Чтение онлайн

И все-таки что-то было не так.

Не сходя с места, я начал тщательно осматривать все, что было передо мной — землю, покрытую черным, гниющим опалом, ствол дерева, корни. Следов, конечно, нет — буро-кирпичного цвета, пропитанная водой, взбаламученная ногами глиняная жижа. Несколько минут внимательного осмотра, отвлеченного от всего — обычно помогает. Есть! Что-то блеснуло, я шагнул вперед и поднял это. Стандартный солдатский медальон армии САСШ, видимо морской пехотинец из североамериканской группы — сорвал его при падении.

Или нет? Почему он не выглядит новым…

Я посмотрел, что на нем было написано. На нем было написано — Райан Патон, ВМФ

САСШ. Ни одного человека с таким именем в нашей группе не было.

— Связь установлена, сэр! — победно вскинул руку морской пехотинец у терминала.

Вот за что я люблю двадцать первый век — так это за то, что даже в самом сердце джунглей ты ощущаешь, что цивилизация — с тобой. Хорошо наверно было бы — построить дом прямо здесь, научиться ловить рыбу и стрелять дичь и жить здесь. Надо — через спутник в Интернет вышел, сделал, что тебе надо. А так — полная тишина и уединение.

— Давай, капрал. Райан Патон, ВМФ САСШ. Зайди в базу данных водоплавающих и посмотри, что к чему.

— Нужен пароль, сэр.

Ругид отстучал свой, я машинально запомнил, хоть и не увидел все — в числе прочего, я могу увидев, как человек набирает пароль, даже прикрывшись, примерно понять, каким именно он будет. Клавиатуры то везде стандартные, верно?

— Есть… Райан… Патон… Личное дело, сэр?

— Давай.

Связь через спутник, хоть и влетала частным пользователям в изрядную копеечку — но работала безукоризненно. Через несколько секунд — мы уже читали скупое личное дело Райана Патона, машиниста ВМФ САСШ.

Родился в Джорджии, в депрессивном районе, пришел на вербовочный пункт, поступил на флот. Два года на фрегате, получил звание машиниста, потом упросил командование отправить его на базу амфибийных сил ВМФ САСШ в Коронадо. Успешно прошел отборочные курсы, был принят в отряд SEAL-2. Действовал в Бразилии в составе амфибийных сил на реке Амазонка, затем, в связи с неким «инцидентом» должен был быть отправлен в Штаты, чтобы предстать перед военным трибуналом. Погиб в Сан-Паоло, видимо по дороге на аэродром, тело не опознано. Отправлен в Штаты, захоронен с воинскими почестями.

— Чушь собачья — заявил Ругид.

— Почему? — заинтересованно спросил я.

— Потому что чушь. Ему нечего было делать в Сан-Паоло. Его должны были отправить на авианосец, оттуда — должна была забрать Треска и доставить его в безопасное место, на тот же аэродром в Сан-Паоло или куда еще. Как он попал на улицы Сан-Паоло? И как его медальон попал сюда?

— Надо посмотреть сайт потерь — выдвинул идею я.

— Отличная идея. Давай, капрал — распорядился Ругид.

Через несколько минут — просмотрев сайт icasualities.org, мы убедились в том, что в августе-октябре четвертого года, в самом начале войны погибла целая группа спецназа SEAL, приписанная к амфибийным силам, действующим на Амазонке, так называемому «флоту коричневых вод». Проверять их личные дела мы не стали — не исключено, что мы уже задели цифровой триггер [47] на деле Патона, и не хватало только раскрыть свой интерес перед теми ублюдками, кто скрыл это дело в Вашингтоне.

— Как это было, сержант? Ты патрулировал? Или стоял на месте?

— Стоял на месте, сэр.

По

моему наставлению — морпеха, столкнувшегося с какими-то глазами лечили совершенно варварским способом — дали глотнуть разведенного водой до примерно шестидесяти градусов крепости спирта. Помогло — в шоковых и депрессивных состояниях — всегда помогает.

— Стоял на месте. Оружие было при тебе.

— Да, сэр?

— И что дальше? Где ты увидел глаза?

— На стволе?

— На стволе? Парни, я не обыскивал вашу палатку, но чую — мне придется это сделать. Козлы долбанные, вы что думаете, закон для вас не писан?

— Полковник… — поднял руку я, мы играли в старую как мир игру в злого и доброго полицейского — при боевой психотравме можно увидеть и более поразительные вещи.

— Да какая к чертям психотравма?! Отвечай, кто провез марихуану, ну!

— Полковник, смею напомнить, что я старше вас по званию! — повысил голос я — извольте вести себя должным образом.

— Какого хрена?! Если у вас, русских в армии бардак и психотравмы, то это не значит, что такое же дерьмо будет в Корпусе морской пехоты, ясно?! Ты меня вывел из себя, капрал, сейчас увидим, что за дерьмо вы сюда привезли!

Ругид вышел из палатки.

— Сержант, встать по стойке смирно!

Сержант встал.

— Руки вперед, глаза закрыть!

Сержант выполнил и это.

— Теперь — дотронься указательным пальцем левой руки до кончика носа, глаза не открывать.

— Левой, сэр?

— Да, левой… Теперь правой… Садись.

Кем бы ни был сержант — но наркоманом он не был, это точно.

— Садись на место… Милнер. Это ведь твоя фамилия — Милнер — фамилию я прочитал на именной табличке на форме.

— Да, сэр.

— Почему тебе не доверяет твой командир?

— Я новенький в отряде, сэр. Полковник… потерял много людей… в Афганистане… в Триполитании… здесь… в других местах. Я новенький, меня никто не знает.

Да уж… У нас в казарме висел плакат, на нем тонущий моряк на фоне тонущего корабля и подпись — «Кто-то разболтал!». В отличие от сухопутных крыс, моряки часто бывают в чужих портах, сходят на берег и запросто могут стать объектом провокации или вербовки. Тем более — что моряку, что военному, что гражданскому нужно? Выпивка и женщины, вот что нас губит. Поэтому — у нас в курс подготовки входили и контрразведывательные дисциплины. И никто из нас — просто так не вывалил бы незнакомому офицеру из другой страны информацию.

— Успокойся. Ты не курил травку?

— Нет, сэр.

— И не знаешь о том, что кто-то здесь курит. Сержант, это не шутка. Один негодяй может стать причиной гибели всей группы.

— Нет… сэр. Никто из нас не курит.

— Тогда рассказывай. Что ты видел. Глаза на дереве?

— Да, сэр. Глаза на дереве, я правду говорю, сэр.

— Как ты их увидел. Вспомни. Ты стоял на месте?

— Да, сэр, стоял на месте. Потом вдруг понимаю, что на меня кто-то смотрит. Глаза, сэр. На дереве, точно.

— Какие они были? На какой высоте от земли? Большие? Очень большие?

— Нет, сэр. Маленькие. Как у собаки.

— На какой высоте?

— Примерно… фута три над землей, сэр. Фута три, сэр, может чуть побольше…

— А зачем ты туда посмотрел? — вопрос был не праздный, если человек не желает что-то рассмотреть специально — он смотрит обычно на уровень своего, человеческого роста.

— Не знаю, сэр. Просто… я почувствовал, что там кто-то есть. Понимаете, просто почувствовал. А потом — глаза эти пропали. И я… шагнул назад и поскользнулся… И закричал, сэр.