Чтение онлайн

Джерин посмотрел на кентавра, служившего цивилизации, на Джиль, Спарлинга, стоящих радом. Какая она хрупкая! Свет фонарей играл в ее волосах, отражался в глазах.

— Что мне сказать ему? — спросила Джиль, когда тишина слишком затянулась.

— Скажи — помоги ему Бог! Что я могу? — Джерин развел руками, — У тебя хватит смелости сказать ему правду?

— О нет, я не такая смелая, — прошептала она. Затем Джиль повернулась к Иразену и что-то сказала ему. Иштарианец ответил, и его слова немного успокоили ее.

— Я объяснила ему, что это был исключительный

случай, и что Земля не разрешает людям оказывать помощь местным жителям. Но это не очень разочаровало его. Он уверен, что валлененцы не скоро справятся с полученным потрясением, и теперь легиону придется иметь дело только с разрозненными бандами. Он говорит, что пока существует Зера Витрикс, наши имена будут в списках легиона.

— Возможно, эти варвары снимут блокаду, когда узнают о случившемся, — сказал Джерин. — А если нет, то я сам разгоню их.

Джиль облегченно вздохнула. Спарлинг что-то пробормотал. Джиль перевела слова Джерина Иразену и кентавр шагнул вперед и крепко обнял плечи землянина.

«Почему я обещаю это? — подумал офицер, — Разве я уверен, что смогу выполнить обещанное?»

Он видел живую радость Джиль и понимал, откуда берутся ее истоки.

Она вместе со Спарлингом получит наказание, которое может до конца жизни связать их вместе. А что получит он? Кроме крупных неприятностей? Тогда откуда же эта радость?

«Сомневаюсь, что мне придется разгонять пиратов. Они и сами разбегутся, когда вести о случившемся дойдут до них. Если же нет, то я смогу сделать это и один, тайно от всех».

Чувство вины снова охватило его.

— Но мне не придется топить корабли с разумными существами, которые совершенно беззащитны передо мной.

Иразен заговорил снова. Джерин заметил, как радость Джиль и Спарлинга угасла. Она крепче прижалась к Спарлингу.

— Что еще? — спросил Юрий.

— Он говорит, что он не Ларекка. Легиону не прокормиться здесь, и если Газеринг откажется снабжать их пищей, он, Иразен, уведет легион отсюда.

Джиль попыталась улыбнуться.

— Не хмурься, Юрий, — сказала она, — Теперь Валленен не является угрозой и легион может уйти на юг.

— Но было бы лучше, если бы он остался, не так ли? — спросил Юрий.

— О, да, — ответил Спарлинг. — Ты — военный, и сможешь понять это, взглянув на карту. Это ключевая точка для зашиты моря Файери. Для защиты цивилизации на островах и Северном Веронене.

Джиль кивнула.

У Джерина перехватило горло. Все перед ним поплыло.

— Что с тобой, Юрий? — он понял, что несколько минут был как бы без сознания. Джиль держала его за талию. Лицо ее было полно участия. Иразен протянул руки, как бы предлагая помощь.

— Уи… Са ва бьен, мерси… — Джерин взял себя в руки. — Пардон, я должен подумать. — Он уселся, стиснув руками виски и глядя на разноцветные коврики под ногами. Он не думал. Он предоставил пониманию возможность прийти самому, с огромными ласковыми волнами покоя.

Наконец он встал. Он знал, почему эти двое с радостью готовы примериться с тюрьмой. Та же самая радость сквозила и в его словах. Ему показалось,

что он понял, немного постиг искусство видения снов, столь развитое у иштарианцсв.

— Друзья мои, я не знаю, что я могу ответить ему здесь и сейчас. Можете пообещать ему небольшое количество пищи. Можете сказать, что уверены в помощи Газеринга, что цивилизация не отступит на юг. Ентр-ну, между нами, я хочу, чтобы вы знали: работы на базе будут остановлены. Все работы, которые вы вели здесь, будут возобновлены. И армия во всем будет помогать вам.

— О, Юрий, — глаза Джиль сияли.

— О, Боже, — протянул Спарлинг голосом, которым, вероятно, Господь прощал Иуду.

Джерин продолжал:

— Я живу не только по приказам. Я все больше думаю, что был далеко не всегда прав. И я полетел к вам, будучи уверенным, что Ян сделает попытку овладеть флайером и мог подумать, что ему это удастся, но я не мог предположить, что и ты, Джиль, задумаешь тоже самое. Если бы план Яна удался, то это была бы, правда, не только моя вина. А он бы получил наказание. Но я не ожидал, что ты, Джиль, тоже будешь наказана.

Я понятия не имел, что значит сжигать живых существ, неспособных оказать сопротивление. И неважно по какой причине совершаются массовые убийства. А вы, кто теперь отправится на Землю, вы свободны от чувства вины.

Да, я убил, но когда делаешь доброе дело, убивать недостаточно. Я командир. Нужно помогать. Нужно создавать. И мои люди будут выполнять мои приказы, пока я не буду смещен со своего поста вышестоящими начальниками. Примавера останется в Федерации, а за нами троими прилетят с Земли, и мы трое будем выступать в защиту Иштара… Понимаете?

— Понимаю, — сказал Спарлинг, а Джиль бросилась к Юрию на шею и поцеловала его.

Была глубокая ночь, когда мы закончили свой рассказ. Эспина еще долго расспрашивал нас, и его вопросы как всегда были предельно точны. Казалось, он совсем не устал, хотя мы были на два поколения младше него. Наконец он сказал:

— Е компредо — я понимаю. — И закрыл глаза. Комнату наполнила тишина. Час за часом мы смотрели на звезды. Восточная часть неба подернулась серебром. С ужасом и надеждой мы ждали.

Орлиное лицо вновь обратилось к нам, морщинистые веки прикрыли глаза от всего окружающего.

— Прошу меня простить, — сказал Президент Трибунала и Федерации. — Я не должен был заставлять вас ждать так долго. Но мне нужно было подумать.

— Конечно, сэр, — промямлил я.

— Вы, несомненно, думали, что я вызвал вас, чтобы поиграть, как кот с мышкой.

— Нет, о, нет, сэр!

Эспина ухмыльнулся.

— Я не хотел, чтобы вы знали о моей цели. Мне нужно было получить откровенную и правдивую информацию. Возможно, что вы считали, что вам удастся убедить меня в более мягком приговоре, а я, возможно, искал подробностей, которые позволили бы применить более изощренное наказание, чем предусмотренное законом. Но как бы там ни было, все это почти закончилось.