Чтение онлайн

И Герта решила пока не думать о своей затее, а там — время покажет.

Зал гостиницы был длинным и низким — только-только пройти высокому человеку — и полутемным. В самом дальнем углу, отгороженном ширмами, создающими иллюзию отдельного кабинета, на столике стояли сальные свечи, воняя горелым жиром на весь зал.

Поджав тонкогубый рот, хозяйка, несмотря на суету, успевала внимательно наблюдать за двумя снующими между столиками мальчиками. Сама она, в знак особого почтения, обслуживала стол со свечами. Как всегда, она учуяла благородную кровь под скромной одеждой. Но

в этом случае, несмотря на весь свой опыт, она немного ошиблась. За этим столом действительно сидел младший сын одного лорда, но война сожрала и его семью, и его владения, и во всем Коридейле не осталось никого, кто мог бы назвать его господином. Второй был маршалом у какого-то лорда, выслужив это звание на войне после того, как погибли более достойные. А третий никому не рассказывал о своем прошлом да и вообще был не слишком разговорчив.

Этот третий по возрасту был, видимо, старше первого и младше второго, хотя за это трудно поручиться. Он был из тех худощавых, жилистых людей, которым, особенно если они носят бороды, одинаково может быть и двадцать пять и пятьдесят. Но у этого бороды не было. Лицо было чистое и гладкое, а на челюсти, слегка задевая угол рта, шел шрам. Он был коротко острижен, возможно, чтоб удобнее было носить тяжелый шлем, лежащий сейчас рядом с ним. Шлем этот явно не раз бывал в бою, был он изрядно помят, высокий гребень расколот, но сам купол остался цел. Целой была и кольчуга, блестевшая под старым плащом. На поясе висел в ножнах короткий меч, а за спиной у стенки стоял его боевой лук. Но, похоже, ему в последнее время не везло. Хозяйка не заметила у него ни блестящих пряжек, ни заколок, ничего из тех побрякушек, которыми обычно такие вояки расплачиваются за еду, выпивку и ночлег. Только когда он протянул руку за кружкой, что-то блеснуло в рукаве. Вместо обычного кожаного ремня лучника он носил великолепный браслет — по золоту россыпь мелких драгоценных камней.

Он неподвижно сидел, опустив на глаза тяжелые веки и не обращая внимания на пьяный треп товарищей, прислушивался к громким голосам, долетавшим из зала.

В основном зал заполняли местные рабочие, приходившие каждый вечер пропустить кружку-другую настоящего ячменного пива, поболтать с друзьями и послушать проезжающих.

Были и наемные солдаты, ушедшие от погибших или разорившихся лордов и искавшие новой работы. Война заканчивалась, захватчики были изгнаны, но сколько труда и времени потребуется теперь, чтоб вернуть процветание разоренной и изувеченной земле Хай-Халлака.

Когда-то заморские торговые корабли пользовались особыми правами, но война добралась и до них. Он сам с товарищами добивал в порту остатки врагов, опоздавших на свои последние корабли.

Озверев от собственной обреченности, враги поджигали скопившиеся в порту груды товаров. Их просто обливали маслом и подносили факел. Дым и убийственная вонь заполнили весь порт.

И вот теперь — середина зимы, а продуктов нет и не предвидится. До лета не близко, а там дай бог дожить до жатвы — если сохранится зерно для посева, и до новых стад — если не передохнут без корма одичавшие коровы и овцы.

Многие долины совсем обезлюдели. Мужчины погибли в боях, а женщины бежали, или попали в рабство к чужеземцам, или тоже погибли. Ну что ж, может, и мы скоро будем завидовать погибшим!

Он отставил кружку, невидящими глазами уставился на ширму и прислушался.

В это смутное время можно самому устроить свою судьбу, если есть сила, умение и голова на плечах. Конечно, можно отправиться подальше от моря и поступить на службу в Соммердейл. Но зачем быть наемником, даже маршалом, если можно придумать что-то получше?

Захватчики не дошли до Гриммердейла, но на нём свет клином не сошелся. Он вполне может

отправиться в глубь страны и найти долину, где нет лорда, таких сейчас хватает. Возможно, там найдется и леди-наследница — это бы ему не помешало.

Он верил, что человек может добиться всего, если знает чего хочет и доводит начатое до конца. И он понимал, что если действительно хочет осуществить свои юношеские мечты, то сейчас самое время действовать.

Он, Тристан ниоткуда, еще будет Лордом Тристаном, и где-то в глухом уголке страны у него будет свой замок и подвластная ему долина. И действовать надо быстро.

— Эй! Повторить, — самый молодой собеседник, лорд Ур, грохнул кружкой по столу так, что от свечки полетели брызги сала. Он выругался и швырнул кружку за ширму, и она покатилась по полу. Мальчик-слуга подхватил ее с пола, испуганно косясь то на Ура, то на хозяйку, уже приготовившую поднос с вымытыми кружками. Тристан отодвинулся от стола. Он видел это из вечера в вечер. Ур надирался до отупения и проклинал пойло, которое подавали вместо вина, и свою пропащую жизнь. Только, рыдая над своей несчастной судьбой, он не собирался и пальцем шевельнуть, чтобы что-то исправить в ней.

Пока Онсвей прислуживает и охраняет его и, наверное, рассчитывает, что, когда у Ура кончатся деньги, он обратится к своим богатым родственникам и те не бросят его в беде. Но когда Ур окончательно сопьется, от него уйдет и Онсвей.

А Тристан думал, что пора отвязаться от этих неподходящих спутников и дальше ему с ними не по пути.

А вот из этой гостиницы пока уезжать не следовало. Здесь сходились дороги, а значит, стекались и все новости, и все слухи. Он уже обдумал кое-какие планы. Кошелек у него слишком тощий, и купить наемников он, конечно, не сможет. Однако здесь хватало и таких же, как он, безродных и честолюбивых, способных разделить его планы и пойти с ним. Да большой отряд и ни к чему. Полдюжины профессионалов вполне внушат страх божий и без того запуганным крестьянам.

Все, что ему надо, — небольшой отряд, долина без хозяина, — и он может стать лордом.

Он загорелся, как всегда, когда пытался представить себе эту картину, и тут же привычно обуздал себя. Сдержанность давно стала его второй натурой. Еще в отряде товарищи удивлялись, видя, что и убивает, и грабит, и даже распутничает он всегда бесстрастно и холодно.

Тристан встал и поднял свой лук:

— Пойду спать. Устал сегодня…

Ур был слишком занят полными кружками, чтобы услышать его. Онсвей молча кивнул и остался с Уром. Но хозяйка не упускала ничего, что могло принести выгоду, и тут же подлетела:

— Комнату, Мастер? Кровать и растопленный камин.

— Согласен.

Хозяйка позвала мальчика, и тот заковылял к ним, на ходу вытирая о фартук мокрые руки.

Здесь, на втором этаже, потолок был еще ниже, чем в зале. Комната, которую занял Тристан, была узкая и длинная с окном, плотно закрытым ставнями. Пол застлан сплетенной из тростника циновкой. В комнате стояла неуклюжая кровать с брошенным на нее постельным бельем. И вместо обещанного камина дымила остатками угля жаровня. Возле ящика, заменявшего стол, стоял табурет. Мальчик приткнул на него свечу и повернулся уйти, когда Тристан окликнул его.

— Вы что тут, нападения ожидаете? — сказал он, разглядывая окно, — эти ставни уже забыли, когда их последний раз открывали.

Мальчик с приоткрытым ртом прижался к двери. Он выглядел типичным деревенским дурачком, но даже сквозь эту тупую маску было видно, что он боится.

— Жабы, — пробормотал он, прижимая к груди грязные руки.

Тристан знал, что в разных местах врагов называли по-разному, но, вроде, нигде не звали жабами. Да в Гриммердейле их и не видели!

— Жабы? — переспросил он.