Чтение онлайн

Красивое тело?

Этого добра вокруг как грязи. Каждая вторая — раненая жизнью роковая красотка.

Однако на других так не реагировал, а на Риту подсел.

Если отец так же влюбился в рыжую танцовщицу, с которой изменял матери, то я готов его простить, потому что теперь понимаю, что это такое — когда ломает кости и сводит тело от нехватки женского тепла. Именно её тепла.

— Артём Игоревич, к вам Алла, — сообщает домработница. К слову, наделённая от природы более аппетитными формами, чем та, которой наглухо забита башка. Но даже её доступное

тело, что всегда под рукой, не вызывает ни малейшего желания.

Вскинув брови, ломаю извилины, пытаясь предугадать, с какой целью подстилка Акмаля заявилась собственной персоной. И как она вообще узнала, где я.

Если Алла знает, что я жив, значит, и брат уже в курсе.

Это мне не нравится. Очень не нравится.

— Зови, — приказываю и опускаюсь в кресло.

Рыжие волосы, подобно ядовитому огню, выжигают глаза и отравляют всё вокруг.

Как Акмаль её терпит? Её стоило бы пристрелить ещё в детстве. Отбитая на всю голову, замочила своих же ради того, кто ноги об неё вытирает.

Акмаль никогда не отличался вежливостью, учтивостью и внимательным обращением с женщинами. Несмотря на это, вокруг брата всегда хватало дур, решивших, что смогут спасти бедного парня, думающих, что смогут смягчить дикого волчонка, что именно с ними он станет лучше.

Скольких из них он оставил в живых? Кажется, только Аллу.

— Артём, братик, я так рада, что ты жив! — искусно изображает радость.

Эта сука способна принять любое обличье, изобразить любую эмоцию — профессиональная актриса обзавидуется.

Алла с детства была такой. Умело играла на нервах моего отца. Прикидывалась любящей и благодарной дочкой. Особенно когда отец собирал нас всех вместе на праздники. Даже в мои дни рождения эта сука не слезала с его колен и крепко обнимала за шею, забирая себе всё его внимание. А он вёлся на это. Баловал её, как родную дочь. Наставлял нас с братом любить и защищать единственную сестру. Делал из неё принцессу, позволял вить из себя верёвки.

— Зачем пришла? — спрашиваю строго, с неприязнью.

Противно даже рядом с ней находиться, а осознавать, что эта тварь находится в моём доме, и подавно.

— Вижу, ты не рад меня видеть. Обидно, — притворно дует пухлые красные губы. — Ну ладно, пусть это будет на твоей совести.

— Алла, чего ты хочешь? — грубо требую объяснений.

— Хочу поговорить.

— Говори.

— Ты ведь хочешь размазать Акмаля?

— Убить, — поправляю. — Я хочу его убить.

— С этим я тебе не помогу, сам знаешь, как сильно я его люблю. Но вот попортить ему нервы могу подсказать, каким образом.

— Ты опять взялась за наркотики?

— Нет. И хватит считать меня наркоманкой! У меня тогда был сложный период. Акмаль завёл себе любовницу и знать меня не хотел.

— Да хоть обколись до передоза! Говори, зачем приехала?! Как ты меня нашла? Акмаль знает, что я жив?

— Нет, не знает. Как нашла — не скажу, это мой маленький секретик. Ну так что, тебе интересно моё предложение?

— Выкладывай, — взмахиваю рукой.

Уверен,

что это какая-то херня, но интересно, что за гнилые мыслишки в её протухшем черепе.

— Братик завёл себе какую-то врачиху. О делах совсем не думает. Даже меня держит на расстоянии.

— Предлагаешь мне избавить тебя от соперницы?

— Именно! Акмаль серьёзно залип на ней, я боюсь, что он мог влюбиться.

— Почему сама не убьёшь? Для тебя ведь это не проблема.

— Если он узнает, что я её тронула, он меня закопает. Говорю же — серьёзно влип!

— Вот как? И что за девка?

— Рита Грачёва, врач скорой помощи.

— Уверена?

— Я знаю её адрес, телефон и даже, каким маршрутом она добирается до работы и потом едет домой! — истерично. — Я предоставлю тебе всю информацию, только убей ее!

— Давно они вместе?

— Нет, недавно.

— Хорошо, я тебе помогу. Но я должен быть уверен, что Акмаль не заявится в самый неподходящий момент.

— Конечно, братик, я понимаю! Акмаль завтра уезжает в соседний город, у него встреча с какой-то шишкой из администрации. Завтра его не будет, ты можешь делать всё, что захочешь!

— Покидает город на целый день? Не боишься? Мне хватит и пары часов, чтобы перевернуть власть.

— Мне плевать на власть и ваши дела. Мне нужен только он.

— Я тебя понял. Иди, Алла. А то я уже задыхаюсь от трупного запаха гниющей шлюшьей плоти!

— Хам!

— Шлюха!

Она вскидывает голову, поправляя волосы, и гордо вышагивает на каблуках, удаляясь в сопровождении охраны.

Так значит, брат тоже знаком с Ритой.

Набираю номер в телефоне — трубку берут сразу.

— Завтра Акмаль покинет город. Установите наблюдение за трассой, готовьте покушение. Он не должен вернуться обратно.

— Сделаем, — отвечает мужской голос с армейской выправкой.

Дура Алла. Подвела Акмаля к краю и вложила в мои руки оружие.

Меня никогда не прельщала власть над городом и криминальные разборки. Я был другим, не тем, кем отец хотел меня видеть. Мне всегда больше нравилась тишина и природа. В детстве очень любил работать с деревом: вырезать, выжигать, создавать из дерева игрушки и украшения. Наделял дерево душой. Оно и было живым — со своим запахом, характером, сложностью. Я ловил кайф, когда инструмент снимал стружку, когда в куске деревяшки появлялись очертания из моей фантазии. Я в самых тайных мечтах хотел открыть свой столярный цех. Но всё, что я мог, — это быть сыном своего отца.

Если бы не Акмаль, я бы продолжил свою тихую, спокойную жизнь, наконец-то свободно вздохнул бы после смерти отца. Но это мечты. А в реальности — если не я его завалю, тогда он меня.

Акмаль не успокоится, пока я живу.

Не позволит мне спокойно существовать. Не сможет спокойно жрать, пока дышит со мной одним воздухом.

Он всегда был таким: всегда ненавидел, всегда хотел выделиться, прыгнуть выше головы, уничтожить конкурентов. Для брата люди — всегда лишь ступени к достижению цели.