарда. Он стоял у стены, небрежно навалившись на неё плечом. После стычки с Эриком у него припухла скула и нижняя губа, на которой виднелись следы недавнего кровотечения. Он смотрел на меня исподлобья, будто желал понять, как так получилось,

В противоположном углу зала я увидела Эрика. Он прижимал что-то к разбитому носу: видимо лёд, чтобы уменьшить отёчность. И зачем было драться? Разве этим можно было что-то изменить? Завидев меня, Эрик стиснул зубы. На лице заходили желваки, крылья носа задрожали то ли в гневе, то ли в презрении. И то и другое я заслужила.

Алисия с Ребеккой провели меня к столу и усадили на свободный стул. Сами сели рядом.

– Давайте завтракать! – звонким голосом подозвала всех София.

Собравшиеся потянулись к столу. Рассаживаясь, задвигали стульями.

София Топесс принесла большую крынку и налила в кубок молоко.

– Откуда молоко? – удивилась я, будто в данный момент это интересовало меня больше всего.

– Мы приручили диких коз, - сообщила София, озорно тряхнув кудряшками.

Есть мне не хотелось. Но Ребекка положила мне в тарелку творог и залила его вареньем и молоком.

– Обед не скоро, так что тебе придётся немного поесть, - заметила она, подсовывая мне деревянную ложку.

Я обречённо поковырялась в тарелке и стала есть. К тому же разговор за столом был оживлённый и сводился к тому, что все обсуждали возможность возвращения домой. Я с облегчением заметила, что до меня нет никому дела кроме двух хмурых парней с разбитыми лицами.

Правда, ещё Генри Браун частенько поглядывал на меня, отчего мне становилось неуютно. Он никогда не скрывал своё расположение ко мне, а сейчас, видимо, переживал за меня. А может, презирал. Хотя, не исключено, что хотел бы оказаться на месте Ричарда. Сложно было понять, что выражает его горький взгляд.

Я постаралась отвлечься от внимания этой троицы и прислушалась к разговорам.

– Но сможем ли мы добиться свободы? – говорил Майкл Эйвери, явно волнуясь. Его красивое аристократическое лицо казалось напряжённым, отчего складывалось впечатление, будто он замыслил что-то серьёзное. – Я был осуждён за нечестную сделку по банковским документам. Вроде как пустяк, и в то же время всё вылилось в ссылку. А это означает смертный приговор.

– Не забывай, - включился в разговор Ричард, - что победа в битве означает помилование.

– Но не даёт свободы! – с жаром отметил Майкл. – Да к тому же что означает такое помилование, когда после первой битвы идёт другая, потом третья и так до тех пор, пока тебя не убьют. Странное представление о помиловании.

Он горько усмехнулся, проведя пятернёй по волосам.

– Но те, кто победили в битве, могут подать прошение о помиловании, - не сдавался Ричард, излишне сильно ткнув оладьею в мёд, отчего запачкал пальцы.

– Подать прошение можно, но это не означает, что его удовлетворят, - вздохнул Патрик, обводя взглядом членов общины. – Хороший друг моего отца работает при Властелине Департамента. Поэтому я много чего

– Рассказывай, - сгорал от нетерпения Леонардо Вудс.

– Если человек сослан на три жизни, - важным тоном продолжил Патрик, - то должен победить в трёх битвах, после чего имеет право на свободу. Однако, те кто сослан, никогда не получают ни помилования, ни разрешения на возвращение домой.

– Но это противозаконно, - вспылил Адамс Роуб, стукнув кулаком по столу. – В конституции сказано, что каждый победивший в битве, получает помилование. Он может жить в ссылке, а если проявит себя как добропорядочный человек и, раскается, то его могут проверить Магией на наличие злых помыслов, и если они не будут обнаружены, то человеку должны разрешить вернуться домой.

– «Должны разрешить» и «разрешат» – это разные вещи, - заметил Патрик, покачав головой. – Я просто сообщаю о том, что происходит на самом деле. Каждый из вас – победитель одной или нескольких битв и может надеяться на возвращение в реальный мир, но Властелин Магии не пойдёт на это. Ведь все мы – беглые, а значит – преступники.

– Пусть тогда проверят нас Магией, - с жаром воскликнул Гарри Таплер. Вечно смешливое лицо парня теперь было серьёзным, и казалось, что он чрезвычайно зол. – Те, кто пройдёт испытание, должны вернуться!

– Властелин Департамента, наверное, возьмёт тебя в советники, - усмехнулась Кларисса Морфин, подкалывая себе кусочек запеканки.

– Но я же прав! – с горечью поморщился Гарри.

– Только толку от этого никакого, - заметил Адамс. На его лице застыла решимость, в подтверждение которой он сжал кулаки, будто вознамерился лично побить Властелина Магии, если тот не пересмотрит свои правила. – Так что будем действовать так: найдём в расколе следы неправомерной деятельности Властелина, потом захватим во временное лассо тропу, по которой пришла к нам Мэри, - он посмотрел на меня и слегка кивнул в знак благодарности. – По ней вернёмся в реальный мир и там начнём бороться за свои права. К нам вернётся наша Магия и сообща, мы сможем какое-то время выстоять против Представителей Департамента. Это единственный наш шанс на нормальное существование.

– Тут оставаться не имеет смысла, - воодушевлённо отметила Ребекка Боул. – Хоть у нас появились здесь свои интересы, своя жизнь, надёжные друзья, но очень хочется вернуться к родителям, обнять братьев и сестёр, встретиться с друзьями детства.

Её лицо стало задумчиво-мечтательным. Стало ясно, как ей не хватает близких людей, которые были с ней до страшного приговора.

– За что ты попала сюда?
– поинтересовалась я, прищуриваясь. Было интересно, за что такая милая, хрупкая девушка угодила в столь неблаговидное место, как иная реальность.

– Я же говорила, что отстаивала свои права в академии Магии, - неопределённо откликнулась она, небрежно махнув рукой, будто её история совсем неважна.

– Но ведь есть и другая причина помимо несогласия с ректоратом академии? – я не сводила с неё изучающего взгляда. – Скажи, почему ты здесь?

– И сама не поняла, - неопределённо повела плечами Ребекка. – Отказалась выходить замуж за племянника Властелина Департамента, а на следующее утро без суда очутилась здесь.

Я замерла в шоке, не сумев ничего сказать.