Вторая Тень Дракона
Шрифт:
Опустился на кровать рядом с Нитой, провёл указательным пальцем по ложбинке между грудями, рисуя примитивное подобие цветка.
Встал перед ней на колени.
– Только не закрывайся от меня, – прошептал, склоняясь к лицу, рваным, жёстким поцелуем смял губы. И снова отстранился. – Не бойся меня. Я никогда больше не причиню тебе боль. Никогда, слышишь?
Подхватил Ниту под коленки. Приподнимая и сгибая, развёл в стороны и расположился между. Вновь наклонился, опираясь на руки по обе стороны от её плеч. Потянулся к груди и обхватил губами горошину соска, втягивая в рот и одновременно лаская языком.
Нитари
– Тише, закрой глаза, – оторвался от аккуратного холмика груди и, взглянув на приоткрытый девичий ротик, впился в него жадным поцелуем. Сминая губами и терзая языком.
Перенеся вес тела на правую руку, приподнялся и, другой рукой направляя член, навалился на Нитари. И уже не сдерживая себя, подался вперёд, разрывая преграду, проникая внутрь и чувствуя, как и моя Пара неосознанно рванулась навстречу.
По спальне прокатились в унисон, слившись во едино, два крика. Нитин – когда я овладел ею. И мой – когда она, сжав зубы от боли, укусила меня за губу.
– Мой принц…
Она посмотрела на меня лихорадочно блестевшими тёмными глазами, а затем жадно облизнула губы. Даже не понимая, насколько сильна была сейчас её власть надо мной. И какое безумие охватывало меня от одного только её вида. От голоса. И от этого обращения, которое я всегда ненавидел. И лишь от неё готов был слышать постоянно.
– Моя Нита, – произнёс, дрожа.
И сделал первый рывок, продвигаясь дальше.
Нитари еле слышно всхлипнула. А я вновь коснулся её губ губами и совершил второй рывок, погружаясь ещё глубже в горячее влажное тепло.
Следующий стон, сорвавшийся с губ жены, я поймал ртом заранее. Перестав, наконец, себя сдерживать, задвигался быстрыми резкими толчками. И продолжал двигаться, пока волна оргазма не накрыла, унося из реальности.
Последним, что услышал, было рычание метавшейся подо мной Пары и мой собственный хрип:
– Нита… Нита…
Член пульсировал, извергая семя, словно вулкан горячую лаву.
Всё ещё находясь в ней, тяжело дыша, повалился сверху, ощущая, как острые соски упираются в мою грудь. Нитари ещё несколько раз тихонько всхлипнула, раскинувшись на скомканных простынях, а затем затихла.
Когда дыхание восстановилось, а сердцебиение вернулось к нормальному ритму, я полностью опустошённый и удовлетворённый, скатился с Ниты.
Необходимо было сделать ещё кое-что…
Не успел встать с кровати, как почувствовал прикосновение к спине. Нежные пальцы пробежались вдоль позвоночника в самый низ.
– Уже бросаешь меня?
– Ни за что! – повернулся и поцеловал лежавшую на боку Нитари.
Всё же встал, дошёл до ночного столика, выдвинул ящик и достал платок с приколотой брошью-булавкой. Тот самый платок невесты, который снял полгода назад с пояса спящей девушки – моей теперешней жены.
Вернулся к Ните и присел на край кровати.
– Ты что, заранее готовился к сегодняшнему дню? – тихо захихикала моя Пара, прикрыв рот ладошкой. – Или все эти полгода держал платок в своей спальне?
Глядя в её сияющие от счастья глаза, не смог не улыбнуться в ответ.
– Я ни на мгновение не терял надежду однажды взять тебя в этой спальне. В нашей с тобой кровати.
Разведя ноги Нитари, бережно провёл платком по внутренней стороне бедра
до самого верху, вытирая размазанные потёки крови.– Какое же ты всё-таки ужасное, самоуверенное драконище! – фыркнула Нита, уже сама подставляя второе бедро.
– Да, но минуту назад тебе это нравилось. А если уже забыла, можем повторить, – парировал её выпад, напоминая о произошедшем между нами. И заодно получая удовольствие от того, как она вновь краснеет. Не то от смущения, не то от злости. – Кстати, милая, ты уверена, что всё так же сильно жаждешь убить меня?
– Нет, дорогой, – очаровательно улыбнувшись, она перекатилась на спину и, потягиваясь, закинула руки над головой. От этого движения её обнажённая грудь приподнялась, округлилась и стала ещё более соблазнительной. И когда я, засмотревшись, уже почти утонул в своих фантазиях, Нитари неожиданно выдала: – Теперь желание убить тебя стало намного нестерпимее.
Захохотав, встал с кровати, сжимая в кулаке платок, окроплённый девственной кровью жены.
– Ты неподражаема, Нитари. Отдыхай, здесь тебя никто не потревожит. Уборная и ванная комната там, – указал ей на две одинаковые двери, а затем кивнул на дальнюю дверь, отличавшуюся размером и цветом. – Я буду в рабочем кабинете.
Подняв с пола штаны и рубашку, быстро оделся. У двери, ведущей в кабинет, остановился и окликнул Нитари.
– Не скучай тут без меня, – послал ей воздушный поцелуй. – Как только закончу дела, вернусь, и ты снова расскажешь мне о том, какое наглое драконище досталось тебе в мужья. А я, пожалуй, так и быть, докажу это действиями.
Улыбнулся, когда моя Нита, вздохнув, демонстративно закатила глаза, и скрылся за дверью кабинета.
В дальнем углу помещения находился сейф, скрытый под фальшивой стеной. В нём из поколения в поколение Предки хранили всё самое ценное. А потому и доступ к нему имел лишь Правящий принц.
Стоило приложить ладонь к стене, как сработали датчики, и в том, месте, которого я коснулся, появилась сенсорная панель. Набрав одному мне известный код, открыл потайную дверцу и до половины выдвинул одну из ячеек сейфа, предназначенную для хранения платка.
Снял с окровавленного платка брошь-булавку, которой он когда-то был приколот к платью Нитари. Не раздумывая, вогнал остриё булавки в кончик указательного пальца и выдавил из раны несколько капель крови, размазывая поверх девственной крови моей жены.
Это был один из наиболее почитаемых д’дрейгонских обычаев, пришедших из глубокой древности. Он символизировал клятву мужчины в том, что причинённая во время первой близости боль станет единственной болью его жены, а кровь женщины на этом платке будет единственной, пролитой ею. Кровь же мужа означала, что он станет защищать любимую ценой своей жизни до последней капли крови.
Приколов брошь обратно к платку, поместил всё вместе в ячейку. Но когда попытался задвинуть её на место, ничего не вышло. Словно что-то мешало, не пуская обратно.
Я снова вытащил ячейку. И ещё раз вставил на своё место. История повторилась.
– Проклятье! – я множество раз пользовался сейфом. То что происходило сейчас, было впервые и походило на бред.
Повторив манипуляцию ещё несколько раз. И так и не добившись результата, вспылил и со всей злости двинул по дурацкой ячейке.