Венец на двоих
Шрифт:
— На самом деле это входит в мои служебные обязанности, — парировала Ильтера. — Значит, я была призвана сюда, чтобы облегчить участь несчастного наследника престола, в честь которого затеян прием?
— И для этого тоже, — признался Дорнан. — Хотя основная цель немного иная.
— Я помню, — особого удовольствия эта память девушке, похоже, не доставляла.
Тем не менее Ильтера осмотрелась с показной бодростью, вежливо кивая всем, на кого падал ее благосклонный взгляд. Это оказалось настолько забавно, что Дорнан едва не рассмеялся. Гости Даллары Игрен были буквально ошеломлены появлением на приеме придворной чародейки, любви к которой хозяйка никогда не питала. Похоже, никому и в голову не пришло, что девица могла быть приглашена устроительницей вечера.
Под взглядом чародейки присутствующие краснели и бледнели, определенно не зная, как себя вести. Кто-то блеял нечто невнятное, кто-то старался ретироваться подальше от Ильтеры, словно она была больна чем-то заразным. Тем не менее лишь немногие решились вообще проигнорировать ее приветствие. На застывшем лице Канара Стелла читалось показное безразличие, но взгляд, который он бросил на племянника, был отнюдь не ласков. Его младший брат Роэран хмурился, не скрывая неприязни. Менеста Игрен, как раз только что спустившаяся с широкой внутренней лестницы и направлявшаяся к королю, когда девица Морн почтила своим присутствием прием, выглядела, как обиженный ребенок. Ошеломленная Даллара, наконец, смогла взять себя в руки и решительно подошла к Дорнану и неожиданной для нее гостье.
— Леди Морн, рада вас приветствовать, — проговорила она таким тоном, что ни у кого из окружающих не могло возникнуть ни малейшей иллюзии по поводу этой «радости». — Надеюсь, вам здесь будет уютно, и сам вечер придется по душе.
— Нисколько в этом не сомневаюсь, — с не меньшим вызовом ответила Ильтера. — В таком прекрасном обществе невозможно плохо провести время. Кроме того, я уже научилась чувствовать себя хорошо в любом окружении.
— Очень ценное умение, — холодно улыбнулась Даллара. — Прошу прощения, я не смогу уделить вам слишком много времени — долг хозяйки требует поговорить со всеми. Но надеюсь, что вам придется по душе объявление, которое сегодня собирается сделать его величество.
Удивительно вежливая речь! Если бы буквально несколько минут назад Дорнан лично не слышал, что Даллара шипит по поводу новоприбывшей Ильтеры, как рассерженная кошка, он бы, пожалуй, поверил, что присутствие чародейки не слишком задевает хозяйку. Однако, зная, что ее пригласил сам Койр, которого леди Игрен почитала не только наследником Майрита, но и собственным будущим зятем, она все же не решилась приказать выставить нахалку за дверь, а решила до последнего «держать лицо». Кроме того, похоже, Далларе доставило бы удовольствие сделать Ильтеру свидетельницей своего триумфа при объявлении о том, что следующей королевой Эрнодара станет юная Менеста, поэтому она решила проявить снисходительность к сопернице, которую считала уже побежденной.
— Ну, давайте, — чародейка смотрела на своего жениха, иронично приподняв бровь. — Войте.
— Что? — переспросил Дорнан, решивший, что ослышался.
— Вы сказали, что завоете, если кто-нибудь еще раз назовет вас «величеством», — хладнокровно пояснила Ильтера. — Я слышала, как леди Игрен сделала это только что. Или это было не обещание, а пустая угроза?
В ее голосе было столько вызова, что на секунду Койр ощутил себя пятнадцатилетним подростком, которого подначивают озорные друзья. Такие проделки когда-то сближали их гораздо сильнее любых клятв. Произнес опрометчивое слово — изволь держать ответ. Исполнить обещанное означало заслужить уважение, какую бы глупость ты ни поклялся выполнить. Слегка поклонившись чародейке, насмешливо взирающей на него, Дорнан Койр, будущий король Эрнодара, запрокинул голову и издал громкий протяжный вой.
Высокая нота его хорошо поставленного голоса, умело подражавшего волчьему кличу (в Тейллере считалось хорошим тоном имитировать птицу
и зверя, особенно в поле), оборвалась в полной тишине — прекратился даже легкий шорох шагов. Опустив голову, еще не коронованный король убедился, что абсолютно все гости приема, включая и обеих хозяек: Даллару и Менесту, — застыв на месте, смотрят на него и выглядят немало шокированными. Пожалуй, даже приходу Ильтеры Морн не удивились так, как неожиданно завывшему Койру.Представители знатнейших Домов Эрнодара, только что ставшие свидетелями столь уникального зрелища, забыли о вине, закусках и разговорах, во все глаза таращась на своего будущего правителя. Наверное, они будут своим детям и внукам рассказывать о том, как однажды король Дорнан вдруг решил волком повыть на одном из приемов в его честь. То-то будет развлечение и для столичных, и для провинциальных сплетников! Впрочем, на некоторых лицах читалось не столько удивление, сколько брезгливое недоумение. Оба дядюшки смотрели на него так, словно им было неприятно находиться рядом с дорогим племянником. Даллара Игрен, оправившись от потрясения, перевела сердитый взгляд с Дорнана на Ильтеру — она не сомневалась, что незваная гостья причастна к этой вопиющей отвратительной выходке.
В этой застывшей вязкой тишине звонкий смех прозвучал очень громко, и все гости дружно вздрогнули, растерянно зашарив глазами в поисках источника нового неуместного звука. Дорнан оглянулся: леди придворный маг, не скрываясь, смеялась, глядя на него. Койр подумал, что, кажется, впервые видит свою невесту искренне развеселившейся. Ей, похоже, было все равно, что думают о ней окружающие. Будущий король подумал, что даже день свадьбы и двойной коронации, наверное, не запомнится людям так же хорошо, как один — единственный прием у Даллары Игрен. Этот вой явно останется в веках как одна из наиболее скандальных выходок в жизни Дорнана Койра.
— Идемте, ва… то есть господин наследник престола, — едва не оговорилась, но тут же весело исправилась Ильтера. — Мне кажется, что нам обоим не помешает сейчас что-нибудь прохладительное.
Пока они шли через постепенно приходящий в себя зал к столику с напитками, девушка периодически начинала хихикать, косясь на своего спутника. Дорнан же старался по возможности избежать встречи с родней или знакомыми, чувствуя себя нашкодившим подростком, которого вот — вот накажет кто-то из старших. Лет тридцать назад за подобное поведение один из дядьев запросто мог бы пригрозить ему розгой или без особых церемоний надрать уши! Оказавшись в конечной точке их путешествия, чародейка решительно завладела двумя кубками красного вина, один из которых с некоторой торжественностью вручила Койру.
— Это скорее не прохладительное, а согревающее, — проворчал он, сделав глоток.
— В данной ситуации оно даже полезней, — не моргнув глазом, нашлась девушка. — Не знаю, как вам, а мне это определенно необходимо, иначе я буду весь вечер хихикать и окончательно испорчу торжественность момента.
— Вы считаете, что это еще возможно? — осторожно осведомился Дорнан.
— Ну, наивные гости полагают, что у них уже все позади, и не подозревая о том, какой финал вечера им приготовлен, — Ильтера окинула собеседника оценивающим взглядом. — Прошу прощения за мое любопытство, но просто не могу не поинтересоваться: это был какой-то специфический вой, которому специально много лет обучают в ордене Тейллер?
— Что-то вроде, — хмыкнул будущий король. — Это было доказательство того, что Койры всегда держат слово.
— Меня оно убедило, — девушка покивала с напускной важностью и тут же прыснула. — У остальных надо спрашивать отдельно!
— Воздержусь, пожалуй, — Дорнан отпил еще немного вина. — Меня не интересует мнение всех присутствующих.
— Зато кое-кто из них явно намерен вас им заинтересовать, — многозначительно произнесла Ильтера, глядя ему через плечо. — Чудесного эффекта хватило ненадолго, и, если вы еще раз не завоете или не припрятали в арсенале еще каких-нибудь забавных фокусов, вам вот — вот придется общаться с леди Игрен и лордом Стеллом — они как раз направляются сюда.