Вольные стрелки
Шрифт:
– Все о Брунгильде подумали? Ага, по глазам вижу. У дураков мысли сходятся, - я посмотрел на записи, - значит, так и порешим. Лис маршрут продумает, Торир, на тебе формирование отряда для их поиска и перемещения. Кнут! На тебе транспорт. Предварительно, выход на июль назначим, месяца два вам хватит? Отлично! Подведу итог. По людям, определились, сирот ищем да наших в учебе переориентируем. Чтобы новых крепостных найти, да к нашим под начало определить можно было. По ресурсам, Буревой, вот тебе записи мои, почитай на досуге, пока праздники. Будем думать потом, вместе.
Новый Год прошел весело. Мы задумали некоторые новшества, вроде представления детского под Елкой для взрослых. Однако, планы пришлось корректировать. Ни свет ни заря в ворота "постучалась" Машка с толпой лосей. Пришли лоси, в количестве чуть не десяток,
Дед Мороз в этот раз приехал практически на санях. Ворота открылись, там два лося, санки, Буревой и Веселина в костюме, девочка окончательно отошла, решили ее привлечь. Дед объяснил, что подарков в этот раз много, вот и пришлось на лосях добираться. У народа - буря восторга, праздник удался на славу. Подарками выступили книжки, на этот раз сборники Законов для взрослых, Азбуки для самых маленьких, Сказки и короткие истории про разные страны, животных, птиц для подростков.
Развлечения были стандартные. Традиционный групповой махач, скромно называемый боксом. В каппах, шлемах, перчатках получилось безопасно и забавно. У детей - зоопарк, лоси паслись под крепостью, а "наши", Машка с мужем и детьми, даже позволяли себя гладить и кормить. Ну и снежки, горка, крепости снежную строили, весь набор зимних развлечений. Устроил забег на лыжах, на приз, попытался изобразить коньки. С ними надо еще пробовать, как госзаказ оформили нашему мастеру по музыкальным инструментам и в ателье. Девушки делали сам ботинок, мужик - лезвие. Что-то получилось, но оценить я не мог, не умел даже в будущем коньками пользоваться. Так вот закончились Новогодние праздники и продолжилась работа.
9. Москва. Год 864.
Зимой у нас и начались изменения, согласно результатам предновогоднего совещания. Буревой ушел с головой в мои записи, ходил задумчивый, и даже не садился за опыты. Ему много чего надо было осмыслить, продумать, принять. Это на самом деле не так просто, как кажется. Всю жизнь живешь и знаешь, что вода - это вода. Проще быть не может, она может быть грязная, соленая, чистая, замерзшая, но это вода. А тут тебе на голову вываливают, что вода - это два разных элемента, вещества по сути, которые соединены вместе. Причем одно из них - прямо в воздухе есть. Который тоже не просто воздух, элементарный элемент, а смесь каких-то газов. Ужас. И так со всем. Дерево теперь не дерево, просто разное, а набор жутких компонентов, про которые так у меня и написано - "набор жутких компонентов", подробнее я не знал. Уголь - углерод, причем уголь этот, углерод то есть, есть чуть не везде. А человек - так вообще не пойми чего, включая светящийся фосфор! И веществ таких - около трехсот, я не помнил конкретнее, и хуже того - все они в свою очередь всего лишь различное сочетание трех самых малых частиц - протонов, электронов, нейтронов! Весь мир, такой разнообразный, красивый, непознаваемый превращался в набор из трех частиц. Это полностью переворачивало концепцию представлений об окружающем мире для деда. Буревой долгими вечерами допытывался у меня новых знаний, задавал уточняющие вопросы, пытался опровергнуть мои теории, пытался выдвигать свои. Пытался перестроить свой мозг.
Трактор большой мы закончили, получился он огромный. С большим коробом для топлива, с большим баком для воды, высокий, широкий, на гусеницах. Его автономность позволяла ему дойти своим ходом до торфяного болота, причем с грузом. Там его "заправляли" заново, и он мог идти обратно. Первым грузом, который он начал таскать, стали сборно-щитовые домики, из досок и листового железа, с двойными стенками и утеплителем из кудели сосновой и стружки. Домик был на десять человек, без кухни, зато с печкой-буржуйкой. За раз очень тихим ходом трактор увозил три домика, шесть тонн по нашим прикидкам.
Испытания проводили на новой дороге-просеке, домики были на салазках, с возможностью поставить их на восемь широких колес. Мощь, выдаваемая трактором, гулкое его урчание, произвели впечатление на всех. Святослав, после того как трактор чуть не
с корнем вырвал небольшую сосну, так и заявил:– Бычара! Не, у него хм..., не торчит ничего - значит вол. Такими на юге пашут.
– Не, - я посмотрел на трактор, - вот же крюк торчит, значит, бык. Бычок...
Так вот у нас и появились названия для тракторов. Малый стал "Осликом", средний - "Жеребцом", большой - "Бычком". "Одушевление" таким вот образом тракторов, случайно причем, привело к интересному эффекту. За ними стали больше ухаживать и вообще, относиться как к домашним животным. Даже имена давали некоторым. Началось наращивание количества наших тракторов. По плану надо двадцать "Осликов", десять "Жеребцов", пять "Бычков". Благо детали двигателей практически одинаковые. А вот вал разный, да трансмиссия с рамой, но процесс шел быстро. Дополнительных модернизаций не вносили - на это была своя задумка. С первого марта она начнется.
А в конце января к нам пришли гости.
– Государь! Государь!
– ко мне спешил мужик, из тех, что строили стену, - Сергей!
– А?
– я наконец понял, что это ко мне обращаются, не привык еще, - Чего стряслось?
– Там этот, инсфектор пришел, тебя хочет, - мужик с трудом выговорил новое слово.
– Кто?! Инспектор? Златобор?
– Ну да, сказал, Сергею скажите, мол, налоговый инспектор пришел,- мужик помял в руках шапку, - мы его к воротам почти подпустили, ничего страшного?
– А много их там?
– Да нет, пять человек всего. С вежеством пришли, еще в лесу с коней слезли, да пешим ходом двигались сторожко.
– Спасибо, ладно, скажи - сейчас буду, - я пошел собирать свое "правительство".
Пришли мы впятером, я, Лис, Торир, Святослав да Кукша. Буревой сидел в лаборатории, читал да проникался моими записями, отвлекать не стали. У ворот застали забавную картину. Раскрыв рот, пять мужиков в кольчугах под тулупами, мечами, копьями, держали под уздцы коней, и, раскрыв максимально широко рты, пялились на стену. Мы прыснули со смеха. В принципе, понять ребят можно. Живешь ты такой в девятом веке, направляешься к деревянной крепости, а застаешь каменную стенку. Причем такое ощущение, что стоит она тупо посреди поля. От кого та стена? Зачем в этом месте? Кого защищает? Может, вообще культовое сооружение? Но зачем такое большое? Тут народ практичный, про запас делать не станет, да и не сможет. Только текущие потребности сил обычно хватает закрывать, а остальное - только если нужда заставит. А тут просто стена посреди поля. Бред какой-то...
– Здорово, Златобор! Какими судьбами? Опять нас на мыто примучивать пришел?
– я протянул руку молодому парню.
– Не, в гости, без мыта, - тот чуть склонил голову, но без раболепия, так, отметился просто, покраснел малость, замялся, и пожал таки руку, - вот, пришли узнать, как у вас дела...
И опять покраснел... Хм, задумал что? Или на разведку пришел? Надо бы понять, пока не поздно. Разложились на прежнем месте, только вот палатку им не пришлось раскладывать. Из ворот с гулом вышел "Жеребец" с новым домиком щитовым, поставил его метрах в двухста от крепости, да еще и с запасом дров. Все, теперь отряд налоговой полиции можно брать голыми руками, окончательно народ охренел. Ну так того и добивались! Затопили буржуйку, принесли еды, засели в домике, да и начали разговоры разговаривать:
– Как там мыто? Много ли собрал? Что Рюрик на Ладоге?
– я переживал за потенциального правителя Руси, а то с моим появлением ему и места в истории может не достаться.
– Мыто в это раз мало, в том году больше взяли, да людей поубавилось, кто-то ушел, кто-то под других лег с землями, у меня, правда, как в том лете получилось, - инспектор охотно шел на контакт, - Рюрик в Новгород сходил, с дружиной, но пока на Ладоге сидит. Там, в Новгороде, замятня так и идет, да резать друг дружку начали. Рюрик войско собирает, по теплу опять пойдет.
Златобор трепался, как будто на экзамене, все выдал. От чего удостоился неодобрительных взглядов меня, своих мужиков, Лиса, да и Торира с Кукшей. Покраснел, пошли оправдания:
– Да то всем известно, он же сам клич объявил, мол, кто поучаствовать хочет, пусть у него собираются. Я вот и думал, может и вы того, поучаствовать...
– Не, мы пока не будем. Нас и тут неплохо кормят. Сам как, как семья, как жизнь?
Златобор расцвел, теперь можно и поговорить, и секретных сведений не слить: