Забытый Воин
Шрифт:
Львиносвет повернул голову, заглянул в блестящие зеленые глаза.
– Мне кажется, что Пеплогривка самая несчастная из всех нас.
Глава XX
– Пусть все коты, способные охотиться самостоятельно, соберутся под Каменным карнизом на собрание племени!
Когда зычный голос Огнезвезда разнесся над лагерем, Голубка отскочила от кучи
Утро выдалось пасмурное, тяжелые тучи низко висели над лагерем. Холодный назойливый ветер шелестел в верхушках деревьев, ерошил рыжую шерсть Огнезвезда. Но для Голубки лепет листвы был лишь эхом кошачьих голосов, сегодня ей не нужно было использовать свои способности, чтобы услышать все разговоры.
– Вы слышали, что Пеплогривка - бывшая Пепелица?
– Да, а Листвичка и Воробей с самого начала знали об этом!
– Я удивляюсь, как это Медуница ничего не заметила! Они же с Пепелицей были лучшими подругами, помните?
– Нет, все-таки Пеплогривка не совсем вылитая Пепелица… Есть различие, если приглядеться. Ах, у меня просто мороз по шерсти, когда думаю, что творится у нее в голове! Представляете, каково это - взять и вдруг очнуться целительницей!
Голубка заставила себя перестать слушать.
– Я надеюсь, собрание будет по поводу племени Ветра, - шепнула она Искре.
Ее сестра проглотила последний кусочек дрозда, аккуратно облизала пасть и направилась на поляну. Голубка видела, что Искра сильно припадает на одну лапу, но не рискнула задавать вопросы. Она знала, что сестра болезненно реагирует на любые расспросы о Сумрачном лесе.
Лисохвост, Шиповница и Орешница уже заняли места под карнизом, а Дым, Крутобок и Милли устроились рядом. Мышеус и Вишнелапка вышли из палатки целителя и, покачиваясь от слабости, плюхнулись на песок перед входом, чтобы послушать объявление, Маковка и Ягодник сели рядом с ними. Воробей и Иглогривка высунули головы из ежевики.
– В последнее время у нас столько событий, и все странные, - пробормотала Голубка, глядя на собирающихся воинов.
– Сначала объявился Сол, потом Остролистая вернулась, а теперь еще Пеплогривка оказалась кошкой, которую все считали умершей…
– И вдобавок стала целительницей, - хмыкнула Искра.
– Со всеми знаниями и умениями Пепелицы!
Шиповница наклонилась к ним.
– Значит, теперь у нас в племени два целителя?
– Выходит, что так, - кивнул Мышеус.
Искра покачала головой.
– Нет, у меня это просто в голове не укладывается! Пеплогривка была моей наставницей!
– А я думаю, воины нам нужнее, чем целители!
– воскликнул Лисохвост.
– Хватит болтать!
– раздался сердитый голос за их спинами.
Голубка обернулась и увидела неслышно подошедшего к ним Бурого. Всегда спокойный, он сейчас был явно раздражен. Бурый сердито шлепнул Лисохвоста хвостом по ушам и прошипел:
– Огнезвезд ждет, когда вы закроете рты и позволите ему говорить!
Когда все разговоры стихли, Голубка в последний раз обвела глазами собравшихся и заметила Остролистую, одиноко сидевшую на краю поляны. Вид у нее был несчастный и потерянный.
«Про нее тоже все сплетничали, - с невольной жалостью
подумала Голубка.– Только сейчас пересуды немного стихли, потому что нашелся новый повод почесать языки».
Когда Остролистая только вернулась в племя, Голубка старалась избегать ее, не в силах преодолеть отвращения к убийце соплеменника, пусть и невольной. Но сейчас ей вдруг стало жалко отверженную кошку.
«Может, Огнезвезд был прав, - подумала она.
– Остролистая достаточно расплатилась за свой поступок. Столько лун она жила в полном одиночестве, ей даже поговорить было не с кем! Ведь Ежевику никто не осуждает за то, что он все видел, но промолчал?»
Голубка уже собралась встать и пересесть к Остролистой, чтобы поддержать ее, но тут из воинской палатки вышла Пеплогривка. Она, как тень, перешла поляну и, не говоря ни слова, села возле Остролистой.
– Странности притягиваются!
– хмыкнул Лисохвост.
– Да замолчишь ты, наконец, или нет?
– взорвалась Милли.
– Как не стыдно сплетничать о товарищах!
Лисохвост смущенно потупился.
– Пеплогривка была лучшей подругой Остролистой до того, как та… ушла, - продолжала Милли.
– Да, у них и теперь есть много общего - тайна, которую все узнали. Неужели у тебя не хватает сочувствия понять, как им обеим сейчас тяжело? Сейчас им нужно наше сочувствие и понимание!
– Да, Милли, ты способна понять, что значит быть не такой, как все. Например, домашней среди воителей…
Голубка завертела головой, пытаясь понять, кто это прошептал, но все коты сидели с закрытыми ртами.
«Ах, сколько же кругом слухов, сплетен и тайн!
– вздохнула про себя она, с дрожью думая о том, какие еще секреты могут открыться. Голубка задержалась взглядом на Искре, которая незаметно ото всех разминала больную лапу - Клянусь хвостом, она опять покалечилась в этом ужасном Сумрачном лесу! К слову, вот еще одна тайна, которую следует хранить!»
Огнезвезд сделал шаг к краю карниза.
– У меня плохие новости, - без предисловий начал он.
– Я уже обсудил их с Ежевикой и старшими воинами, а теперь решил выслушать всех вас. Я знаю, вы уже давно удивляетесь, зачем нам понадобились дополнительные патрули и почему Ежевика запрещает вам охотиться возле границы с племенем Ветра. Пришло время сказать правду - Сол предал нас. Он уже давно подговаривает племя Ветра вторгнуться на нашу территорию.
– Что?
– завизжала Кисточка, с усилием поднимаясь на дрожащие лапы. Ее редкая шерсть встала дыбом, глаза засверкали былым огнем.
– А я что вам говорила? От этого мешка с блохами с самого начала нельзя было ждать ничего, кроме беды!
Еще несколько котов вскочили со своих мест, поднялся вой и визг. Голубка поискала глазами котов, которые совсем недавно сговаривались с Солом напасть на племя Ветра, и увидела, как Орешница и Шиповница с нескрываемым ужасом смотрят друг на друга, а Пестроцветик сидит с открытой пастью.
Зато Мышеус был уже на ногах и визжал вместе со всеми:
– Предатель! Блохолов! Спустить с него шкуру!
Голубка прищурила глаза.
«Интересно, ты, в самом деле, так злишься или только притворяешься?
– с подозрением подумала она.
– Берегись, Мышеус, я теперь с тебя глаз не спущу! Ты мне не нравишься…»