Чтение онлайн

Рассказывать о своей службе Виктор не хотел, да и не имел права. Центр специального назначения Главного Управления Специальных и Тревожных Служб - ЦСН ГУСТС - считался подразделением секретным.

Однако приключения на сегодняшний день еще не закончились. Едва он вышел из магазина, не забыв купить за достаточно небольшую сумму сувенир, как сзади в него на бешеной скорости чуть не влетел еще один левап, на сей раз двухместный. Виктора спасло только то, что он всегда был готов ко всякого рода неожиданностям и реагировал на окружающую обстановку не в пример быстрее любого, даже

самого тренированного человека.

Ему не составило труда отскочить в сторону, совершить пируэт в воздухе и грациозно приземлиться на ноги. Однако вразумлять неумелых водителей летательной машины (мощной, скоростной - такая не у всех есть!) не пришлось. Едва он поднялся на ноги, стелящейся походкой "подплыл" к остановившемуся в полу метре над поверхностью аппарату, как его кабина сложилась сама в себя, и на землю спрыгнули две девушки.

Обе светленькие, с длинными прямыми волосами до талии, ниспадавшие на их спины золотым водопадом, достаточно высокие, они смотрелись рядом друг с другом даже ни как подружки, а как сестры, хотя таковыми, разумеется, не являлись.

Одна, та, которая, судя по всем, была первым пилотом, глядела на Гагарина, не ставшего к тому же менять свой облик и вновь превращаться в гражданского человека, виноватыми очами, не глазами, а именно очами - большими, глубокими, завораживающими, наверняка ни раз заставлявшими трепетать сердца мужчин в ожидании сладостных встреч и романических моментов.

– Вы... мы... я... ой, прости, я тебя чуть не убила!
– произнесла девушка с такой детской наивностью и непосредственностью, что оставалось только умиляться.
– Ты не пострадал?

– Нет, - ответил Гагарин, не в силах оторваться от собеседницы, едва только что не разбившей об него свою машину. Красота девушки повергала в шок, заставляла пьянеть, кружила голову, дробила, казавшийся нерушимым, монолит мыслей, и Виктору без преувеличения понадобилось все его самообладание, чтобы не выглядеть в эти минуты дураком или юнцом.

– Прости, я обычно нормально управляюсь с этой техникой, - очаровательная зеленоглазка изящно махнула в сторону покоящегося транспортного средства, - но сегодня что-то расслабилась, залюбовалась просторами, как говорит моя подруга. С тобой точно все в порядке, помощь не нужна.

– Нет, - повторил свой скупой ответ Виктор. Видимо девушки понятия не имели, что такое бойцы спецназа или не обратили вообще внимание на его форму.
– Мне не впервой сворачивать с опасного тропы.

– Ты - военный? УСОБ или УСС?
– спросила другая, голубоглазая и тоже довольно симпатичная, имея ввиду под второй аббревиатурой Управление спасательной службы.

– Не совсем. Я не разведчик и не пограничник, не слежу за порядком на улицах городов и не являюсь спасателем, и я даже не отношусь к Службе Безопасности Земной Федерации или к управлению Чрезвычайной Научной Комиссией.

– Но если ты не "контрас" и не ЧНК, тогда остается только одно - спецназ, - сказала голубоглазая, разбрасываясь специфическими терминами из жаргона спецслужб.

– А вы, мадемуазель, неплохо осведомлены, - Гагарин не преминул указать на это незнакомке.

– Это не так сложно, если

у тебя родители занимают весьма значительные посты в этих управлениях.

– И кто же они, если не секрет?
– поинтересовался Виктор, стараясь кидать оценивающие взгляды на ее подружку.

– Мама занимает пост начальника информационного отдела в ЧНК, а отец - "спрут" Контрразведки, хотя, что это значит, он так и не удосужился объяснить.

Зато об этом был прекрасно осведомлен Виктор. "Спрутом" на жаргоне контрразведчиков называли координатора одного из секторов Земной Федерации, и пост сей был достаточно значимым. Под его началом были не один десяток оперативных групп и оперов свободной охоты, так называемых "перехватчиков", поэтому человек, занимавший подобный пост должен был обладать незаурядным умом и сообразительностью, высокими моральными, психологическими и физическими качествами, а главное - умением в кратчайшие сроки принимать порой трудные, но обязательно правильные решения.

– Ну, а у вас тоже такие влиятельные родители?
– обратился Гагарин к зеленоглазой красавице, которая всецело начала завладевать его сердцем.

Девушка покраснела, отчего стала выглядеть еще милее, аккуратным движением убрала прядь золотистых волос.

– Нет, у меня все гораздо проще,- ответила она, - папа - ученый, вечно пропадает на Меркурии или на Глизе, а мама... она врач, нейрохирург.

– Это твоя машинка, - кивнул Виктор в сторону левапа.

– Да... еще раз прости... А ты не местный? Я тебя раньше не видела.

У Гагарина что-то упало внутри, ушло в землю на недосягаемые глубины, и вновь влетело через ноги, ударило в голову. Из-за службы в специальных войсках он практически не имел времени пообщаться с противоположным полом, и тут... словно судьба сама давала ему шанс и тонко намекала, не упусти его.

– Я пять лет бороздил просторы Вселенной, исколесил весь исследованный и исследуемый космос вдоль и поперек, а дома за это время не был ни разу, поэтому не мудрено, что меня здесь не узнают.

Он сделал выразительную паузу, потом спросил:

– Разрешите поинтересоваться, как ваши имена?

– Собираетесь подать на нас жалобу?
– пошутила голубоглазая.

– Ни в коем разе. Вы при всем своем желании не смогли бы мне причинить вреда, так что..., - он развел руки в картинном жесте. Пыль в глаза пускать очень не хотелось, но Гагарин обратил на сказанное внимание только после того, как слова прозвучали. Сказывалось отсутствие опыта общения с женщинами.

– Марина, - ответила первой голубоглазая.

– Катя, - робко прошептала ее подруга, и этот ее ответ в очередной раз заставил как-то по-особому сжаться сердце бывалого звездного волка.

– Виктор, - ответил молодой человек, сглатывая ком в горле.

– Очень рады познакомиться, - ответили девушки практически в один миг.

– А вы из этого поселка?

– Я - да, - ответила Екатерина, - а Мариночка у нас не здешняя.

– Ты еще скажи - эмигрантка, - картинно обиделась ее подруга.

– Виктор, а ты надолго к нам?
– поинтересовалась Катя к огромному удовольствию Гагарина.