Чтение онлайн

Лань Гуй пробежала глазами послание.

— Этот наместник дурак. Он пишет, что Варда трудно заменить. Почему вы не приняли командование на себя?

— Я не подхожу для этой должности.

— Странное признание.

— Привык быть честным, и прежде всего с самим собой.

— Ха! Тогда порекомендуйте кого-нибудь.

Джеймс глубоко вздохнул.

— Капитан Королевских инженерных войск Гордон. Он также служил под руководством генерала Варда.

Лань Гуй помрачнела:

— Я слышала это имя.

— Это тот подлец, который разрушил Юаньминъюань, — вмешался Жунлу.

— Этот негодяй?

— Прощу выслушать, ваше величество, — попросил Джеймс. —

Гордон — тот человек, который сможет управлять Всепобеждающей армией. Лучше его никого нет. Он привезет вам голову Хун Сюцюаня. Разве не этого вы желаете больше всего на свете?

Несколько секунд Лань Гуй не отрываясь смотрела на него. Затем сказала:

— Обсудим это завтра, когда отоспимся. Сейчас слишком поздно для такого ответственного решения. Вас устроят на ночлег, Баррингтон.

Джеймс осознал: ему удалось все, на что он только мог надеяться.

— Благодарю вас, ваше величество, — почтительно произнес он. — А как же мой евнух?

— Этот негодяй? Он сбежал от меня.

— Позвольте мне заняться им, — попросил Жунлу. — Его вопли услышат в Тяньцзине.

Чжан Цзинь, стоя на коленях, молитвенно воздел перед собой руки.

— Он не покидал вас, — возразил Джеймс.

Опять недоверчивый взгляд.

— Что вы можете сказать по этому делу?

— Разве не вы послали его спасти мою жизнь, когда меня держали в тюрьме в Пекине? И он действительно спас меня, а когда попытался вернуться к вам, вы уже уехали в Жэхэ.

Цыси перевела взгляд на Чжан Цзиня:

— Можно ли в это поверить? Ты прикидываешься героем, хотя на самом Деле — трус.

— Он спас мне жизнь, — вновь подтвердил Джеймс.

— Можете забирать своего евнуха, по крайней мере на ночь, — согласилась Цыси. — Поговорим завтра.

После того как их накормили, Джеймс свалился на кровать и сразу уснул; Чжан Цзинь спал на полу у его изножия. На следующее утро их разбудили рано и, как только они закончили завтракать, повели по коридорам в апартаменты Цыси. Лань Гуй была одна, не считая единственного евнуха. Полностью одетая, но еще не загримированная, императрица выглядела сейчас той девушкой, которую помнил Джеймс, только вокруг рта и глаз залегли морщины, придающие ее лицу твердость и решительность. Но на то, что Лань Гуй совершенно не переменилась, указывало нарушение ею протокола: она позволила себе вести частную беседу с некастрированным мужчиной.

— Садитесь. — Императрица указала Джеймсу на стул. — Чжан Цзинь, нервничая, встал за его спиной. — Рада была узнать, что вы сражались в рядах войск Варда, — сказала она. — Я не подозревала о ваших воинских доблестях. Вы были близко знакомы с Вардом?

— Не ближе, чем любой из командования бригады, я думаю.

— Этот человек отмечен признаками величия. Но расскажите мне о себе, Баррингтон.

Джеймс поведал ей о своей женитьбе, о сыне и о том, что его жена вновь беременна.

— Она красивая, Баррингтон?

На этот вопрос существовал единственно возможный ответ:

— Не настолько, насколько вы, ваше величество.

Лань Гуй улыбнулась:

— Вы никогда не задумывались о том, какая судьба ждала нас, если бы мы поженились? Вы любили меня, Баррингтон?

— Я всегда любил вас, Лань Гуй. А вы когда-нибудь любили меня?

Лань Гуй так на него посмотрела, что на мгновение стала опять той девушкой, которую он поцеловал на обрыве над Янцзы.

— Я бы сделал вас очень богатой, — с улыбкой добавил он.

— Сколько всего произошло с тех пор, когда мы были молодыми, Джеймс. Мы многое повидали и узнали.

— И

вы стали верховным правителем Китая, — заметил Джеймс.

Лань Гуй состроила гримасу.

— Я всего лишь мать императора, скромно произнесла она. — А он еще ребенок, поэтому я должна стремиться думать, как думал бы он, и править так, как захотел бы мой сын. Когда он вырастет, я буду всего лишь вдовствующей императрицей. Некоторое время она грустно помолчала, затем продолжила: — Но до этого еще далеко. Расскажите мне об этом Гордоне. Поподробнее расскажите о нем.

Джеймс изложил все, что знал.

— Вы будете воевать под его началом?

— До полного подавления мятежа, ваше величество.

— А потом?

— Надеюсь вернуться к делам Дома Баррингтонов.

— Это ваш удел, — предположила она, — так же как этот — мой. Я никогда не сомневалась, что меня ждет величие. Остается только воспользоваться плодами этого величия. И для этого я должна употребить все средства, доступные мне. Очень хорошо, Баррингтон, я заготовлю письмо о назначении на должность Гордона. Но в конце концов я должна увидеть Хун Сюцюаня в цепях перед собой.

— А что касается тебя, Чжан Цзинь ты ведь негодяй, не так ли? — останешься в Запретном городе. Я прикажу тебя высечь за то, что ты меня оставил.

Чжан Цзинь задрожал.

— Пожалуйста, ваше величество, будьте к нему снисходительны, — запротестовал Джеймс.

— Тогда можешь приступить к обязанностям моего личного евнуха, — смилостивилась Цыси. — Я скучала по тебе. — Чжан Цзинь в благодарности пал на колени. — Иди и приготовь мне ванну. — Она встала, Джеймс торопливо последовал ее примеру. Императрица повернулась к нему. — Однажды вы поцеловали меня, — тихо проговорила она.

Джеймс не решился ответить, неуверенный в ее настроении.

Она улыбнулась.

— Мне понравился тот поцелуй. С тех пор я целовала других мужчин… — Она решила не развивать эту тему и протянула руку. — Я больше вас не увижу. Идите, Джеймс, и процветания вам. Я буду спокойнее спать, зная, что Дом Баррингтонов окружен вашими заботами.

Чарльз Гордон имел собственные взгляды на ведение этой войны. В отличие от Варда, который был тактиком, он отдавал предпочтение стратегическим аспектам вооруженного противостояния. Вард нанес поражение тайпинам двенадцать раз подряд, но силы мятежников были столь огромны, что они по-прежнему находились в семидесяти милях от Шанхая, а Цзэки оставался единственным отбитым городом более-менее значительного масштаба.

— Путь к победе, — убеждал Гордон Цзэна и Ли, — лежит не столько в военном разгроме тайпинов в поле, потому что они как песок на берегу, который, как только омывается морем в одном месте, тут же сам собой появляется в другом. Необходимо устранить причины их существования.

Цзэн кивнул:

— Это разумно. Нам следует под угрозой голода принудить их сдаться.

Тайпины были поражены резким изменением политики в отношении них, так как неожиданно Всепобеждающая армия стала избегать боев, а вместо этого проскользнула вверх по реке к южному окончанию Великого канала. Первоначально мятежники удерживали под контролем эти места и использовали обширные аграрные районы в качестве своей житницы. Канал же обеспечивал им водный путь для доставки продовольствия. Теперь Гордон перерезал эту транспортную артерию, построив возле впадения канала в реку в районе города Циньцзян несколько фортов. Одновременно Ли своими войсками оказывал фронтальное давление, в результате тайпины начали откатываться… а их животы громко бурчали от голода.