Чтение онлайн

–  Полковник! Цели! Цели впереди!
– Голос Флинт звучал более живо, когда она объявила это предупреждение.

Четыре отметки появились впереди, блокируя пути отступления к "Виктори". С погоней позади и этим новым отрядом впереди, они не могли долго увиливать от новой схватки. Блейр знал, что в бою им не выжить.

Внезапно четыре новых отметки сменили цвет с янтарного, кодового цвета для неопознанных объектов, на зеленый. Друзья… Истребители Конфедерации. Блейр с трудом сдержал радостный крик.

–  Это капитан Пит де Витт с эсминца "Ковентри", - объявил радостный человеческий голос.
– Капитан Бондаревский

сказал мне, что нескольким горячим головам с носителя требуется небольшая помощь. Мы здесь, чтобы доставить вас домой, полковник. Займите место перед нашим строем и оставьте плохих парней для нас.

–  Мы в ваших руках, капитан, - сказал Блейр с глубоким вздохом облегчения. Ближайший "Вактот" уже прекратил преследование, увидев четыре перехватчика "Стрела", а остальные килрати, гнавшиеся за ними, заметно снизили скорость, изучая новоприбывших и пытаясь разобраться, что земляне собираются делать.
– Спасибо вам всем.

–  Капитан Бондаревский передает привет, полковник. Он сказал мне, чтобы я передал вам, что он возвращает вам долг за Нью-Сидней.

Блейр почувствовал облегчение, и вместе с тем еще кое-что - усталость. Теперь, когда напряжение исчезло, он вынужден был напрячь все силы, чтобы запрограммировать автопилот, который должен был доставить "Тандерболт" домой.

Затем он наконец-то растянулся в своем пилотском кресле, полностью выдохшийся. Он не одержал никаких побед сегодня, но он выжил, и Флинт тоже. И, возможно, этого было достаточно.

Взлетная палуба, носитель "Виктори", система Локанда.

Блейр неохотно поднялся на импровизированный подиум и ненадолго опустил голову перед тем, как заговорить. Ему не нравились многие аспекты службы командира крыла, но то, что ему предстояло сегодняшним утром, было хуже всего.

Он поднял голову и оглядел офицеров и членов экипажа, собравшихся на взлетной палубе и построившихся в ровные ряды. На них была парадная форма, надетая по торжественному случаю. Пилоты четырех эскадрилий выделялись на фоне команды - они стояли в первых рядах. Даже Маньяк Маршалл сегодня выглядел серьезно, оплакивая потерю своего лучшего друга на этом корабле.

Капитан первого ранга Томас Уайт, корабельный священник, почти незаметно кивнул Блейру.

–  Мы здесь, чтобы попрощаться с мужчинами и женщинами из летного крыла, которые отдали свои жизни во вчерашней битве, - медленно начал Блейр.
– Девять пилотов были убиты в бою с килрати, преданные воины, которых будет так же нелегко забыть в наших сердцах, как и заменить их в летном составе. Я не слишком долго служил на этом корабле, и я не знал никого из них слишком хорошо, но я знаю, что они погибли героями.

Он надолго замолчал перед тем, как продолжить, сдерживая волну эмоций. Эти девять офицеров были каплей в море по сравнению с населением колонии на Локанде-4, но их смерти были для Блейра куда более близкими и яркими. Они погибли, пытаясь выполнять его приказы в проваленной операции, и как командир крыла он нес полный груз ответственности за их смерть - и за колонистов, которых они не смогли защитить - на своих плечах.

–  Хотелось бы мне знать слова, которыми я мог бы рассказать обо всех наших погибших товарищах, - наконец продолжил он.
– Но единственная похвала, которую я могу произнести для них сейчас, звучит так: каждый из них умер,

выполняя свой долг в лучших традициях службы, и их ждет вечная память.

Он спустился с подиума и подал сигнал. Позади него выкатили первый из девяти запечатанных гробов. Только в одном из них действительно было тело, потому что капитан Марина Ульянова была единственным пилотом, которому удалось катапультироваться до того, как ее корабль был уничтожен в бою вокруг килратского флагмана. Она умерла от ран несколько часов спустя. Остальные гробы были пустыми, не считая небольших пластин, на которых были написаны имена пилотов.

–  На кара-ул!
– скомандовал космический пехотинец, возглавлявший почетный караул. Первый гроб на секунду остановился, готовый к запуску.

Хоббс посмотрел наверх и медленно заговорил. "Лейтенант Гельмут Йегер", - сказал он.

Наверху, в Центре управления полетами, техник включил программу запуска. Гроб унесся в космос, ослепительно вспыхнув двигателями, и на его место подъехал второй.

–  Лейтенант Александр Сандерс, - продолжил Хоббс. Маньяк, стоявший рядом с ним, опустил голову, его губы беззвучно шевелились. Он молился? Или просто прощался? Блейр не знал.

Когда показался третий гроб, перекличку продолжила Амазонка Мбуто. "Капитан Марина Ульянова", - сказала она. Затем: "Лейтенант Густав Свенссон".

Мрачная перекличка продолжалась до тех пор, пока не были запущены все девять гробов. Когда она закончилась, почетный караул поднял оружие и три раза выстрелил маломощными лазерами сквозь силовое поле в конце взлетной палубы, затем отошел и встал по стойке "смирно". Вперед вышел капеллан Уайт.

–  Мы отдаем этих мужчин и женщин в пустые глубины межзвездного пространства, - проговорил он.
– Наблюдай за ними, Господи, чтобы те, кто погиб в бою, обрели мир и покой. Во имя Отца, Сына и Святого Духа… аминь.

Офис командира крыла, носитель "Виктори", система Локанда.

–  Вы хотели видеть меня, полковник?

У Блейра было сильное желание сразу заговорить. Вместо этого он кивнул и показал на кресло рядом со своим столом. Это была беседа, которую ему очень не хотелось проводить.

Лейтенант Робин Питерс села.

–  Мне кажется, я знаю, зачем вы меня вызвали, - практически неслышно сказала она.
– Вы могли погибнуть там, пытаясь догнать меня.

Блейр заговорил.

–  Возможно.

–  Капитан приказал вам…

–  Нет.
– Блейр покачал головой.
– Это было мое решение.

–  Ну… думаю, у вас были свои причины. На вашем месте я бы осталась. Позволила бы глупой сучке получить то, что она заслужила.
– Она отвела глаза.
– Простите, полковник. Я никогда не была сильна в благодарностях.

–  Пожалуйста, - сухо ответил он.

–  Я хочу, чтобы вы поняли, сэр…

–  Понял? Здесь нечего понимать, Флинт. Вы потеряли контроль над собой. Может быть, у вас была хорошая причина. Господь знает, что это такое - когда ваш родной мир… чем-то заражен, как сейчас. Весь, сразу, несмотря на все, что мы могли сделать.
– Блейр замолчал. Ему не хотелось продолжать, но он знал, что должен. Несмотря даже на то, что он понимал чувства Флинт, он не мог просто забыть о ее действиях.
– Мы не решаемся на самоубийственную миссию только потому, что нам больно. Вам нужно летать с помощью разума, Флинт, а не повинуясь зову сердца.