Волчья Яма
Шрифт:
— Пошли.
Алан не двигался, привыкнув, что проводники сами ведут клиента.
— Доти масо блон, — бросил мужчина, не скрывая раздражения.
— Я сама проведу, — уже на русском ответила Никки, беря Алана за руку.
Они шли медленно, около двадцати минут. Алан по привычке считал шаги, крепко сжимая её руку. Постепенно он расслабился, наслаждаясь этой странной атмосферой. Конечно, он бы предпочёл остаться с Никки в своём доме или, на худой конец, сидеть в обнимку у того поваленного дерева. Но приключения он тоже любил.
Ему было любопытно, что эти двое разговаривали на языке, который он
— Шомим уск, — услышал Алан, и грубая мужская рука сорвала повязку с его глаз.
— Пришли.
— Я ему не нравлюсь? — тихо спросил Алан.
— Ты нежданный гость, — шепнула Никки. — Сам знаешь, что у нас здесь строго с безопасностью.
Метров через пятьдесят показался небольшой, но крепкий дом, сложенный из брёвен. Тут же из-за угла выскочил огромный чёрный пёс и рванул к ним с хриплым лаем.
— Место, Хиц! — прикрикнула на него Никки.
Пёс остановился, настороженно глядя на чужака, но подчинился и отбежал обратно за дом.
— Раньше его не видел, — заметил Алан.
— Когда приходят гости, его привязывают. Ладно, пойдём. Только учти, бабушка Фарин наверняка будет ругаться. Она не любит незваных гостей, а вот поворчать всегда рада.
Старуха сидела за массивным деревянным столом и разбирала травы. Исподлобья оглядев вошедших, она проворчала:
— Явилась.
— Бабушка, — Никки поставила сумку на стол. — Я только немного задержалась.
— Немного? — старуха приподняла бровь, демонстративно оглядывая Алана, остановившегося на пороге. — Впрочем, причину твоего «немного» я уже вижу. Зачем его притащила?
— Говорит, порошки нужны для отца.
— Врёт, — старуха подняла голову и уставилась на гостя своим тяжёлым, пронизывающим взглядом. — Брат твой приходил позавчера и всё забрал. Так зачем ты здесь? — обратилась она к Алану.
— Хотел проводить Никки. Нечего ей по лесу ночами шляться.
— Ишь как заговорил, словно хозяин. От кого защищаешь? Лес порой безопаснее, чем ваш город.
Старуха начинала его раздражать, но он сдержался.
— Ну что на пороге застыл? Проходи уж, раз пришёл, — она указала рукой на старый стул.
— Давайте я подожду на улице, — Алан повернулся, чтобы уйти.
— Погоди, — окликнула его старуха. — Дай руку.
Он подошел к столу и протянул ей руку. Она схватила его ладонь своими костлявыми пальцами и, прикрыв глаза, начала тихо бормотать.
— И ты дай, — прикрикнула она на Никки спустя минуту.
Алан смотрел на происходящее, словно во сне. Старуха в лесу, дом, полный трав и зелий, даже чёрный пёс, который бросился к нему навстречу, — всё казалось нереальным.
— Садитесь, — наконец произнесла старуха, тяжело вздохнув.
Никки и Алан переглянулись и уселись.
— Вот что я скажу, — старуха посмотрела на Алана. — Ты ей немало бед причинишь, но и она тебе тоже.
— Бабушка! — возмутилась Никки. — Ну зачем?
— Ты мне не перечь, а слушай, — резко осадила её старуха. — Вижу я, как вы вокруг друг друга ходите, да встретиться всё никак не решитесь. Причины выдумываете, заслоны ставите. Он, кстати, и вовсе не уверен. Боится. Не привык от кого-то зависеть.
Алан хотел возразить, но
под пристальным взглядом старухи промолчал, плотно сжав губы.— Мне можешь не врать! — отрезала она. — Я тебя насквозь вижу! — И, вздохнув, продолжила: — Но вот что скажу. Я не вижу сами события, которые вы несёте друг другу, лишь нити, что вас связывают. Твоя нить, — она пристально посмотрела на Никки, — прямая, ровная. А его нить — прерывистая, порой тонкая, неуверенная. И когда они переплетаются, я вижу узлы: одни большие, другие маленькие. Но потом всё исчезает, и идёт одна крепкая нить, ровная и сильная.
— Что это значит? — не удержался Алан.
— Твои сомнения мне понятны. Ты как недоверчивый щенок, который прячется сам от себя и которого нужно приучать. А она — слишком уверена и не хочет осмотреться по сторонам. Узлы эти — беды или раны, которые вы принесёте друг другу. Но если справитесь со всеми испытаниями, то сможете быть счастливы.
— Бабушка, — Никки наконец нарушила молчание, — но мы ведь не вместе. Я просто задержалась, и он меня проводил.
— Мне-то не ври, — усмехнулась старуха, — да и себе перестань. А ты, — обратилась она к Алану, — заставь её вернуться в больницу, там её место. А теперь иди, помоги Павлу баню подтопить, а то пока ждали, она уже остыть успела.
Наколов дров и подогрев баню, Алан с удовольствием попарился, а затем устроился спать в гостевом домике, где ему разрешили заночевать. Но не успел он заснуть, как дверь осторожно отворилась, и в комнату скользнула Никки с кружкой горячего травяного чая в руках.
— Не обращай внимания на её слова, — тихо сказала она, присаживаясь рядом. — Бабушка считает себя ответственной за меня, поэтому и говорит всякое.
Алан молча взял ее руку и сжал в своей. Ему нравилось здесь, несмотря на негостеприимную хозяйку. То ли напиток так подействовал, то ли старуха добавила в него что-то сонное, то ли присутствие Никки сыграло свою роль, но он заснул, не выпуская её ладошки. Снилась ему крепкая красная нить, перевязанная узлами.
Глава 9
Утром, добравшись до дома, Алан предупредил, что сегодня на полигоне не появится. Затем улёгся в шезлонг и, глядя на спокойную гладь озера, попытался разобраться в том, что с ним происходит. Старуха была права: он находил любые причины, чтобы не сближаться с Никки, а потом, когда осознал, что уже влип, сбежал на полигон.
Пришло время перестать врать самому себе и признать, что Никки ему нравилась. Даже не просто нравилась — он был влюблён в неё, как когда-то в Ингу. И хотя это чувство было приятным, он его боялся. Почему? Потому что привык к лёгким, ни к чему не обязывающим отношениям? Или потому что боялся увидеть в глазах своей жены тот же страх, что видел в глазах матери?
Жены? Вот как далеко зашёл он в своих мыслях. Алан усмехнулся, потянулся за эпсилом и набрал номер Тина.
Тот, едва услышав его голос, тут же начал расспрашивать, что требуется.
— Завтрак, обед, и побольше — я голоден.
— Конечно, конечно, — засуетился Тин. — Завтрак пришлю сейчас же, а обед к какому времени?
— К трём. И ещё… Насчет девушки, которая вчера приходила ко мне…
— Ох, она что-то натворила? Не угодила? — тут же заволновался Тин.
— Да нет, всё в порядке, — перебил его Алан. — Просто ни на какие доставки и уборки её не посылай. Считай, это приказ.