Чтение онлайн

Дальнейшие события развивались прямо-таки молниеносно. Они заняли совсем немного времени, но, как это ни банально звучит, их участникам показалось, что прошла целая вечность.

Маржана не думала о себе. В мозгу ее билась только одна мысль, вытеснившая все остальные: "Вотий… Они пришли за Вотием…"

Она почувствовала себя кошкой, защищающей котенка. Только что не зашипела от злости: "Моё! Не отдам! Прочь!"

Уже знакомая ненависть волной поднималась в ее душе. Она не дала девушке ни секунды на размышление, захлестнула ее с головой, потопила все мысли и чувства, растворила в себе сознание, заглушила

рассудок и подчинила тело своей воле.

На разбойников взглянули холодные глаза. Таких глаз не бывает у восемнадцатилетних девушек. Мудрых, всепроникающих, просвечивающих душу насквозь, до дна. И очень, очень злых. Колющих злостью не хуже клинка.

Еще один взгляд - и на Вотия легко, будто мимоходом, опустился защитный купол. Второй, точно такой же, окружил Светомира, магичку и Айну. Не для того, чтобы уберечь, - скорее чтобы не путались под ногами. Заринна попыталась было разрушить защиту - куда там! Вся ее магия против неведомого заклятия была как швейная иголка против стальных доспехов.

Меч Маржаны с тихим шорохом вышел их ножен.

Маржана легко, словно в танце, кружила по поляне, не позволяя бандитам ни на шаг приблизиться к Вотию. Меч сверкал на солнце, выписывая в воздухе затейливые фигуры.

И, не сбиваясь с ритма, Маржана рубила, колола, вспарывала чужую податливую плоть… Она сама не в полной мере осознавала, что делает. Она защищала брата.

Откуда у нее, до того не державшей в руках оружия опаснее кухонного ножа, вдруг взялось это умение применять хитроумные вольты, приемы мастерской защиты и смертоносного нападения? Откуда взялась сила в хрупких девичьих руках? Из каких глубин ее подсознания вынырнуло вдруг умение владеть мечом?

Этими вопросами невольные свидетели задались позже. Сейчас им было не до того, мысли их путались и пугливо разбегались, оставляя вместо себя пустоту.

Происходящее на крохотном клочке пространства между столетним раскидистым дубом и зарослями терновника завладело их вниманием целиком.

Вотий смотрел на сестру широко открытыми от ужаса глазами. Вокруг, на забрызганную кровью траву и первые трупы, он старался не смотреть.

Когда на защитный купол широкой полосой брызнула кровь из чьего-то перерезанного горла, нервы мальчишки не выдержали. Он глухо вскрикнул, покачнулся, почувствовав внезапную дурноту, сел на землю, обхватив руками колени и уткнувшись в них лицом, и так, сжавшись в комок, просидел до конца. До самого конца.

Из чащи на опушку молнией вылетел Дар. Колдун увидел, что творится, оценил обстановку (что далось ему с некоторым трудом), ругнулся вполголоса и попытался пробиться в гущу сражения, но наткнулся на невидимую преграду. Маг снова в сердцах выругался, начал было выплетать заклинание, но вскоре досадливо махнул рукой и принялся за другое. В его магической практике еще не было такого случая, и что полагалось делать, он мог лишь смутно догадываться. Заринна не смогла предпринять вообще ничего. Странный купол напрочь блокировал ее магию, позволяя лишь бездеятельно наблюдать за сражением со стороны.

Кровавый танец Маржаны закончилось, когда упал последний противник, обеими руками держась за распоротый живот.

Девушка остановилась, переводя дыхание и потрясенно глядя вокруг, часто моргая.

Меч выпал из

ослабевшей руки, глухо звякнув о поросшие мхом камни. Слепящая ярость уступила место изумлению, а потом и жуткому осознанию.

Вокруг Маржаны лежало восемь изувеченных трупов. И их фрагменты. Руки, лицо, одежда Маржаны были перепачканы темной кровью. Это была чужая кровь. Сама Маржана не получила ни царапины.

С тихим хлопком исчезли защитные куполы. В ноздри тут же ударил тяжелый запах.

Айна, бледнее, чем в давешнем образе привидения, поспешно отступила в кусты. Ей было дурно. Через пару секунд ее примеру последовал Вотий.

– Пойдемте-ка отсюда, - ни на кого не глядя, вполголоса предложил Светомир.

Маржана почувствовала, как к горлу мягко подступают внутренности. Она, не отрывая взгляда от тел поверженных врагов, отступила на шаг назад, потом еще на шаг. На ее бледном до зелени лице читался такой ужас, как если бы прямо перед ней разверзлась бездна, кишащая демонами. На окружающих Маржана не обращала внимания.

По-прежнему не проронив ни звука, она повернулась и, ссутулившись, побрела куда-то вглубь леса.

Никто не стал ее отговаривать. Никто не остановил. Только Дарилен кинул взгляд на кота: "Кисс, проследи за ней…"

"Сам знаю, не маленький", - раздалось в голове колдуна в ответ.

"Мы будем на какой-нибудь поляне к востоку отсюда".

"Найду, не впервой", - недовольное фырканье.

"Знаю. Прости. Просто переживаю".

"Не беспокойся. Все уладится - не из таких передряг выходили…"

Маржана ушла довольно далеко от места привала. Привала и… расправы. Она просто шла, без цели, пошатываясь, как сомнамбула, не выбирая пути, натыкаясь на деревья, то и дело спотыкаясь и ни о чем, в сущности, не думая. Где-то неподалеку шумела вода. Взгляд Маржаны упал на руки, перепачканные кровью, на одежду, похожую на мясницкий фартук.

"Надо бы умыться", - отстраненно подумала она, чувствуя, как лицо стягивает подсохшая корка. Девушка пошла на журчание воды.

Долго плескалась в ручье, отмываясь от крови, кое-как отстирывая безнадежно испорченную одежду - прямо на себе.

В голове было пугающе пусто. Эмоций тоже не было. Органы чувств безмолвствовали. Маржана не чувствовала ни тепла солнечных лучей, пробивающихся сквозь листву, ни холода говорливого ручейка. Ни страха, ни ужаса, ни радости от спасения. Ничего. Только ледяное, всепоглощающее равнодушие.

Слезы появились чуть позже, когда Маржана, сидя на берегу ручья, вдруг с ужасающей ясностью начала вспоминать произошедшее на поляне. Сначала медленно, неуверенно набухла одна соленая капелька, скатилась по щеке, за ней - другая. И вот уже слезы закапали быстро-быстро, заливая лицо и бессильно опущенные на колени руки.

Маржана рыдала долго и самозабвенно, громко всхлипывая, по-бабьи причитая и раскачиваясь из стороны в сторону. Так продолжалось до тех пор, пока в ее уединение не вторглись самым бессовестным образом.

"Ну чего ты ревешь, дуреха?"

– Кто здесь?!
– Маржана вскочила на ноги, судорожно, неумелым движением стискивая рукоять меча.

Меча?! Она готова была поклясться, что ее меч остался лежать там, на месте… на месте бойни. Откуда же он, скажите на милость, взялся в ножнах?