Великий миф
Шрифт:
Самое обидное, что в России, даже в то нелегкое время было много умных и предприимчивых людей, вот только Петр их не замечал. Он вообще не терпел рядом с собой умных людей! Впрочем, этот недостаток был свойственен практически всем нашим правителям.
На Тульском оружейном заводе солдат-самоучка Яков Батищев создал станок для обточки ружейных стволов напильниками. Станок был испытан в январе 1715 года и обработал ствол за полтора часа, в то время как вручную мастер выполнял эту работу за двенадцать часов. Получалось, что один станок мог заменить восемь работников! Впоследствии Батищев усовершенствовал свой станок, и на нем уже можно было сверлить и обтачивать по двенадцать стволов одновременно! Казалось бы, вот он прорыв, нужно лишь поддержать человека — выделить деньги, создать условия для работы и завтра завод
Сразу вспомнился и соратник Петра I, выдающийся русский механик Андрей Константинович Нартов. Простой человек, не дворянин, который добился в жизни многого: стал статским советником (генеральский чин), членом академии наук, владельцем прекрасной усадьбы и все это благодаря только своему уму, таланту и трудолюбию. Однако, ни близость ко двору, ни личное знакомство с Петром I и другими монархами не помогли Нартову внедрить его многочисленные изобретения в жизнь. Удивительное дело, но в России, изобретенные им станки, приспособления и технологии, зачастую на десятилетия опередившие свое время оказались никому не нужны. Правда, его вклад в развитие российской артиллерии оценили и даже наградили — выдали премию пять тысяч рублей, но никто не стал внедрять эти новшества в жизнь. Труд всей его жизни, содержащий описание, подробные чертежи, инструменты и кинематические схемы более трех десятков оригинальных станков, внедрение которых в производство способно было произвести промышленную революцию, оказался никому не нужен в России и сгинул где-то в недрах придворной библиотеки.
При таком отношении не удивительно, что и двести лет спустя, иностранцы ни во что не ставили русских. В конце 80-х годов XIX века Иван Иванович Орлов разработал способ многокрасочной печати ценных бумаг и денежных знаков за один прогон. В 1891 году были получены первые оттиски, а через год появился первый действующий образец печатной машины. Через несколько лет на Всемирной выставке в Чикаго один иностранец, осмотрев печатную машину Орлова, сказал: «Но все же это невероятно: не мог русский Иван создать такое чудо графического искусства и механики!».
Если тебя не ценят на родине, то, что говорить про иностранцев!
Примечания:
1. Репарация (от лат. reparatio — восстановление) — возмещение за причиненные войной убытки, которое государство-агрессор выплачивает в пользу страны-победительницы.
2. Контрибуция (лат. contributio — всеобщий вклад, общественный сбор средств) — сбор средств на восстановление убытков, которые выплачивает побежденное государство государству-победителю, но здесь победитель может быть нападающим, захватническим государством.
Глава 24
Глава 24. Все мы родом из детства.
Истоки того, как мы ведём себя во взрослой жизни, кроются в нашем детстве. Именно в детском возрасте формируется образ мышления и модели поведения человека, которые с возрастом только укрепляются.
Современник Петра I, Андрей Матвеев (1), писал о создании «потешных»:
«В 1684 году (Петру 12 лет) его царское величество повелел набрать из разных чинов людей молодых и учить их пехотного и конного упражнения во всём строю… Оных молодых солдат, не по летам своим, всему воинству строго обученных, повелел мундиром тёмно-зелёного цвета убрать… и назвать их в то время потешным, к которым были тогда приставлены штаб и обер-офицеры, и унтер-офицеры из фамилий изящных».
По приказу царя в одной из рощ рядом с селом Преображенское строится крепость Пресбург. Каждое лето устраивались показательные осады этой крепости и длительные «военные» походы. Постепенно бутафорское оружие заменяется настоящим. В 1686 году по приказу царя из Пушкарского приказа доставили 16 пушек, а поскольку сами «потешные» еще не могли управляться с тяжелыми орудиями, взяли из Конюшенного приказа знающих людей, переодели их в мундиры и определили потешными пушкарями. Далее следует строительство кораблей вначале на Просяном пруду, а затем на Плещеевом озере. Завершится история потешных войск в 1694 году Кожуховскими маневрами.
В том, что мальчики (12 лет) носятся
по лесам и штурмуют бутафорскую крепость, нет ничего плохого, наоборот, военные игры, походы и штурмы бутафорской крепости, способствуют физическому развитию и укрепляют организм. Однако, судя по финалу — Кожуховским маневрам, никаких кардинальных изменений в этих играх за прошедшие десять лет не произошло.Итог затянувшихся игр в «солдатики» — две трагедии, сначала под Азовом (1695), затем под Нарвой (1700).
«Не думайте, что это были игрушечные, шуточные солдаты. Играл в солдаты царь, а товарищи его игр служили и за свою „потешную“ службу получали жалование, как настоящие служивые люди» (В. О. Ключевский).
Вот интересный вопрос! Кто оплачивал затянувшиеся на десять лет «игры в солдатики»? Понятно, что оплачивала казна, но согласитесь, развлечение не из дешевых, а тем более растянувшееся на такой длительный срок. Сам Петр I никогда не задумывался, откуда берутся деньги и во что обходятся казне его прихоти — не царское это дело! Неудивительно, что он совершенно не умел зарабатывать, и все его «глобальные» проекты были убыточными, это, в конце концов, и привело к финансовому краху.
Многие возразят — монарх не обязан лично заниматься финансами! Господа, монарх не обязан лично махать топором, ковать железо, стрелять из мортир и выполнять чертежи кораблей! По мне, так лучше бы Петр занимался экономическими проблемами страны!
В качестве примера возьмем Пруссию. В 1698 году отец (в то время курфюрст Бранденбурга, будущий король Пруссии Фридрих I) подарил наследнику Фридриху-Вильгельму охотничий замок Вустерхаузен, а дарственной грамотой ему поручался также и надзор за управлением всем хозяйством. Впервые в жизни десятилетний мальчик стал землевладельцем, хозяином. Думаю, не сильно ошибусь, если скажу, что 99% кронпринцев (2) и курпринцев (3) в подобной ситуации возложили бы хозяйственные хлопоты на управляющего, но только не Фридрих-Вильгельм. Удивительно, но при его руководстве бывший охотничий замок вскоре стал напоминать процветающее поместье, где царили идеальная чистота и порядок. Кроме того, это хозяйство стало приносить солидный доход, что давало принцу определенную финансовую независимость и доставляло огромное удовольствие. В своем частном владении он создал собственную маленькую «армию», куда были завербованы все слуги замка, а также батраки его окрестностей. Первоначально численность этого «потешного войска» не превышала ста человек, но постепенно увеличилась до размера батальона (600 человек), и содержалась полностью на личные средства Фридриха-Вильгельма.
Согласитесь, разница в подходах к формированию и содержанию потешных войск колоссальная. Такой же колоссальной будет и система подготовки — никаких игр в «казаки-разбойники», только отработка ружейных приемов, стрельба, маршировка и всевозможные перестроения. Наши историки презрительно именуют это «прусской муштрой», забывая, что на дворе конец XVII века, а на полях сражений господствует линейная тактика.
Как видим, уже в юном возрасте Фридрих-Вильгельм прошел хорошую школу, став образцовым хозяйственником и научился жить по средствам. Когда ему исполнилось семнадцать лет (1705 год), Фридрих-Вильгельм назначается членом Государственного совета, в то время как Петр и в двадцать два года все еще продолжает бегать по лесам и играть в «казаки-разбойники».
Фридрих-Вильгельм I стал королем в 1713 году, а через два года его армия приняла первое боевое крещение на острове Рюген, в течение пятнадцати часов совместно с датчанами отражая атаки шведского десанта, возглавляемого самим Карлом XII, который потеряв 90% солдат, вынужден был бежать.
Вот наглядная разница между «прусской муштрой» и игрой в «казаки-разбойники»!
В конце XVII века Пруссия, точно так же, как и Россия, была отсталой аграрной страной, поэтому и задачи, стоявшие перед обоими монархами, были идентичными — развитие национальной промышленности и создание современной боеспособной армии. Интересно, что и Петр I и Фридрих-Вильгельм I для развития своей промышленности использовали нужды армии, поскольку другого пути тогда просто не было, но шли разными путями и добились разного результата. Если Фридрих-Вильгельм I, как и положено, начал свою деятельность с финансов и экономики, то Петр I не нашел ничего лучшего, как развязать войну.