Чтение онлайн

– Думаешь эта черная дребедень - персинк?

– Да. А еще пси-защитник, секретарь, ну, и прочее, прочее. Может быть, у него меньше функций, чем у меня, может быть, - больше, не знаю, но это определенно мой коллега.

– Не буду допрашивать, откуда тебе это известно, но в тових рассуждениях есть логика.

– Спасибо за похвалу.

Раздевать гиганта-пришельца Виктор не захотел, да у него и не было на это совершенно никакого времени. Нужно было во что бы то ни стало добраться до заложников и освободить их.

Путь на верхние уровни оказался совершенно свободным.

Защитные системы базы отключились как по мановению волшебной палочки. Сопротивления отрядов чужих и ренегатов-десантников из числа людей так же замечено не было. Хотя, почему ренегатов? Вполне возможно, что Гаспарян как заместитель начальник СБ нагнал сюда людей из числа безопасников для охраны особого объекта, промыл им мозги об истинных террористах, и не стал даже никого себе подчинять. Поставь перед людьми нужные тебе цели, и они пойдут ради них сворачивать горы, уничтожать планеты, гасить и вновь зажигать звезды.

Гаспарян был очень тонким игроком, старавшимся просчитывать свои ходы на много шагов вперед. Он, зная о способностях параморфа, специально не стал окружать свое убежище и помещение, где содержались заложники, кольцом охраны, зная, что это привлечет внимание и сведет всю хитрую маскировку на нет. Василий Лазаревич искренне надеялся, что инопланетная технология, поможет ему всегда оставаться незамеченным и контролировать события, однако Виктор сумел его перехитрить.

Приблизительно зная, где располагалось помещение с заложниками, Гагарин поступил очень примитивно и просто: он начал простреливать из линеров и фазеров все стены, полы и потолки на нужном горизонте, и вскоре обнаружил часть поверхности коридора неподдающегося воздействию оружия. Судя по всему, защита питалась от автономного источника энергии, расположенного внутри щита, и мощь, вложенная в нее, была огромна. Виктор мог целый день расстреливать защиту из всех своих захватов и не добиться ровным счетом ничего. Но и это не смогло остановить Гагарина, всегда умевшего действовать быстро и нестандартно.

– Страж-один, как слышишь меня?
– вызвал он отца.

– Прекрасно. Как у вас там дела?

– Нашел заложников, но без твоей помощи мне их не освободить.

– Что нужно делать?
– мгновенно сориентировался Федор Матвеевич, готовый помочь в любой момент.

– Сориентируй паракрейсер таким образом, чтобы он произвел выстрел из дырокола двумя метрами левее меня. Мой биологический пеленг видишь?

– Ясно и отчетливо, как и всех вас на территории объекта.

– Тогда стреляй. И будь готов послать еще один орех по каналу выстрела. Лучше будет забрать женщин прямо отсюда, чем таскаться с ними по всей базе.

Послышалось какое-то неразборчивое бормотание, прерывистый шепот.

– Ты меня слышишь?

– Я пытаюсь объяснить Стражу его задачу. Но, что если он не правильно все рассчитает? Дырокол - это же страшное оружие.

– Страж в состоянии рассчитать и не такое. Не беспокойся за его мозги.

– Я боюсь не за его мозги, а за...

Договорить он не успел, так как в следующее мгновение Страж произвел выстрел из дырокола - генератора свертки пространства в струну. Поистине, тот, кто создавал эти корабли, обладал несоизмеримо большим знанием и могуществом, чем люди могли себе представить. Выстрел получился ювелирным. Ни больше, ни меньше, а именно столько, сколько было необходимо, чтобы пробить защиту.

Виктор еще даже не успел вбежать в комнату, а по тоннелю выстрела уже был направлен спасательный модуль, с заданием взять пассажиров и доставить их обратно на паракрейсер.

Гагарин успел обнять каждую из женщин, пообещал им, что все будет в порядке, хотел было доложить остальным группам, что заложники спасены, но в это время в игру, наконец, вступили главные фигуры Агрессора, по крайней мере, в этом секторе космоса.

Едва орех умчался восвояси, как Виктор почувствовал

в помещении чужое присутствие, инстинктивно накрыл себя колпаком пси-защиты и, наверное, это спасло ему жизнь. А если не жизнь, то изрядную долю здоровья уж точно. Удар был нанесен мастерски, стремительно, и, самое плохое, энергетика нападавшего весьма существенно отличалась от привычной человеческой. Если бы Виктор не вложил в защиту столько сил, очень возможно, что противник своими действиями достиг бы цели.

Гагарин заученным движением сошел с линии огня, перекувырнулся через себя, поворачиваясь к противнику лицом.

На него стоял, смотрел зло ухмыляющийся Гаспарян.

– Ну и идиот же ты, - процедил он, ярко сверкая глазами.
– Я подозревал, что ты можешь выкинуть какой-нибудь фортель, но чтоб так! Мой друг Рене до последнего отговаривал меня от этой затеи, но я верил в твое благоразумие и поэтому стоял на своем до конца. Как видно... я ошибался.

– Кстати о Рене, - решил поддержать разговор Виктор, в любой момент готовый ответить, - он здесь?

– Не знаю. Может быть, здесь, может быть, в другом месте. Он мне не докладывает, как и я ему.

– Врет,- коротко шепнула Влада.
– Гинсбург, скорее всего, здесь, и ждет удобного момента для удара в спину.

– Как я понимаю, - продолжил Гаспарян, - артефактов у тебя с собой нет?

– Ты ужасно проницателен. От тебя прям ничего и не скроешь.

– Шутки неуместны параморф!
– вскричал вдруг Василий Лазаревич.
– Ты своими глупыми действиями поставил всю человеческую цивилизацию на колени! Дурак! Думаешь, ты спас женщин? Думаешь, ты защитил близких тебе людей?! Ха! Дурак! Молокосос! Ты обрек их, как и других тридцать миллиардов жителей Земной Федерации на смерть, и все из-за того, что ты ни черта не смыслишь. Все из-за того, что ты смотришь на проблему с одной лишь стороны и не желаешь прислушиваться к мнению других.

– Это к мнению террориста я должен прислушиваться?

– Я действую во благо рода людского!

– Благими намерениями вымощена дорога в ад, ты в курсе?

– У меня хотя бы есть эти намерения, а у тебя нет ничего. Ты борешься с противником, которого невозможно победить, поскольку левая рука не может победить правую. Ты не сможешь Его одолеть, и никто не сможет, потому что для этого нужно убить все живое во всей Вселенной! Нужно уничтожить саму Вселенную, а тебе это явно не под силу.

– Возможно, если бы ты перестал орать и поделился со мной информацией, которая тебе известна, мы могли бы найти выход из этого положения. Мы могли бы справиться с ним не такими методами...

– Ни черта мы не могли!
– заверещал Гаспарян, как ужаленный, и вновь нанес по Виктору мощный ментально-энергетический удар.

Впрочем, Гагарин был к этому готов и отразил атаку практически играючи.

Василий Лазаревич скептически осмотрел фигуру параморфа, зло сжал челюсти.

– Давай, поглядим, чего ты стоишь, - мрачно сказал он.

– Помни о Гинзбурге,– в очередной раз предупредила его Влада.

– Не бойся, не забываю.

Едва Виктор снял ККС, глаза Василия Лазаревича вдруг превратились в черные провалы, пространство вокруг него словно бы изогнулось, искривилось, воздух заструился, как над раскаленной поверхностью, загудел рассерженным роем. В следующее мгновение на голову параморфа обрушилась тьма, кожу словно облили кипятком, а потом запустили под нее миллиарды наномеханизмов, созданных для переработки любой биологической материи; пространство разорвалось колоссальными громовыми раскатами; дыхание перехватило, страшная судорога свела все до единой мышцы организма, остановила сердце. Нервные импульсы, циркулирующие по центральной нервной системе, затухли, будто их никогда и не было.