Вольные стрелки
Шрифт:
– Не, ни под кого я не пойду, да и род мой. Хватит, сами себе жить будем, как захотим. Мы вольные... вольные люди, да стрелки отменные. Вольные стрелки, точно. Вот тебе мое слово. Ты свое слово сказал, я свое. Теперь решать давай, как жить дальше.
Лису похоже моя речь не очень пришлась по душе. Надо подтолкнуть его в нужном направлении.
– Ты еще про данов не забывай, тех на десяти лодках...
Лис помрачнел. По всей видимости, затея с караваном его была, и если она не выгорит, худо будет. С купцов-то, небось, нормально за охрану серебра взял.
– Ага, и даны те, будь они не ладны...
– У нас с Ториром план есть, ну, мысль хорошая.
– Плясать?
– Ага, плясать. Сейчас мы друг другу нужны. Мне те даны вот где сидят, - я провел рукой по горлу, - если победим их, сильно полегчает. Ты тогда что делать будешь?
– Если путь торговый освободится, на следующее лето много сюда народу придет, - Лис начал рассуждать вслух, - дел много будет, добычи и товара. Лодки толпой опять провести сможем.
– То есть, не до меня тебе точно будет? Да и потом - тоже. Так чего ты тут развел интриги дворцовые? Где живешь, чего удумал... Живу где надо, на уме у меня плохого нет. Клятву тебе в том принести могу.
– Клятву?
– Лис если и не понял про интриги, то виду не подал, не тот человек, - Клятву можно. Каким богам требы кладешь?
Опять прощупывает, да что ты будешь делать!
– Перун бог мой, его волей да дружбой живу.
– Дружбой?
– Лис усмехнулся, - С Перуном дружбу водить не каждый сможет.
– А ты у Торира спроси, как я с Перуном общаюсь. Он тебе все и расскажет.
– Тоже дело. Значит, Перун, - Лис опять задумался, - ладно. Клятву надо при народе да при свидетелях дать.
– А вот тут уж уволь - Лис выгнул бровь, - по другому, говорю, сделаем. Мы тоже договор, ряд, заключим. На бумаге. Да в трех экземплярах, ну, одинаковых три будет листа. Причем секретный договор. Разделим, так сказать, сферы влияния. Там опишем наше с тобой взаимодействие, кто что может и что не может делать. Один я себе возьму, второй - ты заберешь. А третий надо человеку надежному да уважаемому дать, чтобы если нарушит кто договор наш, отказа не было. Есть такой?
– Ну если уж ты с Перуном дружбу водишь, то такой есть, - Лис опять ухмыльнулся, - Белимир зовут. Вот ему и оставим, его тут каждый знает. Да и сила у него не малая.
– Погоди, это не такой дед с длинной бородой, волхв вроде? Я его на торге видел.
– Да, он самый. Волхв Перуна.
Я задумался. В религиозные споры вступать не хотелось, а вдруг Лис про меня ему расскажет, что я на Перуна его покушаюсь? Но и деваться особо некуда.
– Ладно, давай так. Завтра к нему с документами, ну, с договором пойдем, а пока надо текст согласовать.
Я достал свою записную, и мы склонились над бумагой. Закончили уже при свечах, далеко за полночь. Были спорные моменты, но мы их обошли. В самом конце, правда, я чуть не открыл расположение деревни. Делал реквизиты сторон, по привычке, написал "Лис, Ладога". Тот уставился на меня с улыбкой. Мол, пиши рядом свое. Я почесал затылок, и написал: "Род Игнатьевых. Вольные стрелки".
– А чего место не указал?
– Ну мало ли как земли новгородские расширятся. Может, ты потом отвечать за большую землю будешь, что ж теперь, договор переписывать? А так считай что его действие распространяется на всю подмандатную территорию, - ответил я тоже в улыбкой.
– Чего?
– таки подловил Лиса, поставил в неудобное положение, я молодец!
–
Говорю, на всю землю новгородскую. Тут вон написано - не причинять вреда, вот везде и не будем друг другу вреда причинять.– Тогда ладно. Засиделись мы, пора и почивать...
Утром Лис забрал меня с лодки на которой продолжался ремонт. Мы двинулись на торг, искать Белимира. Нашли быстро, у него дом был, совмещенный с религиозными постройками. Ну там идол, место, где требы класть. Храм не храм, но что-то похожее. Лис вкратце объяснил ситуацию, дед повел нас в дом. Дом представлял собой один большой амбар с большими воротами. Резиденция, значит, Перунова волхва. Лис, скотина такая, таки выдал ему про то, что я типа с Перуном - лепшие кореша. Белимир аж чуть не подпрыгнул от таких заявлений. Уставился на меня, чуть посохом не огрел. Я же стоял красный, да ножкой шаркал, мол, такие вот мы скромные. Волхв метал молнии глазами, потом увидел мою молнию, амулет, что Буревой делал, потянулся, потрогал. Я снял, дал ему посмотреть поближе. Тот на свет поднес, к щеке приложил, прикрыл глаза и замер.
– Где взял?
– Сам сделал. Молнию поймал, и сделал, - а что я ему еще скажу?
– Видать, и впрямь ты с Перуном тесно переплетен, - волхв бережно нацепил на меня амулет, - А ты, Лис, смотри. Власть у тебя не малая, но поперек Перуна ты мошка мелкая. Его не тронь.
И пошел дальше седой волхв. Лис аж в лице поменялся, думал, прищучат меня, а сам в оборот попал. Дед уселся на большой стул, или трон, не знаю. поставил посох между ног:
– Правду он говорит, поймал молнию. То Я тебе сказал, мне можешь верить, - дед выделил словами свой авторитет, - показывайте, чего у вас там.
Лис со всем почтением протянул листы. Волхв оказался грамотным! По крайней мере, местные черточки читал бегло. На мою писанину на русском языке только ухмыльнулся:
– И тут ромеи постарались. Откуда письмена такие?
– Мои письмена, сам писал. Не ромейские, то будь уверен.
– А похоже, меня тут один "священник", - дед выплюнул наименование служителя культа, - пытался в их веру направить, да только сил у него не хватило.
– Что, дуба врезал?
– да что же я несу!
– Дерево-то тут причем? С лодки упал после пива, еле достали, воды наглотался. Так домой и направился, полуутопший, - дед водил пальцем по бумаге, - силы даже на три кувшина пива ему его бог не дал. А все бегал орал " In nomine Patris, et Filii et Spiritus Sancti. Amen.".
Я чуть челюсть не уронил. Дед на латыни шпарит! Что именно - не знаю, но точно латынь! Занятный служитель культа, надо будет присмотреться к нему. Между тем дед читать закончил, вопросительно посмотрел на нас:
– От меня чего надо?
– У себя договор тот сохранить, да клятву нашу написанную подтвердить, - Лис даже чуть поклонился, уважает.
– То не сложно. Кровь нужна.
Мы сделали надрезы на руках, скрепили кровью все три листа договора. Дед пошептал малость, да и спрятал ловким движением свой листок за пазуху.
– Теперь все. Идите.
Мы вышли во двор. Я достал полевую аптечку с бинтами, вываренными в ромашке, да бутылек со спиртом. Протер руку себе, завязал, вопросительно посмотрел на Лиса. Тот стоял и смотрел на меня извиняющимся взглядом. Я улыбнулся:
– Что, думал вру про Перуна-то?
– Ты, Сергей, не серчай, если что не так. Я не со зла, положено так. Сам понимаешь, время такое, опасность отовсюду прийти может...
– Вот тут ты точно прав, - я усмехнулся, - время действительно такое. Давай руку, перевяжу.