Чтение онлайн

— Что это значит? — спросил Юнаха-Клосп.

— Здесь… что? — сказал Хорза. Слова оставались на экране, написанные на марайне. Вабслин нажал несколько кнопок на своей стороне пульта. Обычно они регулировали картину на экранах перед ним, которые сейчас повторяли сообщение на главном экране. Сгорбленный и напряжённый, инженер сел на своё место. — Здесь поблизости был бой, военные действия. Перед нашим прибытием. Он, может быть, ещё продолжается. Там может быть смерть.

ЗДЕСЬ СМЕРТЬ.

— Ох… — выдохнула Доролоу и обмякла на руках Нейсина и Эвигера.

— Давай лучше отнесём её в столовую, — сказал Эвигер Нейсину. — Пусть полежит там.

— Ладно. —

Нейсин бросил быстрый взгляд на женщину. Она, кажется, была без сознания.

— Может быть, я смогу… — начал Хорза и глубоко вздохнул. — Если здесь смерть, я смогу с ней справиться. Возможно, я смогу предотвратить дальнейшие смерти.

БОРА ХОРЗА ГОБУЧУЛ.

— Да? — Хорза сглотнул слюну. Эвигер и Нейсин утащили обмякшее тело Доролоу по коридору к столовой. Экран изменился.

ВЫ ИЩЕТЕ УБЕЖАВШУЮ МАШИНУ.

— Хо-хо! — Бальведа с улыбкой отвернулась и приложила ладонь к губам.

— Дерьмо! — прокомментировала Йелсон.

— Похоже, Бог совсем не так глуп, — заметил Юнаха-Клосп.

— Да, — резко ответил Хорза. Вряд ли имело смысл отрицать. — Да, я ищу её. Но мне кажется…

ВЫ МОЖЕТЕ ПРИЗЕМЛИТЬСЯ.

— Что? — сказал робот.

— Охо! — Йелсон скрестила руки и откинулась к переборке. Снова вошёл Нейсин и остановился, взглянув на экран.

— Быстро вы, — сказал он Йелсон. — Что он сказал? Йелсон только мотнула головой. Хорзу окатила волна облегчения. Он разглядывал слова на экране, одно за другим, будто боялся, что это короткое сообщение может содержать в себе какое-нибудь отрицание.

— Благодарю вас, — сказал он с улыбкой. — Я могу высадиться один?

ВЫ МОЖЕТЕ ПРИЗЕМЛИТЬСЯ.

ЗДЕСЬ СМЕРТЬ.

ВЫ ПРЕДУПРЕЖДЕНЫ.

— Что за смерть? — спросил Хорза. Хорошее настроение улетучилось; сообщение Дра'Азона о смерти обдало его леденящим холодом. — Где смерть? Чья смерть?

Экран опять изменился. Две первые строки исчезли и осталось только:

ВЫ ПРЕДУПРЕЖДЕНЫ.

— Все это, — медленно проговорил Юнаха-Клосп, — мне совсем не нравится.

Потом экраны погасли. Вабслин вздохнул и расслабился. Перед ними, менее чем в стандартном световом годе засветилось солнце системы Мира Шара. Хорза перепроверил цифры на навигационном компьютере, когда его экран замерцал нормально, как и все остальные, и показал графики и голограммы.

— Мы действительно прорвались, — сказал он твёрдо и выпрямился в своём кресле. — Тихий Барьер позади.

— Значит, никто ничего с нами не сделает? — сказал Нейсин.

Хорза смотрел на экран, на одиночную жёлтую звезду-карлик, стоящую в его центре неподвижной яркой точкой. Планеты ещё не было видно.

— Никто, — кивнул он. — Во всяком случае, никто снаружи.

— Великолепно. Не принять ли мне глоточек, чтобы отметить это? — Нейсин кивнул Йелсон и, качаясь всем своим худым телом, зашагал по коридору.

— Как по-твоему, приземлиться можешь ты один или мы все? — спросила Йелсон.

Хорза лишь кивнул, не сводя глаз с экрана.

— Я не знаю. Выйдем на круговую орбиту и перед спуском проведём разговор с базой Оборотней. Если мистеру Адеквату это не понравится, он даст нам знать.

— Значит, вы решили, что это мужское существо, — сказала Бальведа, а Йелсон тут же спросила:

— А почему бы не связаться с ними прямо сейчас?

— Не нравится мне это дело со смертью. — Хорза повернулся к Йелсон. Бальведа стояла рядом с ней; робот опустился до уровня глаз. Хорза посмотрел на Йелсон. — Только в качестве меры безопасности. Я бы не хотел ничего раскрывать

раньше времени. — Он направил взгляд на женщину Культуры. — Последнее, что я слышал, было то, что регулярные передачи с базы на Мире Шара просрочены уже на несколько дней. Вы, случайно, не знаете, были ли приняты эти передачи? — Хорза ухмыльнулся Бальведе так, будто хотел ей показать, что не ждёт никакого ответа или по крайней мере правдивого. Высокорослая агент Культуры уставилась в пол и, казалось, пожала плечами, потом ответила на взгляд Хорзы.

— Никаких сообщений не поступало, — сказала она. Хорза фиксировал её взглядом. Бальведа не отвела глаза. Йелсон переводила взгляд с одного на другого. Наконец робот Юнаха-Клосп объяснил:

— Честно, все это не пробуждает никакой уверенности. Я бы советовал… — Он прервался, когда Хорза сердито взглянул на него. — Хм, — сказал он, — ну хорошо, пока оставим. — Он боком спланировал к двери и вылетел.

— Кажется, всё в порядке, — сообщил Вабслин, ни к кому в особенности не обращаясь. Он выпрямился перед пультом и кивнул сам себе. — Да, корабль опять в норме. — Он повернулся и улыбнулся троим остальным.

Они пришли за ним. Он был в спортивном зале и играл в воздушный мяч. Он думал, что в безопасности здесь, что окружён со всех сторон друзьями (на секунду они показались ему облаком танцующих перед ним мух, но он смехом отогнал это видение, поймал мяч, бросил его и заработал очко). И всё-таки они пришли за ним. Он видел, как они приближались, их было двое, из двери, встроенной в узкий коридор сферического ребристого зала. Они были в плащах без цвета и направлялись прямо к нему. Он попытался улететь прочь, но его энергетические латы были мертвы. Неспособный никуда уйти, он прочно повис в центре, в воздухе. Он попытался плыть по воздуху и вырваться из лат, чтобы швырнуть их — возможно, попасть в них, а самому, конечно, отлететь в противоположную сторону, — но тут его схватили.

Никто из людей вокруг не обращал на это внимания, и ему вдруг стало ясно, что никакие они не друзья, что он никого из них не знает. Они схватили его за руки, и вдруг, не пролетая ни мимо чего-либо, ни сквозь, хотя ему передалось такое чувство — будто обогнув невидимый угол, где-то в каком-то месте, которое было там всегда, просто вне поля зрения — оказались в темноте. Их бесцветные плащи вырисовывались в черноте, когда он отводил взгляд. Он был бессилен, заключён в камень, но мог видеть и дышать.

— Помогите мне!

— Мы не для этого здесь.

— Кто вы такие?

— Ты это знаешь.

— Не знаю.

— Тогда мы не имеем права тебе сказать.

— Что вам нужно?

— Тебя.

— Почему?

— А почему бы нет?

— Но почему именно меня?

— У тебя никого нет.

— Что?

— У тебя никого нет.

— Что вы имеете в виду?

— Ни семьи, ни друзей…

— …ни религии, ни веры.

— Это неправда!

— Откуда тебе знать?

— Я верю в…

— Во что?

— В себя!

— Этого мало.

— Все равно вам никогда этого не найти.

— Что? Что найти?

— Достаточно. Начинайте.

— Что?

— Мы отнимем у тебя имя.

— Я…

Они все разом нырнули в его череп и отняли у него имя.

Он закричал.

— Хорза! — Йелсон трясла его голову, стуча ею о переборку у изголовья узкой кровати. Он просыпался как-то по частям. На губах замер жалобный стон. Тело на миг напряглось, потом он обмяк.