Заброшенный Город
Шрифт:
— Почему же? — голос парнишки дрогнул, и Риа негодующе взмахнув рукой отошла в сторону.
— Он нас бросил и ушел, когда на нас чудовище напало. Потому мы только примерно знаем, где лежат его кости. А было все так…
Когда Самдей закончил, на парня было жалко смотреть. Лицо стало бледным, а губы кривились и дрожали.
— Правда ли это? Дядя Космин? Дядя Йона? Алин? — по очереди он обвел взглядом каждого охотника. Каждый кивнул. В тишине было слышно, как через сомкнутые зубы Иэнку втянул воздух.
— Нет… не верю… Да как же это?! — взмахнув руками, Иэнку
— Эхх, жаль парня! — пробормотал Йона. — Как же ему нести на себе это?!
— Ничего. Железу все на пользу, а бумага все одно сгорит, — проговорил Самдей, следя за Иэнку, стоящим на краю обрыва с поникшими плечами.
— Что он у самого края встал? Не свалился бы от волнения, — начал Космин. Но тут Иэнку расправил плечи и пошел к ним, вздернув подбородок.
— Теперь я понял, почему вы меня брать не хотели, когда я в прошлом году к вам просился! Понимаю и не в обиде. Сын предателя! Конечно! Что, если я в отца характером?! Брошу вас в трудный момент?! Все ясно! — парень все повышал голос и уже почти кричал. — Не ходите со мной! Я один пойду и клятву выполню! Все! Прощайте!
Он шагнул к мешку, но Самдей придавил его ногой. Иэнку дернул посильнее. Тогда Самдей рванул на себя мешок и парень, не устояв на ногах, сел на землю.
— Ты сказал — я тебя выслушал. Теперь ты меня слушай, — спокойно проговорил Самдей. — Значит так. Идем мы все вместе. Тебе отца без нас не сыскать. Про отцов поступок я тебе не для стыда рассказал, а для знания. Чтобы ты молиться на него перестал. Он не бог и не икона. Теперь бери свой мешок и пошли. Времени уже много, некогда нам тут сцены разводить.
Ничего не ответив, Иэнку взял мешок и закинул на спину.
— Так, спускаемся, — скомандовал Самдей. — Идем как всегда. Я впереди, Риа следом. Иэнку предпоследний. Ты, Йона, замыкаешь.
День прошел спокойно. Пообедали и пошли дальше на север. А на закате расположились на ночлег. Весь день Иэнку молчал, только все время хмурил лоб и смотрел в сторону, сузив глаза.
— Куда это ты наш ведешь, командир? — спросила Риа после ужина.
— Да, я тоже удивился, — вставил Космин. — Не на восток ли нам надо?
— Значит, план таков, — сказал Самдей, развалившись на одеяле. — Во-первых ты, Алин, к ручью, за водой.
— А что я то? — взвился Алин. — Я теперь не самый молодой! Вон, Иэнку помоложе меня будет! Пусть он и бегает за водицей!
— Точно! — хлопнув себя по лбу рукой согласился Самдей. — Давай, Иэнку, возьми фляги и кожаное ведро и дуй к ручью. Найдешь, ручей то?
— Да не дурнее других! — вдруг весело ответил он.
— Вот и славно.
Дождавшись, когда Иэнку принесет воду, Самдей расчистил рукой площадку от травы и разложил карту:
— Вот тут значит мы. Шли мы весь день на север, по этой тропе всегда мы ходили. Кроме того раза, когда сгинул Гиллим. И чтоб вернуться туда, нужно нам сворачивать на восток. Свернем вот тут. Выйдем на каменистую осыпь, где ижинник растет. Там мы в том году от стрекота оторвались…
— И тогда свернем на юго-запад! — сказал Алин.
— Ну
что ты спешишь, неугомонная душа?! Никуда мы не свернем, пойдем по старым следам дальше. Через день…— Зачем нам туда, — поежившись, перебила Риа. — К стрекоту в лапы?!
— Да дослушайте! — поморщился Самдей. — Идем ровно до того места, где мешки с добычей в тот раз бросили! Забираем и идем обратно, до каменистой осыпи! Там сворачиваем и идем по следам Гиллима. Находим. Идем в Галаш. Теперь ясно? — дождавшись кивков скомандовал:
— Ну и хорошо. Спим тогда.
— А кто на карауле? — удивился Иэнку. — Могу я постоять!
— Если ты будешь на карауле стоять, то нам глаз всю ночь не сомкнуть! — засмеялся Йона.
— Не доверяете?
— Неподвижно стоять не сможешь и будет наш сторож звенеть всю ночь, — пояснила Риа. — Вон, смотри, что Самдей делает.
— Это охранная сеть? — поразился Иэнку увидев, как на миг блеснуло охранное заклинание и пропало, будто и не было.
— Она, — кивнул Самдей. — На пол километра берет. Никто бесшумно не подберется. Лучший страж.
— Класс! — пробормотал Йэнку укладываясь спать на свое одеяло. — Расскажу друзьям в Галаше, вот они обзавидуются!
— Риа! Объясни ему! И научи главному завету Пустоши!
— Какому завету, тетя Риа?
— Не загадывать о возвращении, не делить заранее добычу, не говорить вслух, чем займешься вернувшись, — отчеканила Риа. — Иначе накличешь беду.
— Я понял, — проговорил Иэнку ложась на одеяло.
На другой день, пройдя еще немного, свернули на восток. Вскоре показалась та самая каменистая осыпь, издалека блестевшая на солнце.
— Нужно будет набрать ижинника, — сказал Самдей. — Натрем подошвы.
Но ижинника на склоне уже не было. Вместо него рос чертополох и репьи.
— Вот те на! Пропал ижинник! — проговорил Космин.
— Трава капризная, — кивнул Самдей. — Сегодня тут, завтра не пойми куда перебрался. Ладно. Бог даст — проскочим.
Теперь пошли осторожнее. Охотники постоянно прислушивались, не раздастся ли знакомое дребезжание. Время от времени, Йона, замыкающий отряд, посыпал следы молотым табаком.
Через день они добрались до того места, где в прошлый раз сбросили добычу. Мешки так и лежали в траве. Даже не рассыпались от влаги.
— Вот и она! Добыча наша! — довольно проговорил Алин. — Все цело!
— Ну и слава богу, — сказал Самдей. — Мешки — на плечи и в обратный путь, к осыпи.
Но едва люди к ним потянулись, Самдей скомандовал:
— В боевой порядок!
В мгновение мешки снова полетели на землю. Лионелл, Космин и Алин, с мечами в руках, выдвинулись вперед. За ними встали Риа и Йона с луками на изготовку, Самдей — немного в стороне, с магическим свитком в руке.
Поколебавшись, Иэнеку вытащил меч и встал рядом с Лионеллом.
— Кто там? — не выдержала Риа.
— Смотрите! — указал рукой Самдей и все увидели, как среди густой травы в их сторону, будто бегут три волны. Все ближе и ближе…
Две волны — параллельно друг другу, одна чуть позади.