Чтение онлайн

– Мы его больше не увидим, – вслух ответил на обоюдное предположение Тур. – Самолёт – лучшее средство для изгнания алкогольного опьянения.

Ворон скривился:

– Я помогу тебе убраться в «палате».

Лис давно привык к образу жизни старших братьев, но с некоторых пор что-то в семье неуловимо изменилось. Он попробовал найти определение новым ощущениям, однако кроме стандартного: обстановка потеплела – ничего не подвернулось. Причин тому он насчитал не менее десятка, но не рискнул поставить в общий ряд одну, ради которой готов был

вылезти вон из собственной шкуры. Непризнанная память, как падчерица, ютилась на пороге и не смела заглянуть в дом.

Лис не ожидал от наступившего воскресенья особых мероприятий, но дела находили его то там, то здесь. Ворон предложил проверить исправленный мотоцикл. Вскоре Кикимора, наловчившаяся в сортировке вещей в кладовой, потребовала Лиса в напарники. Затем Дед изъявил желание прогуляться с Галкой по лесу, и Лис с удовольствием составил ему компанию. А перед обедом Тур огорошил младшего брата вопросом:

– Тебе попадались какие-либо упоминания о способностях заложного управлять чужим телом?

Юноша сумел удержать изумление при себе.

– Нет. Но я поищу!

– Действуй. Есть идея устроить сегодня военный совет… И кстати, – Тур в несвойственной ему манере помедлил с продолжением, – в похоронном обряде славян как-то фигурировала шкура животного?

Лис сжался, не поверив своим ушам. Из-за наглухо запертой двери в прошлое пробился тоненький лучик надежды.

– Да, – ответил он, всеми силами стиснув волнение. – В дохристианский период наряду с традиционным сожжением существовал обряд захоронения убитого воина в шкуре жертвенного быка. Бык считался символом плодородия. Некоторые исследователи придерживаются мнения, что это является доказательством веры наших предков в перерождение после смерти.

– Реинкарнация у славян?

– Явных подтверждений вроде бы нет, но фольклорные источники содержат косвенные упоминания. Например, в северных районах России записана такая легенда: покойный является во сне своему брату в ночь, когда у того родился сын, и говорит – я вернулся.

– Интересно, – Тур пригладил бороду. – Ну а «переход», о котором ты периодически нам твердишь, это зафиксированный термин или твои личные понятия?

Лиса так и подмывало воскликнуть: давай без обиняков – не о фактах и терминах, а о том, что должно быть поднято из забвения!

Но язык будто окаменел.

– Переходом называют состояние между жизнью и смертью, а также между рождением и началом жизни. Это поверье пришло из язычества и получило развитие в христианской религии. Христианство дополнительно обозначило точный срок перехода – сорок дней.

Ответ получился лекционно-сухим. Лис отвернулся. Поезд ушёл, и попрекать себя за нерешительность было поздно.

– А мы стоим на этом переходе, как на заставе, – Тур задумчиво повторил слова младшего брата, за три года прижившиеся на слуху. – Не понимаю, почему ты хватаешь «двойки»? Эрудиция у тебя достаточная, память прекрасная, в специальных вопросах разбираешься отменно. Из тебя получится хороший историк.

Лис тяжело вздохнул. Менее всего он ожидал такого поворота разговора.

– Пойду про заложных уточню, – проговорил он и удалился, повесив нос. Был бы на месте рыжий хвост с белой кисточкой, подмёл бы все ступеньки на широкой лестнице.

То, что Тур назвал «военным советом», началось в гостиной отчётом Ворона о событиях, произошедших за последнюю неделю. Цельная картина

приключений с таинственным номером в изложении Владимира Полозова напоминала детективную историю среднего качества. Кое-что для братьев оказалось новостью, и рассказчика выслушали с интересом.

– Получается, мы чуть было не сыграли против Белякова? – уточнил Тур.

– Поделом ему! – злорадно усмехнулся Ворон. – Прошляпил двух рукодельников у себя под носом, послал психа с пистолетом вытрясти из парня сведения о «лишнем» товаре. Обратился бы сразу ко мне, обошёлся бы без мокрухи. Хотя в конце концов все остались при своём. Пашу и его приятеля убрали за самодеятельность, псих-киллер ненароком убрал их программёра, мы случайно выключили из игры этого самого киллера. Я вычистил таможенный сервер от их долбанной краски, да так, что таможня перегрызлась с комбанком в столице. Товар успешно прибыл по назначению без документов. Вот и всё.

Цепочка выглядела стройно, звенья ловко цеплялись друг за друга и подводили тему к логическому завершению. Но тут рот открыл Лис.

– Братцы, может, это и не моё дело, – начал он осторожно и, заметив внимание близнецов, приободрился, – но, по-моему, здесь было сказано слишком много о случайностях.

– И что? – Ворон потянулся за очередной сигаретой.

– А то, что так не бывает, – прямо заявил юноша. – Наёмнику поручили всего лишь узнать номер партии товара, чтобы перехватить его на таможне до проверки. Почему исполнитель вдруг спятил и пристрелил программиста, который, по твоим же словам, вообще был «не пришей кобыле хвост» в операциях Паши?

– Чёрт его знает! – Ворон прикурил. – Нервы у мужика были шаткие, это я лично проверил. Наверное, парень от него сбежать попытался, а он сгоряча выпустил ему в живот полную обойму. Опомнился, сообразил, что за труп ничего, кроме нагоняя, не получит, вспомнил про наш адрес и припустил сюда.

– Ну ладно, – Лис временно уступил «фланг» и начал атаку на «передовой». – В таком случае объясни, кто и зачем мешал тебе влезть к таможенникам на сервер?

– Обнаружили один взлом и устроили ловушку, – Ворона задели по больному.

– Призраки? – невинно уточнил Лис и тем самым нанёс удар с тыла.

– Да при чём тут призраки! – Ворон занял круговую оборону. – На каждого хакера рано или поздно найдётся грамотный системный администратор.

– Наш компьютер распотрошил заложный! – Лис без оглядки пустил в бой заготовленные резервы.

– Который мстил за свою безвременную кончину, – напомнил Тур. – Это твои собственные слова, Лис. Заметь, кончина состоялась после его неудачного контакта с программистом. Следовательно, афера против Белякова никак не связана с мистическими явлениями.

В нападении Лиса проявилась обширная брешь. Юноша растерялся, но тут неожиданно подоспело подкрепление в лице Кикиморы.

«Эй, минуточку. Вы кого имеете в виду под «заложным»? Бандюгу с пушкой, что ли? Да он сюда носа больше не казал! Я его в первую же ночь с треском выставила. Пусть мстит, где хочет и кому хочет, но не в нашем доме! Здесь другой шлялся. Лис, ты его чуял. У тебя в носу озоном пахло, помнишь? Он сначала того, поджаренного током, привёл, а потом ещё двух каких-то. Вас как раз дома не было. Я эту команду насилу выставила. Даже мебель пострадала тогда… Чего вы все на меня уставились? Тур, Ворон, вы ведь его видели на аллее. Большой такой, в рабочей каске».