Чтение онлайн

— И… Это ведь я привела его в Свельбард, где его убили, он умер из-за меня. И я вспомнила, как мы с Роджером играли в колледже Джордан, на крыше, в городе, на рынках, и у реки, и на глинозёмах… С Роджером и с остальными… Я ведь отправилась в Болвангар, чтобы привезти его домой живым и невредимым, но только всё испортила, и если я не попрошу у него прощения, всё будет бесполезно, просто уйма потерянного времени. Мне надо это сделать, понимаешь, Уилл. Мне надо пойти в страну мёртвых и найти его и… попросить прощения. Мне всё равно, что будет потом. Потом мы можем… я могу… не важно, что потом.

Уилл

сказал:

— Это место, где находятся мёртвые, — такой же мир, как этот, как мой и твой и все остальные? В него можно попасть с помощью ножа?

Она посмотрела на него, поражённая этой мыслью.

— Ты можешь спросить, — продолжал он, — спроси прямо сейчас. Спроси, где он, и как туда попасть.

Она склонилась на алетиометром и быстро закрутила колёсики. Через минуту она получила ответ.

— Да, — сказала она, — но это странное место, Уилл… Такое странное… Мы и правда можем это сделать? Мы и правда можем пойти в страну мёртвых? Но какая часть нас туда пойдёт? Потому что дэймоны растворяются, когда мы умираем, я это видела, а наши тела — ну, они же просто остаются в могиле и разлагаются?

— Значит, должна быть третья часть. Другая.

— Знаешь, — оживилась она, — мне кажется, так и есть! Я же могу думать о своём теле и своём дэймоне, так что должна быть третья часть, которая думает!

— Да. И это призрак.

Её глаза сверкнули.

— Может, мы сможем вытащить оттуда призрак Роджера. Может, мы спасём его.

— Может быть. Можно попытаться.

— Да, мы это сделаем! — откликнулась она. — Пойдём вместе! Так мы и сделаем!

Но они не смогут сделать вообще ничего, если они не починят нож, подумал Уилл.

Как только в голове у него прояснилось, а желудок успокоился, он сел и обратился к маленьким шпионам. Они возились неподалёку с каким-то крошечным прибором.

— Кто вы такие? — спросил он. — И на чьей вы стороне?

Человечек прекратил своё занятие и закрыл деревянный ящичек, похожий на скрипичный футляр длиной не больше грецкого ореха. Женщина заговорила первой.

— Мы галливеспианцы. — сказала она. — Я леди Салмакия, а мой спутник — шевалье Тиалис. Мы шпионы лорда Азраила.

Стоя на камне в трёх-четырёх шагах от Уилла и Лиры, она была отчётливо видна в лунном сиянии. Её голосок звучал спокойно и внятно, и говорила она уверенно. На ней была широкая юбка из какого-то серебристого материала и зелёная туника; на её ногах, босых, как и у мужчины, были шпоры. Одежда мужчины была похожего цвета, но он был в тунике с длинными рукавами и в широких штанах до середины икр. Оба они выглядели сильными, ловкими, жестокими и гордыми.

— Из какого вы мира? — спросила Лира. — Я никогда не видела таких людей, как вы.

— В нашем мире такие же проблемы, как и в твоём, — ответил Тиалис. — Мы вне закона. Наш предводитель, лорд Роук, услышал о мятеже лорда Азраила и пообещал ему поддержку.

— А что вы хотели сделать со мной?

— Доставить тебя к отцу, — сказала леди Салмакия. — Лорд Азраил послал войско под командованием короля Огунве, чтобы спасти тебя и мальчика и доставить вас обоих в его крепость. — Мы здесь, чтобы помочь вам.

— Ага, а если я не хочу отправляться к отцу? Если я ему не верю?

— Очень

жаль, — ответила она, — но таков наш приказ: доставить вас к нему.

Не удержавшись, Лира рассмеялась от мысли о том, что эти крошечные человечки могут заставить её что-то делать. И зря. Женщина внезапно крепко схватила Пантелеймона и прикоснулась кончиком шпоры к его мышиной лапке. Лира охнула: шок был такой же, как когда его схватили люди в Болвангаре. Никто не должен трогать чужого дэймона, это считалось насилием.

Но потом она увидела, что Уилл правой рукой крепко схватил человечка за ноги, так что тот не мог пустить в ход свои шпоры, и поднял вверх.

— Снова пат, — спокойно сказала леди Салмакия. — Поставь шевалье на место, мальчик.

— Сначала отпусти дэймона Лиры, — ответил Уилл. — Спорить я не настроен.

Лира увидела, что Уилл явно готов разбить голову галливеспианца о камень, и по спине у неё пробежал холодок. Оба человечка тоже это поняли.

Салмакия убрала ногу от лапки Пантелеймона, он немедленно вырвался от неё, превратился в дикого кота со вздыбленной шерстью и угрожающе зашипел, стегая воздух хвостом. Его оскаленные клыки были на расстоянии ладони от лица леди, но она смотрела на него абсолютно хладнокровно. Мгновение — и он, став горностаем, повернулся, бросился наутёк испрятался на груди у Лиры, а Уилл осторожно поставил Тиалиса обратно на камень рядом с его спутницей.

— Тебе следовало бы проявить уважение, — сказал шевалье Лире. — Ты неразумное и дерзкое дитя, а несколько храбрых людей погибли сегодня ради твоего спасения.

Лучше бы тебе вести себя вежливо.

— Да, — робко ответила она. — Извините, я исправлюсь. Честно.

— А что касается тебя… — продолжил он, обращаясь к Уиллу.

Но Уилл прервал его:

— Что касается меня, я не потерплю, чтобы со мной так разговаривали, так что даже не пытайтесь. Уважение должно быть взаимным. Так что слушайте хорошенько: здесь командуете не вы, а мы. Хотите остаться и помочь нам — делайте, как вам скажут. Или сейчас же возвращайтесь к лорду Азраилу. Без возражений.

Лира видела, что галливеспианцы пришли в ярость, но Тиалис не отрывал взгляда от руки Уилла, сжимавшей ножны у него на поясе, и Лира поняла: шевалье думает, что пока нож у Уилла, тот сильнее. Значит, они ни за что не должны узнать, что нож сломан.

— Отлично, — сказал шевалье. — Мы поможем вам, потому что таков наш приказ. Но вы должны сказать нам, что вы собираетесь делать.

— Справедливо, — сказал Уилл. — Я скажу вам. Как только мы отдохнём, мы вернёмся в мир Лиры и найдём нашего друга, медведя. Он тут недалеко.

— Медведя в броне? Отлично, — сказала Салмакия. — Мы видели, как он дрался. Мы поможем вам это сделать. Но потом вы должны пойти с нами к лорду Азраилу.

— Да, — с честным видом соврала Лира, — да-да, потом мы так и сделаем.

Пантелеймон уже успокоился и испытывал любопытство, она дала ему взобраться к себе на плечо. Он стал стрекозой размером со стрекоз галливеспианцев, которые носились в воздухе, и взлетел к ним.

— Этот яд, — обратилась Лира к галливеспианцам, — который в ваших шпорах, он смертельный? Ведь вы укололи мою мать, миссис Коултер? Она умрёт?