Вор Города. Невольник
Шрифт:
Добравшись без приключений до дома, Галент побросал свои вещи в угол и улегся на кровать. На следующий день он запланировал разобраться с награбленным, вор не мог позволить себе долго бить баклуши. И так неизвестно, сколько дней он отсутствовал.
Глава 5. Ночные разговоры
Отдохнув, Галент принялся изучать награбленное. Бобину, украденную с завода, он обмотал тряпкой и отложил в сторону. Без фонографа эту штуку он не сможет прослушать, Дук поможет ему найти нужное устройство. Если такие механизмы уже не собираются, то кузнец сможет сделать для него такое. Ему же самому интересно прослушать последние слова Харана — Галент надеялся, что
Все золото из храма Кёра было на месте, убедился Галент. Язычники не соблазнились его обманчивым блеском, остались равнодушны к богатству.
— Одно слово — дикари, — сказал Галент и принялся складывать монетки в столбики на столе.
Этим делом он занимался долго, с упоением изучал каждую монету. Вор наслаждался блеском, тяжестью золота и его мягкостью. Насладившись, Галент убирал монету и принимался обследовать другую.
Добычи из храма он взял много, хватило бы на безбедную жизнь до самой старости. Если бы вора оставили в покое, он бы завязал с этим опасным ремеслом. Может быть… Галент уже начал входить во вкус. Ему нравилась такая жизнь, нравилось бросать вызов не только Церкви, но и всему обществу. Каждый гражданин мог пожертвовать свои сбережения в фонд Галента. Он бы с радостью принял пожертвования, тем более гражданам не требовалось подписывать какие-либо бумаги. Вор освобождал их от всей этой бюрократии, заботился о душевном покое. Ведь известно, что деньги — зло!
Разложив все монеты по столбикам, Галент еще с минуту любовался результатом своих трудов, а затем подскочил и принялся прыгать по комнате, что-то весело выкрикивая. Его радости не было границ, ей требовался выход. Вор хотел выбежать на крышу и просто поорать.
Похоже, сказывалось напряжение прошедших дней.
Галент хотел совершить какой-нибудь безумный поступок или поделиться своей радостью. Но никто не мог оценить его. Бывший инквизитор навсегда останется одиночкой. Понимая это, Галент давал выход своим эмоциям, пусть и выглядел глупо в этот момент. Одиночество дает право совершать глупости и не думать о последствиях.
Спустив пар, Галент успокоился и уселся на стул. Перед ним высились пирамидки богатства, но они уже не вызывали той радости. Слишком высока была цена этих денег. Церковники отбирали их у прихожан, используя свои лживые речи, а потом пришел Галент и… тоже украл эти деньги.
— Вот так золото и вертится, — вор кивнул. — Вот оно где зло, в них!
Ухмыльнувшись, он встал. Зло или не зло, но в первую очередь это золото. Галента не особо заботило, откуда взялись деньги у его "клиентов", и его не волновало, сколько крови пролилось ради одной такой монеты. Он не философ, чтобы думать об одной вещи более минуты. До побега у него вообще не было возможности свободно мыслить. Все его время было занято размышлениями о том, как спасти свою шкуру, а тело — трудами на благо Церкви.
Галент не был создан для нормальной жизни и видел только одну ее сторону. Ведь вся его жизнь подчинена тьме, от нее и зависит его успех. Галент не знал альтернатив, потому и не тяготился своим положением. Он просто существовал…
Вор нашел маленькую коробку, в которую смел все монеты. Ее он возьмет с собой, чтобы поговорить с Дуком. Необходимо было починить арбалет, заказать метальные ножи и какие-нибудь бомбы. В общем, работы у вора предстояло много.
— Только и делаю, что собираю золото, а потом его и отдаю. Надо что-то откладывать для себя, — Галент взял одну монету и положил ее на каминную полку. — Что ж, начнем с этого!
Невесело посмеявшись, вор сложил вещи в чемодан, а коробку с золотом положил в рюкзак. Другое добро, взятое в храме, он бросил в угол, а вот пистолет проповедника положил на каминную полку рядом с кольцом епископа Кёра. Вор некоторое время любовался оружием, не потому
что оно было красивым.Вооружившись ножом и мечом, Галент отправился на прогулку.
Был уже вечер, сменивший довольно теплый день. Снег на крышах растаял и вода звенела по водостокам. Приятная погода, которую можно назвать весенней. Галент вздохнул полной грудью, наслаждаясь влажным воздухом, пахнущим дымом. Но этот запах ему понравился, он был родным, понятным. Не той отравой, что пропитала канализацию, и не растительная магия, и даже не фабричный смог. Просто дым очага, оберегающего человеческое жилище.
Для Галента весь Город был домом, ему было уютно в любом месте Поля. Даже тот клоповник не вызывал такого отторжения, как промзона.
— Как там вообще люди работают, — сказал вор, — двенадцать часов в день… с ума сойти…
Галент прошелся по своей крыше, поглядывая сверху на улицы. Коты и птицы не обращали на человека внимания, а трубочист с малолетним помощником не заметили ловкого вора. Галент наслаждался минутным покоем, изучая вечерний Город.
— Все-таки это прекрасное место, — констатировал он и улыбнулся. — Стоит побороться за жизнь, чтобы наслаждаться такими минутами.
Толи смерть, толи жизнь — вор не понимал, за что борется. После побега мысли его смешались, планы перепутались. Да ничего он и не планировал. Думал, что заживет тихонько, свободно от обязательств. А как вышло? Кто предполагал, что он станет воровать?
Да, у Галента был опыт — карманником в детстве и во время монашеской жизни — но то, чем он занимался сейчас, было иным. Он избрал путь воровства, но не обычного для горожанина — грабеж с применением насилия или квартирные кражи. Галент собирался стать Вором, пожалуй, лучшим во всем Городе. Единственным и неповторимым. Только для этого он собирал золотишко, не чтобы напиться, взять женщину и заболеть сифилисом, наконец, умереть! Нет, он воровал, чтобы потешить свою гордость.
Даже Церковь стала его целью только из-за необходимости оправдать тягу к присвоению чужого имущества.
— Вроде бы, — подумав, сказал Галент, — есть какой-то специальный термин. Да, это ж болезнь. Я просто больной человек, ничего более.
Но и это его не заботило. Галент получал удовольствие от своего ремесла, а это было главным.
Дождавшись прихода госпожи-ночи, вор отправился на свидание к Дуку. Механист наверняка записал своего странного клиента в мертвецы, вот он удивится, когда увидит его живым и невредимым. Галент надеялся, что суровый дядька-кузнец будет ошеломлен.
"Надо бы проникнуть в его дом тайно, вот он напугается!" — думал Галент, но сомневался, что сможет воплотить идею в жизнь.
Механисты со всеми их машинами были опасными врагами, кто знает, какие сюрпризы приготовил для непрошеного гостя Дук.
По знакомой дороге вор быстро добрался до Извилка, а затем и до того дворика, где находился дом Дука. В глаза бросались многочисленные листовки, которыми были обклеены почти все здания. Большинство листовок были порваны, но некоторые сохранились. Полицейских на улицах было больше обычного, попадались даже кавалеристы.
Ничего удивительного, горожане должны были как-то отреагировать на события в храме Святого Кёра.
Галент не мог без риска ознакомиться с листовкой, так что поспешил по своим делам. О происходящем в Городе можно узнать у механиста. Пусть эти ребята признанные затворники — некоторые даже десятилетиями не покидают свои убежища — они держали руку на пульсе событий. Горожанам нельзя расслабляться, особенно таким, как Дук.
Надеясь утолить любопытство и пополнить амуницию, Галент позвонил в дверь механиста. Во дворе возле его дома собралось с десяток людей, похожих на ремесленников цеха, они что-то обсуждали, но Галент не мог услышать что. Подходить же к мастеровым он опасался из-за их крутого нрава.