Замок Древней
Шрифт:
— Одним из первых был Бжегович. Он говорит, что чуть больше трёх.
Пока они дошли до храма, Гарри успел Диму достать вопросами хуже Анрэ. А какие деньги? А где еду добываете? А какую? А орки в деревне есть? А эльфы? А кто ещё? О! Гоблины? А где гоблины? А сколько? А одного сорта? Ну ладно, если про сорт не знаешь, они все одного цвета? А в горы кто-то ходил? А на поля ихтуса часто кто-то летает? А часовых сколько? А кто командует? А когда староста приедет?
Дима задолбался.
— Давайте помолчим, — вздохнул Дима, а Гарри почему-то рассмеялся. — И что смешного? Чего ты ржёшь?
— Спасибо
— Я могу! — вышла тут же из ступора Марьяна.
Отлично! Вот пусть они вдвоём друг о друга аннигилируют!
Люди все были загнаны в храм, перед храмом стояло лишь пара человек из часовых и ждали резолюции.
— Зенёк, шуруй в храм и скажи, что можно расходиться. Чтоб на край деревни, к Покинутой не совались даже, там сейчас опасно. Пусть всё утрясётся. Гарри, постоим тут, решим твои вопросы, — командным тоном приказал Дима.
Они стояли и ждали пока люди пройдут мимо. Кто-то с опаской заглядывал чужестранцу в глаза, но особого интереса не проявляли. Мало ли кого с соседней деревни занесло.
— Агнес, останься пожалуйста. Мерсенас, Вас тоже попрошу, и Вас, Януш! — позвал он тех, кто был в совете.
— Что там произошло, уважаемые? Кто Вы? — засуетился подбежавший Януш, пытаясь одновременно пожать руку, но увидел, что перед ним слепой и занервничал: спрятал руку в карман, потом достал, потёр о другую, потом сложил на груди и в итоге спрятал обе руки за спину.
— Я ваша проблема на ближайшее время, а потом, может быть, спасение, — пожал плечами Гарри. — Меня зовут Гарри, ко мне можно и нужно обращаться на ты и просто по имени, — отчеканил он не обращаясь ни к кому конкретно.
— Это как-то бестактно, — бросил вслух Януш, но его жестом попросил замолчать Дима.
— Мне Йен, уезжая, не оставлял полномочий решать что-либо, потому вы все здесь. Я думаю, решение можно принять коллективно. Суть! К нам… — он задумывался, вспоминая, как сюда попали все эти люди. Вспомнить не смог. — Напомните, каким образом?
— Через портал, разрыв в пространстве, — отозвался Гарри и тут же умолк.
— Верно, через портал. К нам через портал пришли двадцать пять человек, — Гарри дёрнулся было что-то сказать, но потом передумал и Дима продолжил, — и эти люди голодны, у них нет тёплой одежды. Нам нужно обеспечить их жильём, тёплой одеждой и пропитанием.
— Последнее не обязательно, — отмахнулся Гарри. — Там аэльи матёрые, добудут себе что поесть, тут уж переживать не стоит. Только место, где переночевать, желательно укрытое от холода, и да, тёплые вещи не помешают. Как-то я маханул, когда сюда навигировался…
Он почему-то повернул голову в сторону Крепости Древней, хотя вряд ли ему было что-то видно через бинты.
— У нас, на сколько я знаю, по заверению Йена Григо, нашего достопочтенного и мудрого старосты, есть больше десяти не разграбленных домов. Может быть уже местами подгнивших, но всё же лучше, чем ничего. Он всегда говорил, что новым людям понадобится жильё, и что мы должны будем их принять и накормить, «сделать частью социума».
— Да тут и говорить нечего, — подал голос Януш.
Господа Луизы молчали. По лицу Марсенаса было видно, что он чем-то недоволен.
— Данные
индивиды должны пройти этап адаптации, прежде чем стать частью нашего социума, — стал он аккуратно подбирать слова.— Можешь не переживать, — бросил Гарри. — Если кто-то что-то стырит или кого-то стукнет, либо как-то иначе нарушит закон, то будут судить его по вашему закону, а я лично прослежу.
— Да как ты, при всём уважении, проследишь? — хохотнул Марсенас.
— Пасть закрой, белоручка! — рявкнула на него Марьяна. — Он — проследит, будь уверен. И за твоими похождениями проследит, если надо…
Она вспыхнула, глянула на Гарри обожающим взглядом и тут же отвела взгляд, будто обожглась.
Дима покраснел — ему было стыдно за ведьму перед Гарри и Марсенасом.
— Спасибо, Марьяна, — кивнул Гарри, ничуть не раздосадованный грубой речью ведьмы, — но всё же стоит проявлять уважение.
Дима стоял с открытым ртом. В принципе выходка Марьяны подействовала на всех. Наступила неловкая пауза, которая порядком затянулась, поэтому Дима подал голос:
— Дома на Мёртвых улицах. Кто против того, чтобы новоприбывшим их предоставить в пользование? — произнёс Дима в абсолютной тишине. Слышно было, как рядом махает крыльями чей-то змей.
Луизы скривились, но не сказали ни слова.
— Я предлагаю прямо сейчас закончить с этим вопросом. К Мёртвым улицам, господа, — устало бросил Дима и первым пошёл по намеченному маршруту.
Они шли дворами. Гарри завёл былую шарманку вначале с Марьяной, но та ему почему-то ничего не отвечала, тогда он переключился на Марсенаса, который отвечал, но неохотно. А вот стоило Гарри заикнуться про время, тут уж влез Януш и стал вещать. Дима не слушал — он слышал рассказ Януша много раз из разных уст. Не так экспрессивно, конечно, как из уст самого создателя календаря, но суть от этого не менялась.
Вытоптанная земля закончилась, пошли заросли из высокой травы. Этими улицами почти никто не ходил после последнего нападения роботов. Эти места в принципе считались плохими, ибо тут сжигали умерших. Мимо них проплывали осевшие, сгоревшие и развалившиеся домики, а то и просто фундаменты этих домов с парой брёвен. На месте одного из домов было составлено три бревна в виде шалаша. Кто-то из знакомых умершей семьи сказал, что это символ бога смерти, и что их души будут в этой пирамиде, пока этот бог их не заберёт. После того, что Дима видел в этом мире, он подумал, что может быть это и не суеверие никакое, а бог смерти действительно идёт, чтобы забрать души.
— Что тут? — обратился Гарри напрямую к Диме.
— Как что? Когда-то жилые дома, — отозвался Дима.
— Опиши мне, если не сложно, — вслед ему отозвался Гарри.
Дима уже и забыл, что разговаривает со слепцом.
— Вначале ты. Что произошло? Я чувствую запах палёных зубов.
— Плохо прикурил, — захохотал Гарри, потом закашлялся, ругнулся и снова принялся тушить свою руку. Дима заметил, что на ней добавились новые волдыри. Старые лопнули, под ними виднелось свежее мясо. Лица этого странного человека Дима не видел, но мог поклясться, что ему сейчас должно быть больно. — Если серьёзно, то поцапался с суккубом и блокировал огнешар лицом. Не самая удачная часть тела для того, чтобы блокировать огнешар.