Железные лилии
Шрифт:
Но Рей разбудил в ней потребность в плотских удовольствиях. Особенно трудно было перед сном, когда она лежала в своей одинокой постели и вспоминала его жаркие ласки. Тело помнило о неземном блаженстве, кото-рое дарил ей любовник, и напоминало о своих потребно-стях. И конечно, она даже и себе не признавалась в том, что основная причина отказа всем женихам была любовь к ее первому мужчине, отцу ее ребенка. Лишь гордость из-за своих успехов помогала ей подавить ей эту жажду мужской любви, усмирить нужды неудовлетворенного тела. А когда Ирис, ощущавшая те же потребности, начинала хандрить, она, не признаваясь в том, что испытывает те же желания, объясняла сестре преимущества их независимого положе-ния, свободы делать что хочешь, жить согласно своей воле. Но когда ее сюзерен, герцог Норис, приказал выбрать из предоставленного им списка женихов, Изольда оказалась в сложном положении. А нападение на замок вообще выбило ее из колеи — оказалось, что очень трудно управлять обо-роной замка, не имея военных знаний и подготовки. Она вообще восприняла
— Подожди, не спеши! — и, обхватив ее лицо же-сткими ладонями, стал покрывать его неистовыми поце-луями. — Я так мечтал об этой встрече! Так долго пред-ставлял себе, как это произойдет!
Страстно целуя и прижимая к себе, он затолкал ее в маленький альков, устроенный неизвестно с какой целью в коридоре, и притиснул спиной к стене. Его мускулистые бедра прижались к ней, она ощутила прикосновение его возбужденного естества, обжегшее ее жаром властного мужского желания. Изольда не только не оттолкнула его, но сама обняла за могучую шею — молодая женщина была возбуждена до последнего предела. Измученное долгим воздержанием тело требовало мужской любви, и ей было совершенно безразлично, что коридор — неподходящее для любви место, и их могут увидеть, и как она будет вы-глядеть в его глазах. Главное было унять этот непереноси-мый жар, погасить жгучее желание, сжигающее ее, унять дрожь в теле. И когда он дрожащими от нетерпения руками распустил ее одежду, освободив грудь, Изольда ощутила боль и покалывание в сосках — они жаждали его поцелуев. Почувствовав кожей холодок на обнаженных грудях, она наклонила голову Рея к пополневшей груди и распутно прижала его губы к своему жадному в своем ожидании со-ску. Она охнула, когда ощутила его влажный теплый рот на жаждущем соске, и тягучая истома окутала низ ее живота. Изольда и сама не поняла, как ее руки оказались на его вздыбленной плоти, и она лихорадочно стала развязывать шнурок на его бриджах, освобождая ее. Ее желание на-столько возросло, что она стала ласкать освобожденный горячий стержень, наслаждаясь его атласной бархатисто-стью. Восхищенный ее действиями Рей, прижав ее к стене, ласкал губами и языком ее соски. Распалившись, втягивал их в свой жаркий рот, покусывая и всасывая, а рука его тем временем проникла во влажную от желания плоть. Его тя-желое могучее тело придавило ее, хрупкую и нежную, к холодной стене, но она не ощущала ни холода, ни неровно-стей каменной стены
Подхватив ее под ягодицы, Рей задрал ее юбки, хо-лодный воздух покрыл ее ноги гусиной кожей. Как раз тогда, когда его горячий стержень искал входа в жаждущее его, распаленное лоно, послышался сильный удар молнии. И под громкий раскат грома Рей ворвался в ее влажную глубину. Неописуемый восторг охватил Изольду, когда он резкими толчками стал проникать все глубже и глубже. Обхватив бедра мужчины ногами и обхватив его за мощ-ную шею, она сладострастно вскрикивала в ответ на каж-дый могучий толчок, напрягаясь и двигая бедрами в том же направлении. Блаженство нарастало, они оба учащенно дышали, а Изольда, не в силах выдержать жар страсти, впилась ногтями в могучие плечи рыцаря, покрытые бисе-ринками пота. Вот еще один мощный толчок, и сладкая истома сменилась долгожданным райским наслаждением. Рей успел поймать жарким ртом сладострастный крик, вы-рвавшийся из груди молодой женщины. После нее и он взо-рвался в ее лоне могучим потоком горячего чувственного наслаждения, судорожно сжимая ее хрупкое тело.
Отдышавшись, он вышел из нее и благодарно по-целовал.
— Извини, что не сдержался! Надо было хотя бы к кровати добраться! — Рей поставил ее на ноги и одернул ее одежду.
— Не извиняйся, я получила то, чего у меня не бы-ло почти три года! — она все еще переживала полученное блаженство.
— Ты не изменяла мне? — с потаенной надеждой спросил Рей. — Можешь не отвечать, если не хочешь. Но лучше не скрывай правду.
— А что мне ее скрывать? Правда в том, что ты, отец моего сына — мой единственный мужчина. Если было бы иначе, я бы тебе сказала. Лучше все сказать сразу, чтобы потом ничего не омрачало наших отношений. Но знаешь, Рей, я и тогда, в Иствике, когда говорила тебе о своей люб-ви, не смогла вытерпеть положения любовницы. Я, графиня Рочестер,
не представляю себя в этой роли и никогда не унижусь до незаконной связи. Вы, мужчины, не можете укрощать свои желания ради клятв верности.— Но что значат эти случайные женщины, если ты не отпускала меня ни днем, ни ночью? Не было ни дня, чтобы я не мечтал о встрече с тобой? Ты моя любовь, моя путеводная звезда! Может, мое чувство к тебе, а также на-дежда увидеть своего ребенка и спасли мне жизнь, отвели удар ятагана! — Рей напряженно наблюдал за выражением лица Изольды.
— Ладно, мой дорогой! Не выворачивайся, хитрец! Там меня не было рядом с тобой. Но сейчас, если тебе нуж-на любовь, не ищи на стороне, постарайся отыскать ее в собственной кровати. Я больше не смогу простить.
— Изольда, когда мы обвенчаемся, я сдержу свои брачные клятвы. Но пойдем в спальню! Мне совершенно не хватило одного раза, я надеюсь на продолжение. — И он, положив ее руку на свою неусмиренную твердую плоть, подхватил ее под колени и с радостным смехом понес взвизгнувшую возлюбленную в спальню.
— Как хорошо у тебя здесь! — у Рея было чудес-ное настроение. Комната Изольды была небольшой и уют-ной. Прекрасный новый ковер был украшением спальни, отделанный мрамором камин с горящими дубовыми по-леньями, роскошные шкафы и стол с креслами из дуба, кровать с красивым пологом из византийской парчи — у графини был безупречный вкус.
Рыцарь положил молодую женщину на кровать и подошел к столу выпить немного фруктового напитка — рот совершенно пересох. Гроза начала стихать, дождь ус-покаивающе стучал по крыше, и где-то далеко молнии ог-ненными вспышками озаряли бархатную темноту ночи, на миг освещая темную комнату. Огонь в камине затухал, лишь тлели угли, иногда вспыхивая красными искорками. Рей подбросил дров в камин и подождал, когда пламя раз-горится. В комнате посветлело.
— Послушайте, милорд граф! Вы любите, когда женщины раздеваются? — игриво спросила Изольда, обло-котившись на руку.
— Конечно, что за вопрос! Я жду, когда ты разде-нешься для меня!
— Но, мой прекрасный сеньор, я ведь тоже хочу полюбоваться на мужское тело! Я разденусь и очень мед-ленно, если ты первый начнешь! — в голосе у молодой женщины чувствовалось желание.
— Хорошо, но смотри, попробуй только не сдер-жать свое слово! — граф начал отстегивать свой широкий ремень, не отводя страстного взгляда от озорных черных глаз. Изольда никогда прежде не смотрела, как раздевался ее любовник. Он стащил с себя широкий сюрко, затем и котту с нижней рубашкой, оставшись в коротких бриджах и шоссах. У Рея была широкая загорелая грудь с хорошо раз-витой мускулатурой, видно было, что он несколько раз был довольно серьезно ранен. Некоторых, по-видимому, новых шрамов Изольда не помнила, они резко выделялись белыми полосками на загорелой до черноты коже. Даже густая поросль на груди, сужавшаяся в узкую полоску, уходив-шую за пояс бриджей, была выгоревшей до белизны — ры-царь часто находился раздетым на солнце.
Раздеваясь, он не сводил смеющегося взгляда с рассматривающей его любовницы. Изольда ощущала, что у нее перехватило дыхание от предвкушения нового наслаж-дения. Она была охвачена жгучей страстью, даже груди ее снова заныли от сладкой истомы. Самоуверенная медли-тельность Рея сводила с ума. Заметив ее состояние, он негромко рассмеялся, и его руки медленно потянулись к шнурку бриджей. Обнаженный, он напоминал великолеп-ную статую из Греции, которую Изольда видела в замке герцога Бердфорда. Тело Рея вызывало восхищение своей мужественностью, пропорциональностью и красотой.
— Итак, на чем мы остановились? — спросил он игриво. — Ах, на этом? Он отвязал шоссы, стянул их с мус-кулистых длинных ног и повернулся к молодой женщине. Возбужденное мужское естество влекло своей силой и уп-ругостью. Смех исчез из его глаз, уступив место ожиданию:
— Теперь твоя очередь! — он подошел к Изольде и помог ей сойти с кровати. Решив его поддразнить, графиня уселась в кресло и, поставив ногу на небольшую скамейку, подняла полы своего нарядного верхнего платья и нижней шелковой рубашки выше колен, обнажив длинные строй-ные ножки. Она медленными томными движениям спусти-ла круглую подвязку, украшенную вышивкой и стала опус-кать чулки — шоссы из тончайшей ткани, вышитыми золо-тыми цветочками. У рыцаря снова пересохло во рту.
— Рей, помоги мне снять нижнюю рубашку — мне всегда помогала Меган, — томно сказала Изольда, стянув широкую синюю котту. Рей, напоминающий обнаженного полубога, подошел к ней и стал расшнуровывать шнурки на рубашке, украшенной венецианской вышивкой и жемчу-гом. Его лицо было сосредоточено, но вот он все развязал и стянул с нее последнюю оставшуюся одежду. Изольда ощутила оценивающий мужской взгляд. Она встала возле камина, уверенная в своей красоте и предоставила ему лю-боваться ее безупречной фигурой. Ее полные груди с про-зрачной кремовой кожей и небольшими сосками кармино-вого цвета после рождения сына стали еще пышнее, что порадовало Рея — любителя полногрудых женщин. За три года, которые они не виделись, Изольда полногрудых жен-щин. За три года, которые они не виделись, Изольда из юной девушки стала молодой прекрасной женщиной, стройной, с длинными изящными ногами. Рей подошел к ней, любуясь роскошным, уже вполне зрелым женским те-лом. Ему нравилось в ней все — кудрявые локоны длин-ных, иссиня-черных волос, которые, окаймляя ее изящное удлиненное лицо, ниспадали до узкой талии, не испорчен-ный родами; впалый живот с соблазнительным холмиком, покрытым черными кудряшками шелковистых волос.