Чтение онлайн

Все это Дарилен лихорадочно вспоминал, поспевая за бородачом к дому Фот ея Плотника, вопреки своей фамилии зарабатывавшего на жизнь кузнечным делом. Маржана и Вотий увязались следом. Маг им не препятствовал - предупредил только, чтобы держались подальше от окон. Сам по себе орижас ударить не в силах, но огрести по голове каким-нибудь горшком, которыми буян метко швыряется, вполне можно.

Ага, вот и он - пятый дом по левой стороне окраинной улицы. Да даже если бы маг и его провожатый забыли адрес, мимо они точно не прошли бы - звон бьющейся посуды и треск ломающейся мебели сопровождались такими прочувствованными завываниями, что впору ярмарочную толпу собирать.

Впрочем, у орижаса не было недостатка в слушателях - горожане толпились у покосившегося плетня, не решаясь подойти ближе к источнику дивных звуков. Семья Фотея стояла тут же, сбившись шумной стайкой и сопровождая звон-треск горестными причитаниями.

Завидев мага, любопытные расступились живым коридором, пропуская его вперед. Дарилен поднялся на крыльцо по скрипучим ступенькам, постоял немного, прислушиваясь к доносившимся из дома воплям, и, улучив момент, осторожно приоткрыл дверь. На несколько секунд в хате воцарилась озадаченная тишина, после чего на вовремя захлопнувшуюся дверь с удвоенной скоростью посыпались осколки стекол и что-то тяжелое, судя по нервному вздрагиванию дверных створок - кирпичи, не меньше. Вот только откуда им взяться в Плотниковой хате? Или орун их с собой принес, для пущего веселья?

Именно такой реакции Дарилен и добивался. Пока орижас бомбардировал дверь, он обежал дом и проскользнул внутрь через черный вход.

Черный вход в таких домах ведет, как правило, в кладовую, которая помимо основной своей функции - хранения скоропортящихся продуктов - зачастую превращается в склад всяческого хлама. Жилье Плотника-кузнеца не стало исключением.

Дарилен на цыпочках прокрался по узкой дорожке среди покрытых вековым слоем пыли кадушек, прохудившихся плошек и груд тряпья из разряда "выбросить жалко, носить - стыдно".

Создавать световой пульсар, равно как улучшать зрение в темноте с помощью магии, вблизи от орижаса было столь же глупо, как распахивать дверь ногой с криком: "А вот и я! Не ждало, мерзкое чудище?!" - магию эти твари чуют за версту. Результат этого ограничения не заставил себя долго ждать - впотьмах маг налетел на что-то, тут же ухнувшее оземь. По звучному хлюпу и разлившемуся капустному духу Дарилен опознал в препятствии горшок со щами.

– Вот дрыц [3] !
– ругнулся маг сквозь зубы, мысленно возблагодарив троллей за их емкий и в высшей степени выразительный язык.

Орижас не замедлил выразить свое согласие с Дариленом, швырнув в дверь, отгораживающую кладовую от хаты, что-то тяжелое. Дверь слегка прогнулась, но устояла. Таран у него там, что ли?!

Орун завопил еще громче, с разочарованными нотками в голосе. Скрывать свое присутствие дальше было бессмысленно: орижас все равно уже был осведомлен о нахальном проникновении чужака в его владения.

Второго удара хлипкая преграда в виде двери снести не смогла и выпала в кладовую. Вместе с косяком. Дарилен едва успел отскочить в сторону.

Маг стиснул зубы и вбежал в хату, на ходу бормоча заклинание. Ставить магический щит и плести атакующее заклятие одновременно, увы, нельзя. Что ж, придется побегать - благо заклинание разработано специально для орунов и не требует предельной концентрации.

Орижас охотно включился в игру. В мага поочередно полетели: чугунок с кашей (подгоревшей, машинально отметил маг), глиняная пивная кружка, чудом уцелевшая в царящем вокруг хаосе, резной стул и железная миска. Дарилен почти машинально уворачивался от "снарядов",

продолжая нараспев читать выученные еще в юности строки и ни на миг не сводя глаз с затеплившейся в ладонях крохотной изумрудно-зеленой искорки, набиравшей силу по мере выплетания заклинания.

Дебошир, оскорбленный таким невниманием к своей персоне, возмущенно взвыл и швырнул в мага кадушку с помоями. Дарилен успел пригнуться, и бардак в комнате дополнился живописным пятном на стене.

Наконец, заклинание Вереды было готово. Маг поднял взгляд, заметил летящую по воздуху прямо на него скамью (здоровенную махину пуда этак в три весом) и прицельно метнул полыхнувший травяной зеленью огненный сгусток чуть повыше скамьи.

Скамья рухнула на пол в мизинце [4] от мага. Ловчая сеть заклинания начала стремительно опутывать орижаса тонкими зелеными нитями, сковывая его движения, но, к немалому огорчению Дарилена, ничуть не мешая оруну безостановочно вопить.

Так, теперь достать склянку с зельем. Вынуть плотно подогнанную под горлышко пробку. Шепнуть над тускло мерцающей багряно-красным жидкостью несколько слов. И плеснуть в судорожно мечущийся зеленый кокон рвущееся наружу снадобье.

Орижас взревел как раненый зверь: дико, отчаянно - и бессильно.

Теперь главное - не упустить заветный миг, один-единственный, когда можно будет наладить связь с вызвавшим орижаса колдуном.

Растекающееся по твари зелье проявило вставшую дыбом на загривке грязно-бурую шерсть, прижатые к голове уши, оскаленную пасть, захлебывающуюся криком. Нет, еще не время.

Вот, словно из воздуха, выросло туловище с короткими сильными лапами. Рано, рано…

Наконец существо проявилось полностью. Более всего оно было похоже на вставшего на задние лапы медведя (конечно, если топтыгина снабдить зубами размером с небольшой кинжал каждый). Маг поймал его взгляд - слишком осмысленный для зверя.

Пора.

– Кто ты?
– не отрывая взгляда от глаз орижаса, спросил Дарилен.

Успел. Теперь колдун не сможет разорвать связь, пока живо вызванное им существо. Пусть диалог продлится не больше минуты - этого хватит, чтобы хоть что-нибудь выяснить.

– Я не по зубам тебе, чародей, - хрипло выдохнула зубастая пасть.
– Но я ждал тебя. Я знал, что ты придешь. Сегодняшнее представление было устроено специально для тебя. Тебе понравилось?

– Что тебе нужно от меня?
– нахмурился Дарилен.

Поздно. Глаза "медведя" уже начали стекленеть, оскаленная пасть, казалось, злорадно ухмылялась в ответ. Спеленатое мерцающей паутиной существо, больше не поддерживаемое создателем, тяжело завалилось набок.

Маг со вздохом отвернулся и, пошатываясь (все-таки заклинание Вереды - одно из самых затратных, теперь придется дня три силы восстанавливать), пошел прочь.

Дарилен снова ошибся - второй раз за день. Уже у двери его настиг предсмертный выдох, еле слышный, но все еще различимый:

– Мальчиш-ш-шка… Отдай мне мальчиш-ш-шку…

По своему воздействию на человеческий организм магия весьма схожа с алкоголем. Удачно примененные заклинания веселят и бодрят чародеев так же, как добрая бутыль горячительных напитков - горьких пьяниц. Неопытным новичкам магия кружит голову и туманит разум, вселяя необоснованную уверенность в собственном всемогуществе (впрочем, справедливости ради надо отметить, что довольно быстро это проходит). К магическим способностям легко привыкнуть - и почти невозможно пережить их утрату.