Чтение онлайн

– Кто дорогу строить будет?
– по поводу торфа никто не спорил, все уже были в курсе его преимуществ.

– Добруш, он такой путь сам наметил, - я кивнул на парня, он тоже сидел за столом, но в спорах не участвовал, - дорогу делать будем под зимник. То есть надо такую, чтобы можно было зимой большие грузы на больших же санях тягать трактором. Зацепили друг за друга - и вперед. Что думаешь?

Добруш полез в записи, начал сверять с картой. Долго водил по ней карандашом, что-то шептал про себя, шевеля губами.

– А летом как? Не будем летом возить? Да и дорога та твоя пойдет далеко от крепости,

получается, - Лис тоже вникал в карту, - тут вот расстояние большое...

– Я вот что хочу сказать, - Добруш закончил думать, - так дорогу конечно можно сделать, но можем сделать и по-другому.

Парень начал разрисовывать карту:

– Пустим ее от крепости будущей, вдоль, стены. Ближе на пять километров, но болото то большое, лучше там потом свернем. Прямая дорога будет, да и местность там получше. По летним перевозкам - надо дорыть канал на болоте, там где мы брали руду, да и плотами вот сюда спускать. Мы по кромке шли, там скал больших нет, просто будет. Летом - на плотах, зимой - по дороге.

– Дельно малец говорит, - Буревой включился в разговор.

– По болоту? На плотах?
– Святослав не понимал, о чем речь.

Разъяснили про канал вдоль края болота, который мы рыть начали, когда руду вынимали. Мысль Добруша была хорошая - получается у нас перекресток возле крепости из двух дорог, к болоту рудному и к торфяному.

– Надо причал сделать, чтобы с плотов удобнее доставать все, - дед начал делать пометки в блокноте, - два. Один на дальнем болоте, другой - на рудном. Глину - на кирпичи, если годная будет. Но берег укрепить придется, чтобы не сползло. Да плоты специальные надо, узкие, да придумать, как вынимать из болота землю.

– Землю можно вот такой штукой, - я быстро начал накидывать на листе некое подобие болоторойной машины, - на плот ставим ленту, вроде той, что дрова подает у нас в бараках, конвейер она называется. Вглубь нам же не надо сильно? На метр ее заглубить, под углом вот таким. Да в перегородках, их побольше сделать надо, дырки, воду пропускать. Идем, шестами правим, глина на плот сыпется. А тут вот, перпендикулярно, ставим еще такую же штуку, чтобы глину ту на берег сбрасывать. Идем, вал делаем, потом можно собирать, если она с рудой, мыть, или сразу на кирпичи.

– Не засосет? Болото топкое... Да и придумать как-то надо, - Обеслав разглядывал рисунок новой игрушки, - Как прижимать к земле болотной конвейер тот твой? Хотя, если не глубоко, да шестами, да еще и веревки можно, по деревьям, через них тянуть, если не пойдет... Я думаю, сделаем.

– Значит, план такой. Как земля растает - начинаем расширять дорогу к рудному болоту, мы начинаем делать этот плот хитрый, земснаряд его назовем. Потом, когда лед окончательно сойдет, оборудуем причал, пристань, укрепим берег, да и пустим его. На плот тот нужно человека...

– Кнута поставим, - корабел проснулся, - а то он уже дремать начал.

– Я? На болото?

– Ага. Ты у нас самый главный мореход, озероход, рекоход. Будешь еще и болотоход!

Ржач за столом, Кнут тоже улыбается.

– Надо, так надо. Машины там будут?

– Да, две штуки, я тебе мелких дам, Растимира, Предвоя, Власа. Справятся. Влас на плоту будет, ему уже четырнадцать, а мелкие на берегу, обслуживать станут. Да мужиков, дрова рубить.

– Тогда ладно. Обеслава бы...
–

Кнут сдружился с племянником.

– Не, Обеслав нам пока тут нужен. Остальных на рубку дров. Срок нам - до первого мая на подготовку. Инструменты, лопаты, топоры, насадки на трактора, и прочее - все надо сделать. Кто не знает, когда первое мая - рекомендую уточнить, - я выразительно посмотрел на "новеньких", - Первого мая начинаем строить тестовые стены. Материалы надо посчитать...

Опять закипели споры. Где брать, что брать, как везти. Но спорили уже каждый под свою команду. Я был один, мне спорить ни с кем не надо. Я сидел и улыбался.

– А ты чего такой довольный?
– Лис обратил внимание на меня.

– А хорошо...

– Чего ж тут хорошего? Вон работы сколько...
– Святослав рукой указал на карту, - Успеть бы.

– А то хорошо, друзья мои, что на месте не стоим.

– Расширяемся, что ли?
– подал голос Буревой.

– Нет. Не о том я. Я переживал сильно этот год, - признался я мужикам, - о том, что совсем мы не занимаемся ничем новым. Сыто, тепло, одежка есть, дома - все вроде как успокоились, да дрова добывают, больше ничего. Руды чуть, кирпичей чуть, досок там, леса - и все. А мы только ходим, да покрикиваем и мужикам говорим что делать. Текучка. Жизнь слишком легкая получилась - вот и расслабились. А расслабляться нельзя - сомнут. Так еще пять лет бы провели, да и отупели бы окончательно. А теперь мы дело неподъемное задумали, большое, громоздкое. Опять машины нужны, опять механизмы, опять думать надо да делать. Только масштаб другой, ну, больше нас стало...

– Боишься, значит, что как в том болоте?
– сказал Торир,- Остановишься - и потонешь?

– Ага. А теперь двигаться будем.

– И впрямь, - дед почесал бороду, - я сам замечать стал, что встали мы. Проблемы свои порешили, да встали. Даже скучно...

– И тупеть начинаешь, на мужиков-то покрикивая...
– Обеслав внес свою ленту.

– Хм, князья некоторые и старшины только тем и занимаются, и ничего, не кучно им, - Лис улыбнулся, - охоты всякие, бабы, пиры. Сами так не хотите?

– И много те князья после себя оставили?
– дед посмотрел на бывшего "начальника Ладоги", - о многих люди помнят? Да так, чтобы хорошо? Да так, чтобы потомки знали, да своим детям передавали?

– Да и что за жизнь это такая, еду на навоз переводить?
– подключился Обеслав, - Изо дня в день одно и тоже, потом помер, прах по ветру, другой также продолжает. Смысл-то какой?

Мужики за столом "зависли". Обеслав поставил вопрос о смысле жизни. И как на него ответить? Даже в мое время никто не мог до конца понять, зачем мы живем. Тут же мужики суровые, практичные, о таком даже не задумывались.

– Детей оставить. Волю богов познать. Прожить достойно, - народ начал формулировать свои мысли по этому поводу.

– Жизнь - это инструмент самопознания Вселенной, - выдал я, когда все высказались, - нам не зря разум дан, в отличии от животных. Мир наш, волей ли богов сделан, или как у нас говорили, из облака огромного, почти живой организм. Вот и мается он, как дитя в люльке, пытается понять, зачем он на свет народился. А потом и мы появились, как часть мира этого, как руки его, уши, глаза, что бы понять, зачем мы на свете, и почему свет этот появился...