Второй круг
Шрифт:
– Разве? – поднял бровь аббат.
– Я прошу прощения, что прерываю вседуховных отцов, – поднялся со своего места один из графов. – Спор о правдивости истории рассказанной аббатом Макарием, можно оставить на потом. Сейчас более важным является, что нам делать с тем, кто назвался старым графом Дривелом, и кто, я думаю, в этом никто не сомневается, обладает невиданными для нас способностями. Я не знаю, магия это, или нет, но, то, что он сделал с Прогнуром и его людьми, пугает.
Ответить графу никто не успел. Во дворе раздался громкий трубный рев, и за стеклянными витражами пронеслась чья-то огромная тень. После небольшого
– Боюсь, что делать нам больше ничего не придется, делать будут с нами, – прошептал Макарий, но в общей суматохе, его никто не услышал, даже ближайшее окружение.
В углу зала воздух потемнел, загустел, заклубился туманом, и оттуда вышло два необычных существа – огромный пес, и странной масти лошадь. Их сразу мало кто заметил, пока пес протяжно не завыл, а лошадь не заржала, обнажив внушительного вида клыки. Довольные произведенным впечатлением, Аруш с Пегасом на несколько секунд застыли, давая собой налюбоваться.
Долго пришельцами любоваться не пришлось. В другом углу возник столб пламени, и из него выступила высокая темноволосая женщина. Её улыбка привела ближних к ней людей в ступор, у дамочки было не все в порядке с зубами, пара длинных тонких клыков явно была лишней.
Добило собравшихся на собор, появление еще одной группы людей (хорошо, что хоть людей). В воздухе ниоткуда появилась дверь, открылась, и из неё вышел крепкий мужчина средних лет, затем двое молодых парней, и две молодые девушки, одна из них совсем еще ребенок, скорей подросток.
Но и это было еще не все. Рев на улице усилился. Раздались испуганные крики людей, и через распахнувшиеся высокие двухстворчатые двери, в храм хлынула испуганная толпа. Кого они испугались, стало понятно через несколько секунд. Чуть ли не давя людей, в дверь с трудом протиснулся огромный бронзовый дракон. Вставь внутри в полный рост, он расправил крылья, и оглушительно заревел.
– «Я ничего не пропустил, – перестав реветь, с помощью магии спросил Квирт. – Вы еще никого не убили?»
– «Без тебя не начнем, – успокоил дракона Оскол. – Тебе в этом увлекательном деле отводится ключевая роль».
Поднялась жуткая суматоха. Люди бросились к еще свободной двери, но она сама собой захлопнулась, и все оказались в мышеловке.
Целую долгую минуту метались люди по большому залу храма, прекрасная акустика которого, буквально взбесилась от множеств криков и топота ног. Пришельцы молча наблюдали за происходящим, и пока не вмешивались. От внимательного взгляда Гартоша не ускользнули несколько более-менее организованных групп, которые меньше всего поддались всеобщему хаосу. Небольшая группа рыцарей встала в круг под стену, и ощетинилась мечами. Группа священников окружила одного из своих, и, мигрируя от одной потайной двери к другой, пыталась открыть хоть одну из них. Еще одна группа священников, осталась на своих местах за столом, и изо всех сил пыталась сохранить спокойствие, что удавалось не всем.
Быстро разобравшись, кто есть кто (ведь не один час наблюдал за этим храмом, и не только этим), Гартош засветил в ладонях небольшое, но слепящее солнце, и выпустил его под потолок, прямо по центру зала. Его голос, усиленный атратами, пронесся по залу, и заставил всех застыть на месте:
– А ну стоять
всем!Многие уставились на рукотворное солнце, думая, что голос приходит именно оттуда. Некоторые даже упали на колени, неистово молясь.
– И заткнулись тоже! – злобствовало «солнце».
В зале быстро установилась зловещая тишина, которую, впрочем, никак нельзя было сравнить с той кристально чистой тишиной, что стояла здесь несколько минут тому назад – шуршание по полу, и тихие стоны тех, кто пострадал во время давки, то и дело её нарушали.
– Сейчас я буду говорить, а все внимательно слушать. Кто перебьет, убью на месте.
Теперь все поняли, что не от «солнца» исходят эти слова, а от мужчины, который вошел через магическую дверь.
– Я надеюсь, все уже поняли, кто к вам нагрянул в гости! – Гартош мрачно осмотрел сбившуюся в кучки толпу, и удовлетворенно кивнул. – Да, да, я и есть тот самый Дривел, обсудить меры борьбы с которым, вы все собрались. Своих друзей и родственников я вам представлять не буду, так как вы скоро все умрете. И вы все понимаете почему.
– Мы невиновны господин, – пискнула пожилая женщина в белом фартуке, явно кухарка, жавшаяся к стене, с группой таких же, как и она, работников, и подсобников, так не вовремя выбежавших поглазеть на диковинное создание.
Гартошу захотелось смачно сплюнуть. Черт бы побрал этого Квирта! Загнал в храм кучу посторонних людей. Хотя, может оно и к лучшему. Этих можно оставить в живых. Чем больше свидетелей, тем лучше.
– Невиновных здесь нет! – на всякий случай, повысив голос, сказал он. – Все вы, в той или иной мере, виновны в смерти моих близких и подданных.
– Мы никого не убивали, – продолжала лепетать кухарка. – Я всего лишь пирожки пеку.
– Вкусные? – полюбопытствовал через весь зал Квирт.
Толпа подалась от него еще дальше – это чудовище ещё и разговаривает!
– «Квирт! Ты нарушаешь торжественность и трагичность обстановки! – с помощью магии прошипел Гартош. – Я здесь пытаюсь всех запугать, до дрожи, а ты со своими пирожками!»
– «Извини», – смутился дракон. И расправив крылья, собрался пустить струю пламени под своды храма. Но потом передумал, можно сжечь здесь все, раньше времени. Он просто еще раз заревел.
Пришлось переждать ещё несколько минут хаоса и суматохи.
– Хватит! – наконец рявкнул носитель. – Вы все мне надоели! Пришло время казни! – И он широко зашагал, но затем спохватился, и пролетел по воздуху к группе, в которой пребывал Первый священник. – Начнем с тебя, как с организатора, – зловеще сказал он.
Шею Васинаса захлестнула магическая удавка, и вытащила на средину зала. Вседуховный хрипел, и, задыхаясь, тщетно пытался её сбросить.
– Ты даже не представляешь, какую смерть я тебе приготовил, – приблизив священника к себе, злорадно прошипел Гартош.
– Я прошу прощение, – раздался тихий, можно даже сказать, робкий голос. – Можно вопрос?
Оскол медленно повернул голову. Говорил пожилой священник, из тех, кто остался сидеть за столом.
– Ты как-то не вовремя, как тебя там. Я немного занят, – сверля священника тяжелым взглядом, почти прорычал Гартош.
– Макарий, – с готовностью представился служитель церкви. – Я настоятель одного из монастырей, самого дальнего от Тофии.
– Что хотел? Ты не забыл, я грозился убить того, кто меня перебьет, – не принял дружелюбного тона Оскол.