Чтение онлайн

Я села на подоконник и прижалась лбом к холодному стеклу. Моя жизнь снова перевернулась с ног на голову, а волны все так же продолжали набегать на берег и откатываться назад.

— Я лгал, когда говорил, что почувствовал твое рождение, — я вздрогнула от его тихого голоса. Я не видела и не слышала, что он пришел. — Впервые я увидел тебя в тот же день, что и ты меня. И уже не смог тебя забыть.

Он подошел ближе и заглянул в мои глаза.

— Хранители, даже самые сильные, никогда не будут сильнее меня. Даже вдвоем. Это просто невозможно.

— Даже Йалу?

— Могущество ее силы не

в том, чтобы победить меня, а в том, чтобы изменить жизнь Хранителей. То, что они вдвоем станут сильнее меня — легенда, придуманная специально для них. Ты не делаешь меня сильнее. Ты делаешь меня счастливее.

Я закрыла глаза. Его словам так хотелось верить.

— Ты думаешь, что теперь я смогу тебе верить? После того, что я слышала несколько минут назад?

— Выслушаешь меня?

— Да, — вздохнула я.

Хуже, чем сейчас, мне уже не станет.

— Ты не веришь мне сейчас, но тем не менее я обещаю, что больше лгать тебе не буду никогда. А обещания свои я действительно выполнял. Всегда. Но моя ложь была необходимой мерой, единственной возможностью, чтобы быть рядом с тобой.

Он подвинул стул к окну и сел.

— Так же, как и Бхар, я был ответом на действия Хранителей. Страж равновесия срочно спасал всю нашу систему, которая чуть не разрушилась от ритуала с Хсо, Леар и Йу.

— Кто такой Страж?

— Тот, кем считали меня. Та энергия, которая выравнивает силы вокруг озера.

— Кто же тогда ты?

— Скоро до этого дойду. Я не буду рассказывать тебе подробности того ритуала, но через некоторое время после него Йу поняла, что беременна.

— Даже представлять не хочу, что она почувствовала, — пробормотала я.

— Она очень испугалась. Ведь никто из них троих не помнил, что там произошло. Страж равновесия забрал ее сюда, в этот самый дом. Здесь родился и я. За год до рождения Бхара и близнецов Хсо и Леар.

— А потом тебя у нее отобрали, — процедила я.

— Нет. Она отдала меня сама. Я был первым и единственным ребенком Хранителя, о котором никто не знал. Даже сам Хранитель. Страж равновесия рассказал Йу, что я могу стать его наследником: получить его силу и продолжать его дело. И это нужно сделать именно мне — наполовину Хранителю, человеку. Самого его Хранители могли только слышать и чувствовать, а он хотел, чтобы они еще и видели того, кто имеет право решать за них. Для этого Страж хотел забрать меня в другой мир, но туда не было дороги Йу.

Он помолчал.

— Она не хотела меня отдавать, она очень меня любила, но у нее практически не было выбора. Вернуться со мной в селение было невозможно, ее могли просто не пустить туда. Да и мое будущее в таком случае было бы не самым радужным. Уйти со мной в другой мир она не могла тоже. Но она понимала, что для меня будет лучше, если она примет предложение Стража. Это было ее самое тяжелое решение. Она не оправилась от него до конца до сих пор.

— Но она же не помнит тебя!

Он медленно покачал головой.

— Она никогда не забывала меня. Страж частично передал ей свою силу, поэтому она владеет абсолютным контролем над своими чувствами. Но разлука со мной заморозила ее надолго. Поэтому он сделал так, чтобы Йалу воспитывала именно Йу. Рядом с Йалу она постепенно начала оттаивать.

— А Йалу переживает,

что будет с Йу, когда она узнает про тебя…

— Йу не обманывала Йалу, просто не рассказывала обо мне. Зачем? Эта информация ничего бы ей не дала, только еще больше настроила бы против нашей системы.

Да, наверное, правильно делала, что молчала. Как вообще можно об этом говорить? Йу предстала в моем воображении абсолютно несокрушимой крепостью, я бы не смогла так…

— Где же ты рос?

— В том мире, куда меня забрал Страж равновесия. Я не смогу тебе о нем рассказать, потому что это место разительно отличается от нашего мира, словами этого не объяснить. Там и время течет совсем по-другому. Поэтому, если по календарю нашего мира я старше Бхара только на год, то в реальности я старше собственной матери.

— Как это?

— Я вернулся в наш мир через год после рождения. Если перевести мой возраст на земные годы, мне было уже двадцать лет.

— Но ведь Бхару было уже явно за тридцать, когда я его видела, — недоверчиво сказала я. — Тебе что, больше пятидесяти? Я думала, ты немного старше Терса.

— Бхару было больше пятидесяти, когда ты его видела.

Он улыбнулся. Я впервые видела его улыбку, и теперь не могла отвести от него глаз.

— Я хорошо сохранился, как говорят во внешнем мире.

— Ты даже про чувства мне врал, — я все-таки отвернулась от него. — И улыбаться ты умеешь, и врать…

— Это было одно из условий, которые мне поставили. Но ты же чувствовала меня, ты всегда правильно понимала мое настроение. Однажды даже считала мои мысли, когда я расслабился рядом с тобой. А я все эти годы безумно желал сказать, что люблю тебя.

— Но говорил совсем другое, — холодно заметила я, постаравшись не заметить, как от его слов куда-то провалилось сердце. — Что любовь — это иллюзия, что ты никогда не испытываешь чувств. Мне уже тогда стоило осознать: ты в принципе не смог бы рассуждать о чувствах, если бы не понимал, что это такое.

— Не веришь мне, — он снова заговорил своим обычным ровным голосом.

— Нет. Те, кто любят, не оценивают жизнь любимого человека, не планируют его хладнокровно уничтожить.

— Я никогда не собирался уничтожать тебя, — возразил он, — Все, что я говорил недавно на берегу нашего озера, было предназначено для Йалу и Терса. Я знаю, тебе было больно от моих слов, но и мне было больно видеть страх в твоих глазах, понимать, что ты считаешь меня предателем. Я обещал тебе в нашем давнем разговоре никогда не забирать твою жизнь. Помнишь? Но мы вернемся к этому позже. Пусть все будет по порядку. В этот мир я пришел уже со всеми правами и обязанностями Стража равновесия. Сначала он полностью контролировал мои действия, но постепенно передавал мне решение многих вопросов. Хранители не знали, что мы с ним — не одно и то же. Ритуал с Йу, хоть и совершался в строжайшей тайне, стал известен практически повсюду, и в селениях были уверены: Страж равновесия обрел зримый облик в ответ на него. Постепенно повсюду меня стали называть Человеком Без имени, поскольку при попытках узнать мое имя я всегда отвечал, что у меня его нет. Многие стали забывать, что Стража равновесия раньше никто не видел. Я должен был поддерживать легенду о том, что Страж и есть я.