Вор и убийца
Шрифт:
Шли, растянувшись цепочкой из трех человек. Тейвил посередине, Брендон и я с боков. Несмотря на яростный протест барона, монахи ступали в паре шагов позади, вновь шепча свои молитвы. Доводов, что безоружным к хутору соваться не след, они не услышали да и не хотели слышать. Брендон держал взведенную аркебузу и по обыкновению был молчалив как рыба. В руках Ричарда и у меня по паре пистолей.
Я проклинал судьбу. Делая шаг за шагом, ждал, что за частоколом закричат, раздастся стрельба. Чувствовал себя солдатом на поле брани, отважно и глупо шествующим на вражьи пули. Нет, это даже не морской бой, здесь нет борта, за которым
Однако хутор оказался пуст, в крытом просторном дворе ни души. Позвав Брендона, барон зашел в небольшой дом, чье крыльцо располагалось напротив распахнутых ворот. Ступени из толстых досок поднимались к двери сеней - невысокой пристройки к стороне сруба, смотревшей на двор парой маленькой окошек, в локоть шириной и столько же в высоту. Как во всяком скромном крестьянском хозяйстве окна затянуты бычьим пузырем. Ставни распахнуты.
Монахи остановились под левым окном, а я направился проверить две другие пристройки к дому. В пустом коровнике пахло свежим навозом, но скотину отсюда увели. В наполовину забитом сеном сарае также никого. Я вернулся во двор. Тейвил был уже здесь, по его знаку Брендон занял место у ворот. Так, чтобы не высовываться и при этом держать дорогу и поля под приглядом. Как-то незаметно офицер начал прибирать руководство в нашем маленьком отряде. По меньшей мере, я и инквизиторский громила сейчас слушали его команды.
– В доме бардак, все выпотрошено, - подвел итоги осмотра барон, засовывая оружие за пояс, - и никого. Печь едва теплая, хозяев нет. Хутор ограбили не далее как вчера. Что теперь, святой отец?
– Здесь жил лесник и девочка... Его дочка... Девочка... Девушка четырнадцати лет от роду...
– сбивчиво произнес Велдон. Мне показалось, что инквизитор чрезвычайно взволнован.
– Нет никого, - повторил Тейвил.
– Ни людей, ни следов крови. Вполне возможно, что они живы.
– С вашего позволения я поднимусь в дом, - тихо произнес старик, выглядел он выжатым до предела, - присяду там.
Я тоже намеревался пойти в дом. Чертовски хотелось есть, вдруг внутри найдется что-нибудь съестное.
– На дороге телега, - сообщил Брендон.
– Сколько людей?
– вмиг подобрался Тейвил.
– Один.
– Кого там несет!
– раздраженно воскликнул барон.
Один человек для нас не угроза, но лишние глаза не нужны. Ричард и Брендон пошли к воротам, офицер осторожно выглянул наружу. Я же направился в дом, куда вслед за стариком поднялся и отец Томас.
– Купец!
– окликнул Тейвил.
– Проследи, чтобы печь не затопили.
Кивнув, я вошел внутрь. В холодных сенях еще одна дверь, за ней большая комната: горница с печью и двумя распахнутыми плетеными дверцами в крохотные спаленки. На полу разбросан нехитрый крестьянский скарб: битая глиняная посуда, деревянные ложки и одежда. Все лавки и табуреты перевернуты; кроме одного, на котором у печи умостился отец Криг.
– Кто-то переворошил весь дом, - пробормотал я.
– Имперцы, - Томас Велдон приставил к печи еще один табурет, устраиваясь рядом со стариком, - кто ж еще.
Стреляющие по дому глаза Велдона выдавали в нем явное беспокойство. Похоже, он ожидал увидеть на хуторе совсем иную картину. Я положил ладонь на глиняную стенку. Большая, покрытая побелкой печь практически остыла, но тепло еще оставалось
в ней. Ричард прав: еще вчера тут топили.– Ищи, Гард.
– Что?
– я с недоумением посмотрел на Велдона.
– Чего искать?
– В доме есть потайной подпол. Несколько человек там спокойно укроются. Если вдруг...
– И?
– Ты вор. Вот и ищи.
Захотелось послать его поиски куда подальше. Но сделал вид, что послушал церковника, и принялся с задумчивым видом бродить по дому. Я тоже устал. Я не стал спорить. Да, я вор, и для меня не найдется неприступного замка, но я не могу вскрыть того, чего предо мной нет.
Покосившись на Велдона, обнаружил, что тот на меня и не смотрит. Закрыв глаза, инквизитор последовал примеру отца Крига: вытянул ноги и прислонился спиной к печи.
Если вдруг... Если вдруг... Ох и завел ты нас инквизитор непонятно куда. Спасибо, хоть из Бранда вывел. Так и хотелось сказать, что дальше как-нибудь сам управлюсь.
– Кто-то из крестьян, - хлопнув дверью, зашел Ричард, - выехал из-за поворота. Встал, кормит лошадь овсом.
– Бояться нечего?
– открыл глаза Велдон.
– Нам нечего, - мрачно сказал драгун.
– Ему тоже. Если проедет мимо...
В сенях загрохотали сапоги. Мгновение спустя с выпученными глазами ввалился Брендон.
– Рейтары! Скачут прямо сюда! Много!
– Кровь и песок!
– зарычал Тейвил.
– Сколько их?
– Больше двух десятков!
Велдон вскочил с табурета. Я впервые увидел его столь растерянным, как сейчас. Два десятка имперских рейтар - это приговор нашему побегу.
– Дьявол!
– вырвалось у меня. Я лихорадочно оглядывался, шутки кончились. Где же этот чертов подпол! Инквизитор все-таки завел в западню!
Глава 22. Хутор Андаров
– Бежим!
– тонким и высоким голосом заверещал отец Криг. Старик вскочил с табурета и торопливо заковылял к сеням.
Всплеснув руками, Томас Велдон заметался по горнице в поисках ящичка с реликвией. Инквизитор потерял самообладание, потому как кожаный ремень от деревянной суммы по-прежнему был перекинут через его плечо.
– Стоять!
Тейвил толкнул седого монаха к стене, едва не сбив того с ног. Отец Криг болезненно приложился о бревна, охнул и вновь дернулся к двери, пытаясь проскользнуть наружу. Разразившись бранью, барон, не церемонясь, поймал его за капюшон рясы и в следующий миг прижал к бревнам, надавив согнутой в локте рукой на грудь старика.
– Спокойно, - зашипел Ричард.
Отец Криг пялился на него и широко раскрывал рот, по-рыбьи хватая воздух. Сильнейший тычок выбил их него дух, какое-то время седому инквизитору не удавалось вздохнуть.
– Забываетесь!
– в голосе Велдона зазвенела сталь. Отец Томас взял себя в руки и теперь снова стал похож на самого себя. Монах с обликом доброго лекаря, проплешиной на голове, белой коротко стриженой бородкой и пламенем во взоре.
– Отпустите его! Нужно немедля бежать!
Тейвил тряхнул головой и отступил от старика на шаг:
– Святой отец, сейчас поздно бежать. Нас заметят, поэтому остаемся здесь!
Упрямый взгляд драгуна столкнулся со взором инквизитора. Барон покраснел и шумно сопел.