Зевс и Пигмалион
Шрифт:
Другой в этот момент что-то выцарапывал на ветке маленьким заострённым осколком. Символы тяжело различались, но можно было сказать, что это были горизонтальные и вертикальные палочки с точками.
Первый с любопытством наблюдал за работой друга и поинтересовался:
– Тао, ты уверен, что это поможет нам?
– Послушай, Геркулес, я знаю, что делаю. Вот сегодня мы здесь вдвоём
стоим и разговариваем, но в будущем об этом можем забыть даже мы. Пусть это событие - мелочь, но как насчёт чего-то более эпичного? Помнишь то послание из-за стёкол от хозяев, яркие огни в небе, крики издалека?
– И как же эти знаки нам помогут?
Местный новатор положил камешек на землю и указательным пальцем маленькой ручонки провёл по надписи:
– Например, это означает резкую смену моего настроения от того, что
мы пережили на протяжении последнего времени: все эти резкие смены мира, ощущений и даже картин созерцания. Дальше означает мою печаль, мои наблюдения за Мальвиной, мои...
– За Мальвиной?
– удивился Геркулес, перебив приятеля, - Прям можешь всё так описать до точности?
– у того оставалось в голове ещё уйма пытливых вопросов по главной теме разговора, но всё же решил переключить тему разговора.
– Ну, она хороша, конечно же, словно загадка; я думаю, что вы можете быть вместе, если конечно Янус будет не против, - продолжил он через несколько секунд.
– Янус...
– шёпотом проговорил Тао, - Янус... может быть он даже сам захочет ею завладеть на время, - в последних словах чувствовался небольшой гнев.
– Он вожак и ему решать. Он являет собой сплочение нас всех и связь с хозяевами, ровно, как и Ягуар сейчас. У тебя был шанс стать жрецом, но ты просто добровольно уступил эту роль.
– Не будем об этом. Мне кажется, что это меня просто бы замкнуло в узких рамках.
Разговор прервал знакомый голосок позади. Геркулес и особенно Тао не могли не узнать его. Ещё недавно она была предметом разговора, а тут уже могла стать третьим собеседником.
– Я не отвлекаю вас, мальчики?
– послышалось вновь обоим.
После того как они обернулись, то увидели перед собой свою знакомую. Мальвина имела хорошие дружеские отношения с обоими, а с Тао была близка как никто другой в их группе крохотных созданий. Она хотя бы понимала часть из того, что он рассказывает, в то время как его приятель-танцор просто подбадривал маленького новатора, а другие даже не желали слушать.
Сам Геркулес был только за, если бы его друзьями стали чем-то большим, чем дружеская пара. Мальвина была самой младшей из всех особой женского пола в группе и была ещё никем не тронутой, к тому же выделялась спокойным и весёлым характером одновременно. Однако, формирование таких отношений было бы диковинкой для того окружения где они обитали: почти каждое решение принималось через вождя.
– Никак нет, - ответил атлет, - хотя мне самому пора, ты уж извини.
После этих слов он спрыгнул с камня, повернулся лицом к товарищу и дал тому знак кивком головой, чтобы тот действовал и в этот раз не оплошал, затем просто развернулся и глядя с улыбкой Мальвине глаза в глаза, прошёл мимо неё.
– Мальвина, ты... ты, - у паренька не было никаких слов от неожиданности.
– Я... Знаешь, не хотел бы ты помириться хотя бы с Янусом сейчас? Твои поступки могут плохо закончиться для тебя же, - предупредила она.
–
Они по-прежнему не понимают, что я стараюсь ради того, чтобы им было хорошо?– Если честно, то уже я сама засомневалась в твоих действиях: ты не выполнил волю хозяев. Мы ведь долго разучивали тот танцевальный ритуал.
– Не пошёл скорее я потому, что сам же обиделся. Меня даже Ягуар позавчера не поддержал в споре.
Девушка покачала головой, но затем поднялась к тому камню, где сидел её друг, наклонилась и провела левой рукой по волосам.
– Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности, послушай меня. В будущем от тебя могут уйти и Геркулес и..., - Мальвине было больно говорить это, поэтому она сделала небольшую пазу, - даже я, - последняя часть фразы была произнесена с резкостью.
После такого заявления гномиха удалилась прочь, даже не попрощавшись. Тао же был расстроен таким поступком, однако решил сохранить его в своей придуманной клинописной форме.
Близилось уже десять часов вечера. Сверчки уже вовсю стрекотали, придавая живой сумеречной картине своеобразный дух. Все сотрудники разошлись по трейлерам, остались на своих местах лишь охранники и сам господин Жабковский, который со времён разговора с бывшим учеником так и не встал из-за стола и о чём-то мечтал, поглядывая то и дело в сторону шатра с вольером.
Наконец он встал и отправился к своей долгожданной цели. Около входа академик встретил охранника-новичка, с кем ещё не завязал приятельских отношений, но сам начал разговор довольно нагло:
– Как звать тебя? Не надоело ли сидеть на этом стуле?
– Савелий Александрович? Вам что-нибудь нужно?
– удивился тот такому повороту событий, - Да, я Жора.
– Посмотри, Жора, какая хорошая погодка, какая полная луна, прогуляйся иди, а я подменю тебя.
– Но у меня приказ, я не должен, как же так!
– сторож был в недоумении, хотя был мало знаком с характером местного главаря.
– Я думаю, ты догадываешься о том, кто я и чем распоряжаюсь. Хочешь посетить торжество в Москве - не мешай мне. Поверь, друг, так будет хорошо и тебе и мне.
– Слушаюсь, - согласился охранник ушёл с глаз долой.
Наконец, довольно странноватая мечта фантазёра сбылась, и он очутился один на один со своей целью. Камушкина рядом не было и можно было самому "внести свой научный вклад в развитие проекта". Достав из кармана маленькие крепёжные линзы, напоминающие современные видеокамеры для любителей и разместив их на металлических балках, Жабковский вздохнул с облегчением.
Затем он направился и к самому вольеру, осматривая каждый уголок, при этом, не желая будить своих "питомцев". Луна светила ярко - дорожка света шла прямо от входа в шатёр к стеклянным барьерам.
Тао был единственным из гномиков, кто не в это время сегодняшней ночи. Заметив что-то необычное, он подошёл к заграждению и чётко видел силуэт вроде бы и известного, но лично не знакомого гостя. Однако как только этот "бог" двинулся в его сторону, то маленький человечек отскочил назад и притворился спящим.
Но даже когда странный посетитель ушёл, то в голове осталось множество вопросов: "Почему он вдруг явился сегодня, в такую ночь? Может быть это знак? Как изменится наша жизнь за стеклом после этого?"