Вариант единорога
Шрифт:
Когда громадная желобчатая пластина с ее темными подразделениями повернулась под нашим наблюдательным кораблем и черная лента проплыла по северному полушарию мира под нами, я услышал, как Соренсен сказал, перекрывая жуткие звуки из приемника:
– Мы засекли источник, сэр.
Я повернулся и посмотрел на него – молодой, светловолосый, воодушевленный – как он обращался с листами бумаги, испещренной машинной графикой.
– Где он расположен?
– Рядом с внутренней стороной кольца С, и он, похоже, очень маленький.
– Гм, – заметил я. – И нет идеи, что бы это могло быть?
Он покачал головой.
– Никакой.
Это
Позднее на него настроились. Наблюдения за ним велись в течение многих лет, но никогда не могли связать это ни с одним природным феноменом. Таким образом, охота за этим источником была включена в уже длиннейший список экспериментов и наблюдений, которые должны быть проведены в нашем, первом пилотируемом полете в эту область.
– Мак-Карти! – окликнул я навигатора, короткого, темноволосого, равнодушного человека. – Найди-ка нам орбиту, которая была бы достаточно близка к этой штуке, чтобы получить хорошие снимки.
– Да, да, капитан, – сказал он, берясь за бумаги.
Позднее, когда мы были на подходящей орбите и набирали требуемую скорость, Соренсен заметил:
– Что-то происходит на Титане, сэр.
– Шторм? Ледяной вулкан?
– Трудно сказать. Я только что заметил это. Мощный центр атмосферного завихрения.
Я пожал плечами.
– Вероятно, шторм. Проверяй его периодически. Дай мне знать, если будет что-нибудь интересное.
Однако следующей интересной вещью оказался источник звуков, за которым мы следили. Я дремал в своем кресле после проверки запаса корабельного спиртного на предмет порчи, когда Мак-Карти разбудил меня.
– Вы бы лучше пошли и глянули на это, капитан, – сообщил он мне.
– На что на это, – пробормотал я.
– Мы, похоже, обнаружили подлинный внеземной механизм, – сказал он.
Я вскочил на ноги и бросился к экрану обзора, где увидел эту штуку целиком. Я не имел представления о ее масштабе, но это был темный металлический спутник, и выглядел он как два конуса, соединенные своими основаниями. Он парил над плоскостью кольца и его нижний конец ослепительно светился, так что отблески падали на кольцо.
– Что это, черт побери, он делает?
– Я не знаю. Он на параллельной орбите и испускает когерентный свет. Это определенно источник радиосигналов.
Я снова услышал звуки, которые, казалось, усиливались до какого-то крещендо.
– Капитан! – позвал Соренсен. – Возрастание активности на Титане. Это сейчас в нижних слоях атмосферы.
– Брось Титан! Ты измерил «эту» штуку?
– Да, но…
– Ты следишь за всем, за чем можно следить на этой штуке?
– Да, сэр.
– Прекрасно. Мы поговорим о Титане позже. Внеземной агрегат более важная вещь, чем метановый шторм.
– Слушаюсь, сэр.
Мы наблюдали в течение нескольких часов и наше терпение было вознаграждено тем, что мы стали свидетелями внезапного маневра устройства. Ему предшествовало резкое прекращение всех радиосигналов. Иногда мне хотелось
бы иметь возможность запереться в изолированной от внешнего мира комнате, надеясь, что погружение позволит приблизиться к разгадке этого феномена; итак, в его взлетах и падениях, неожиданных пробежках и глиссандо не было ничего неприятного. Когда звуки прекратились, я был буквально оглушен тишиной. Мое внимание, однако, было быстро привлечено другим, так как свет под спутником – который сейчас двигался внутри кольца С – внезапно погас.Одновременно с этим спутник взмыл вверх, ускоряясь в направлении, перпендикулярном плоскости кольца.
– Следи за ним! – закричал я. – Мы не можем позволить ему потеряться! Мак-Карти и Соренсен исполнять.
Нужно ли нам самим попытаться прицепить к нему какое-нибудь сигнальное устройство? Я не был уверен.
– Оно меняет курс, сэр! – воскликнул Соренсен.
– Не потеряй его, ради бога!
– Похоже, он управляется изнутри.
– Может быть и так, – согласился я. – Как только ты установишь его курс, рассчитай наш так, чтобы следовать за ним.
– Хорошо, капитан. Между прочим, Титан…
– К черту Титан! Двигайся за спутником!
Это оказалось менее трудным, чем мы опасались, так как после того, как устройство пересекло систему колец, оно стало двигаться по новой орбите, расположенной в точности над тонким кольцом F. После того, как мы вышли на новую орбиту, я наконец повернулся к Соренсену и спросил:
– Ну вот и все. Что там с Титаном?
Он улыбнулся.
– Нечто, по виду похожее на большой корабль, недавно поднялось над его атмосферой, сэр, – начал рассказывать он. – Сейчас он направляется к северному полушарию Сатурна.
– Что?
– …Далее, – продолжал он, – видно, что он тянет за собой большой, плоский, круглый металлический объект.
– Ты зафиксировал это?
– О, да. Я все записывал, но – только при помощи вспомогательных средств.
– Дай-ка я гляну.
Он придвинулся к экрану и начал печатать запрос на клавиатуре.
– Вот особенно хорошая последовательность, – сказал он, когда проплывали изображения. Он внезапно ударил по клавише и плывущие пятно стало двигаться медленнее. – Здесь.
Я увидел корабль клиновидной формы над полосатым и пятнистым золотом планеты. За ним медленно поворачивался гигантский диск, о котором говорил Соренсен. Несколькими секундами позднее свет упал так, что обнаружилось…
Палец Соренсена опять стукнул по клавише и картина остановилась.
Это было изображение диска. Гигантское четырехглазое лицо, пара коротких антенн торчала из его верхней точки.
Я потряс головой.
– Что происходит? – спросил я его.
Он переключился от записи к позиции корабля на данный момент, обнаружив его гораздо более близко к планете.
Мы долгое время ожидали, пока он не переместиться на нужную ему орбиту. Мы выжидали. Он выжидал.
Много позже Мак-Карти воскликнул:
– Что-то происходит!
Свежая порция адреналина снова бросила нас к экрану. Диск отделился от корабля и в то время, как он двигался по направлению к планете, корабль ускорялся. Мы изумленно наблюдали, как диск спускался в темную полосу, которую мы заметили раньше. Полоса сузилась и исчезла вскоре после этого, корабль обогнул планету и позднее взял курс назад к Титану.